М.Е.Р.Ф.И.

— Можешь.

— В одной комнате? Лягушонок, нам не по восемь лет, это как-то…

— Я у нас есть гостиная, можешь жить там.

— Лука, я не могу оставаться у тебя. Это неправильно по многим причинам.

Открыв было рот, Лука тут же закрыл его и отвернулся, обиженно надувшись. Спорить было бесполезно, в общем-то, Хейн прав. Наверняка он вскоре найдет себе подружку, и они решат съехаться. То, что Луку устраивает совместное проживание, не значит, что это проживание устраивает самого Хейна.

Глядя на загрустившего Луку, Хейн почесал затылок. Черт, кажется, он оплошал. Надо было сказать как-то мягче, осторожнее, как-то иначе. Хотя с другой стороны, с чего ему вообще церемониться? Он ничего не обещал этому парню, даже не навязывался в друзья. Хотя в общем-то друзей у Луки и нет…

Вздохнув, Хейн прикусил себе язык.

— Да не расстраивайся. Я буду в гости заходить, да и учимся вместе, будет созваниваться.

Тот молча кивнул, обводя пальцем программный код.

— Хочешь, я тебя с какой-нибудь девчонкой познакомлю?

Лука отрицательно помотал головой и дернул плечом.

— Лягушонок!

— Что?

— Хватит вести себя как будто я тебя у алтаря бросил!

Тот поморщился, не глядя на друга

— Ну и выражения, ужас.

Закатив глаза, Хейн порылся в собранном рюкзаке.

— Повернись на минуту.

— Зачем?

— Просто повернись, что за тупой вопрос?

Вздохнув, Лука развернулся на стуле, и Хейн бросил ему увесистый сверток, похожий на подушку. Повертев подарок в руках, он посмотрел на сидящего с планшетом друга.

— Что это?

— Разверни и узнаешь.

— А вообще?

— Подарок. Какой же ты недогадливый.

Лука подозрительно повертел сверток в руках и даже потряс его. Вроде в ближайшие дни не намечалось ни одного праздника, о его дне рождения Хейн не знает, так в честь чего этот презент?

Задумавшись, парень не сразу заметил, что Хейн пристально смотрит на него и ждет.

— Может, просто откроешь его?

Разорвав упаковку, Лука вытащил нечто зеленое и открыл от удивления рот. Это было худи, сделанное в виде лягушки: темно-зеленого цвета, приятное на ощупь, с огромным капюшоном, в котором легко можно было спрятаться целиком. На капюшоне была нарисована улыбающаяся лягушачья «мордочка», карманы выполнены в виде ее лап. Лука несколько дней назад смотрел на худи в витрине, но отказался от покупки. Он потратил все карманные на очередную технику и не хотел беспокоить родителей по пустякам.

Вспомнив цену худи, Лука округлил глаза. Наблюдавший за ним Хейн наклонил голову.

— Что-то не так?

— Я не могу его взять, — запинаясь, пробормотал парень, облизав губы. — Оно же стоит состояние.

— И что? Это подарок, нельзя отказываться. И потом, какое состояние? Ты преувеличиваешь.

Ошарашенный Лука поднял глаза, не замечая, что очки съехали на кончик носа.

— Хейн, да оно дорогущее. Ты с ума сошел, дарить такие вещи? На эти деньги можно было бы…

Резко поднявшись, тот подошел ближе, взял худи и расстегнул молнию, затем накинул его на плечи друга, натянув капюшон на растрепанную макушку.

— Лягушонок, это подарок, — твердо произнес он, глядя Луке в глаза. — Неважно, сколько оно стоит и что можно купить на эти деньги. Это по-да-рок.

— Ты полный псих, — улыбнулся тот. Худи было очень мягким и теплым. — Спасибо.

— От тебя научился, — хмыкнул Хейн, возвращаясь к книгам. — Хотя лучше бы я научился чему-то другому. Что за бред ты мне подсунул? Ни слова не понимаю!

Засмеявшись, Лука поправил капюшон, выглядывая из-под него.

***

Поправив капюшон, Лука показал язык.

— Кстати, худи прекрасно сохранилось. Качество на высоте.

— То есть новое дарить тебе не нужно?

— Нет, но можешь найти носки под него.

Глава 12

«День 16, месяц 5, то есть 6.

Дорогой дневник. Я не писал несколько дней, у меня не было времени. Последнее время моя жизнь стала замкнутым кругом.

Волдыри появляются постоянно и на всем теле, они повсюду: на руках, ногах, спине, шее, даже лице. Теперь я каждый день ловлю крыс и натираюсь их кишками. Отвратительно, но я почти привык. Но если раньше мне хватало одной, то сейчас я ловлю по три, а то и больше. Мне постоянно не хватает их крови. Эффект длится всего несколько часов.

Я также могу пользоваться своей кровью. Для этого подходят когти: они буквально разрывают кожу и сосуды. Это удобно, но когти выглядят отвратительно. Они все желтые, бугристые, под ними скапливается кровь. Кажется, человеческая кровь обладает более сильным действием, я не могу сравнить. Не хочу. Боюсь.

Удивительно, но Лу ничего не заметила и, надеюсь. не заразилась. Не знаю, хорошо это или не очень. Наверное, немного обидно, хотя я стараюсь не думать.

Я пытался выяснить, что же в крови может действовать как лекарство. Скачал кучу приложений для определения ее состава, но они или оказывались лажей и не работали, или писали, что у меня стандартная кровь, ничего необычного, обратитесь к медикам. Еще парочку Рон отметил как вирусы, и я не рискнул.

Думаю, это вообще дурацкий вариант. Если бы все было так очевидно, контролеры бы давно нашли все и вылечили всех».

Закрыв дневник, Хейн привычно почесал ладонь. Прикосновение острых когтей было болезненным, но терпимым, и это пугало. Неужели он привык к инфекции, смирился с нею? Разве он уже готов прожить всю жизнь на крысиной крови? А вдруг крысы закончатся?

— Ну да, конечно, быстрее я закончусь, чем крысы, — хмыкнул он, доедая разогретые полуфабрикаты. Скоро предстояло идти на работу, что не сильно радовало парня: в последние дни ему совершенно не хватало одного похода за грызунами. Прошлые два дня приходилось охотиться утром и вечером, а сегодняшняя смена закончится только к середине ночи. Он не сможет попасть в Яму ни вечером, ни утром. Неужели опять «самолечение»?

Проведя пальцами по запястью, Хейн почесал нос. Благодаря пластырю-регенератору шрамы быстро затягивались и заживали, но все же оставались видны. На улучшенный регенератор, полностью избавляющий от всех следов, не было денег. Да и постоянное ношение пластыря вызывало вопросы на работе.

Потянувшись, парень поднялся, забрал планшет и прошел в ванную. Включив свет поярче, он придирчиво осмотрел себя в высоком зеркале. Иногда быстрая «кормежка» парами капель помогала отодвинуть приступ на некоторое время, сегодня это было бы кстати. Но бледная кожа была совершенно чиста, что не оставляло никаких шансов: срыв произойдет прямо посреди работы. Может, поймать крысу и взять ее с собой как обед?

— А ты похудел, приятель, — внезапно раздался голос Луки, и Хейн подпрыгнул от неожиданности. Незаметно начавший виртуальный разговор Лука невинно махал рукой, приветствуя друга, и весело смеялся, глядя на его смущение. Выдув фиолетовый пузырь жвачки, тот поправил очки и резко крутанулся на кресле, демонстрируя обилие заколок на зеленой голове.