Мамонт

– Павел Сергеевич, вроде все.

– Коля, возьми в дежурке машину и мухой в музей. Найдешь там того, кто разбирается в антиквариате. Затем в ломбард. Там есть такой дедок, дядя Соломон. Скажи ему, что я прошу его приехать. Он может для вида отказаться. Типа, он старый и больной. Через минуту умрет. Так ты скажи ему, что он увидит то, чего никогда в жизни не видел. Он хотя и старый, но любопытный. Побежит впереди тебя. Все, давай, действуй. Понимаю, что это все еще на экспертизу отправят, но нам хотя бы приблизительно это оценить. Так, Игорь, посидите здесь с Костей. Парни, пойдем к вам в кабинет. Обсудим, что вы надумали.

Павел, Сергей и вновь прибывшие опера вышли из кабинета и зашли в соседний. Майор занял свое любимое место, на подоконнике, остальные сели где место нашлось.

– Докладывайте, что надумали?

Опера переглянулись между собой, а затем Сергей с Дмитрием посмотрели на Якова. Тот недовольно поморщился.

– Что уставились? Я, никого не грабил.

Дмитрий погрозил ему пальцем, как нашкодившему подростку.

– Яша, не шали. Ты придумал, тебе и ответ держать.

– Павел Сергеевич, мы несколько раз просмотрели видеозаписи из ресторана. Сначала грешили на официантов, что кто-то из них наводит. Но потерпевших обслуживали каждый раз разные официанты. И из поля зрения видеокамер они не терялись. По телефону никому не звонили. Посторонний подсмотреть тоже не мог, когда терпилы рассчитывались. Между столиками скамейки с высокими спинками, под старину, с резьбой. Но кто-то же видел. Постоянно за клиентами наблюдала охрана с помощью видеокамер. У них есть возможность увеличить или уменьшить изображение на мониторе. А судя по тому, какая хорошая видеозапись, то и камеры у них стоят не из самых простых. Но и это еще не все. Охранники работают сутки через двое, по двое человек в смену. Все грабежи происходили во время работы одной из смен. Точнее во время работы одного из охранников. Его напарник неделю лежит в больничке с сердцем. Сегодня как раз его смена. Пока вы ездили, мы немного подсуетились. Сергей в суд сгонял, взял постановление на прослушку телефона, а Дима, по своим связям договорился, чтобы без очереди взяли на кнопку.

– Что вы предлагаете?

– То, что вы и говорили. Вечерком под видом пьяного зайду в ресторан. Уходить буду, засвечу бумажник. А там как карта ляжет. На улице ребята подстрахуют.

– Согласен. Можете пока отдохнуть. Часиков в восемь в отдел подтягивайтесь. Раньше смысла нет. Если повезет, то работы вам хватит до завтрашнего вечера. Думаю, что вас троих хватит. Николай со мной останется. Сережа, Стас звонил.

– Да. У них движения нет. Приезжала девятка, А954КУ. Водитель занес в адрес два пакета с едой и пойлом. Через час он уехал.

– По ГАИ пробил?

– Обижаете. Числится на семидесятилетней бабушке. По административной практике ездит некий Мусин Николай Федорович. Кличка Муса. Ранее дважды судим. Оба раза условно. Ходит под Кузей. Бывший спортсмен. Недавно арендовал подвал. Набрал трудных подростков и обучает их боксу. Готовит подрастающее поколение.

– Это ты откуда взял?

– Стас сказал. Он уже был у них в разработке.

– Сережа, я вместо тебя посижу. Все равно с этими кирпичами еще разбираться. Все, идите, отдыхайте.

Павел вернулся в свой кабинет. Константин стоял возле окна, наблюдая за чирикающими воробьями. Игорь стоял возле стола и держал в руках корону, рассматривая гравировку, нанесенную на внутренний ободок. Оглянувшись на скрип двери, Игорь положил корону в шкатулку и отошел к своему столу. Шаламов, как стоял, так и продолжал стоять, даже не повернувшись. Павел подошел к нему и положив руку на плечо спросил.

– Костя, не жалко отдавать?

– Знаешь, Павел Сергеевич, не жалко. Меня Дед научил относиться к этому, как к тлену. В могилу с собой не заберешь.

– Как насчет того, чтобы пообедать. Пока здесь все перепишут, оценят. Дай бог, если к ужину попадешь.

– Можно. Не откажусь.

Майор повернулся к Игорю.

– Игорь, деньги есть?

– Да.

– Возьми пожалуйста, что ни будь перекусить. Завтра отдам. Деньги дома забыл. Совсем старым стал.

Игорь вышел из кабинета. Павел сложил лежащие на столе ценности в сейф и сел за стол. Шаламов повернулся к нему.

– Сергеич, у тебя сухарика или кусочка хлеба не завалялось?

– Оголодал?

– Воробушек покормить.

– Тумбочку открой, возле тебя стоит.

Константин достал из тумбочки сухарь и рассеялся.

– Сергеич, такими сухариками даже на зоне не питаются.

Шаламов тонкими, длинными пальцами раскрошил сухарь и через решетку выбросил крошки на улицу. Воробьи стайкой, весело щебеча, налетели, стараясь урвать свой кусочек.

Дверь в кабинет резко открылась и запнувшись о небольшой порожек зашел злой начальник отдела.

– Майор Голиков, какого черта ты этот сейф притащил, еще и открыл без понятых. Ты, вообще, представляешь, что сейчас будет. А, это кто такой?

– Задержанный Шаламов. Он и показал, где клад лежит.

– Майор, да вы рехнулись. Я почему все узнаю последним! Паша, нас же сейчас УСБ в зубах затрясет. Особенно твое отделение. Вдруг вы что ни будь скомуниздили. Вот лежал этот сейф под землей, пусть бы и дальше лежал. Ты за экспертами отправил?

– Да, скоро уже подъехать должны.

– О понятых не забудь.

– Да уж, не забуду.

– В, сейфе, действительно что-то ценное?

– Да. Какая-то корона с деревяшкой, камни и золото.

– Ох, Паша...

Полковник повернулся и вышел из кабинета в дверях столкнувшись с Игорем, который прижимал к груди пакет с продуктами. Пакет попался бракованный. Игорь только вышел из магазина, как у него оборвались ручки. Полковник, еще не успокоившись, опять взорвался.

– Да, это что такое? Лейтенант, у тебя глаза есть? Вас учили субординацию соблюдать. Первыми нужно старших пропускать. Хотя, каков поп, такой и приход.

Махнув рукой полковник ушел. Игорь зашел в кабинет, прижимая пакет, растерянно смотря на Голикова.

– Товарищ майор, что это было?

– Привыкай. Еще не такое услышишь. Какие твои годы? Ты, на шефа не обижайся. Его можно понять. Запомни на будущее. Никогда не выделяйся из толпы, если хочешь жить спокойно. Лучше быть сильным середнячком. У нас система такая. Высунешься, голову снимут на мах. А тут такое. С УВД наверняка захотят шашкой помахать, в голубом экране покрасоваться. Еще и полковника подтянут. Ему это надо? Ты чего стоишь? Давай, стол накрывай. Ты у нас сегодня за поваренка.

– Павел Сергеевич, я пюрешку купил в стаканчиках, колбасы, майонеза, хлеба и молока. Мы, в школе милиции, часто пюре брали и колбаски туда крошили. За обе щеки улетало. Да еще и под молочко.

Павел сел за свой стол у окна. На против него, расположился Константин. Оба молча наблюдали за Игорем. Тот вскипятил чайник и разлил кипяток по пластиковым стаканам. Дождавшись, когда пюре заварится, Игорь расставил на столе посуду и сам присел с торца стола, придвинув стул от соседнего. Перекусив, что бог послал, в лице Игоря, майор и Костя отодвинулись от стола. Игорь собрав стаканы, выбросил их в урну. Кружки, из под молока, составил одна в одну и вышел. В приоткрытую дверь заглянула женщина лет тридцати, одетая в зеленый брючный костюм.