Марионетка

После этого последовало легкое замешательство, и Хильда решила, что ей лучше объясниться.

— Он меня смущает.

Человек за пишущей машинкой обернулся и с любопытством посмотрел на нее.

— Миссис Ричмонд, вы вчера говорили, что познакомились с мужем через агентство, которое послало вас на яхту в качестве сиделки.

— Это верно.

— Вы когда-нибудь слышали о нем раньше?

— Нет.

— Как вы объясните чудесное стечение обстоятельств, благодаря которому вы встретили на борту своего отца?

— Я не вполне понимаю…

— Мой вопрос совершенно ясен. Вы дочь Антона Корфа, верно?

— Верно.

— И вы не знали, что он на борту?

— Нет.

— Вам не кажется это странным? Второй вопрос: вы знали, что у Карла Ричмонда нет прямых наследников и в случае замужества его состояние перейдет к вам?

— Вы неверно ставите вопрос. Из ваших слов можно понять, что я действовала по заранее обдуманному плану, но ничего подобного не было.

— Подробности мы обсудим позднее, миссис Ричмонд. Сейчас нас интересуют факты. Я сам смогу составить картину происшедшего, если вы будете добры отвечать на мои вопросы. Под какой фамилией вас знали на яхте?

— Почему вы об этом спрашиваете?

— Чтобы услышать ответ. Должен предупредить вас, что раз вы отказались от услуг адвоката, все ваши ответы будут занесены в протокол, который вы подпишите, а мы затем проверим. Так что играть со мной не в ваших интересах. Так какой фамилией вы представились на борту яхты?

— Майснер. Хильдегарде Майснер.

— Благодарю вас, миссис Ричмонд.

— Когда я смогу увидеться с отцом?

— Думаю, что скоро. Мы были у него дома, но он улетел во Флориду. Разве вы этого не знали?

— Я не думала, что он уедет так скоро.

Стерлинг Кейн внимательно посмотрел на неё и продолжил:

— Он скоро вернется. В первом же аэропорту ему придется пересесть на обратный рейс.

— Смогу я увидеть его сразу после возвращения?

— Вполне естественное желание. Но вам следует признать, что эта трогательная привязанность производит довольно странное впечатление, поскольку последние тридцать четыре года вы почти не виделись.

— Война разлучила нас.

— Война началась только в тридцать девятом.

— Могу я закурить?

Незнакомец, чье присутствие казалось просто лишним, передал ей сигарету и щелкнул зажигалкой.

— У вашего мужа было крепкое здоровье?

— Думаю, да.

— Я хотел спросить, страдал он каким-нибудь заболеванием, кроме паралича ног?

— Не думаю, хотя когда мы познакомились, у него было что-то вроде опухоли на глазу.

— Нет, миссис Ричмонд, это был всего лишь ячмень, просто он придавал ему слишком большое значение.

Хильда промолчала.

— Вам известно содержание его завещания?

— Нет.

— Вы когда-нибудь обсуждали с ним этот вопрос?

— Никогда.

— Какие отношения у вас были с отцом?

— Нормальные. Что вы имели в виду?

— Простое любопытство. Но меня удивляет, что вы неожиданно встретили его после стольких лет разлуки. Сразу возникает вопрос, где же раньше были ваши родственные чувства?

— Можете вы объяснить мне, миссис Ричмонд, почему, даже не подозревая, что на борту яхты находится ваш отец, вы представились вымышленной фамилией?

Хильда побледнела и нервно затянулась сигаретой.

— Простое совпадение, не так ли? Вы же понимаете, что в ваших интересах говорить всю правду, иначе воображение может привести меня к выводам не в вашу пользу. Вы решили выйти замуж за Карла Ричмонда после первой же встречи?

— Это было не мое решение.

— Ну-ну! Милая молодая женщина вроде вас способна в два счета окрутить мужчину, особенно старика.

— Мой муж был крайне своевольным человеком. Он сам решал, что ему делать, и никто не смог бы повлиять на его мнение.

— Не сомневаюсь. У него был довольно трудный характер, не так ли?

— Мне не на что жаловаться.

— Ну, тогда вы единственная, кто о нем так отзывается. Для остальных он был просто невыносим.

— Это не мои проблемы.

— Нет, конечно, но все говорят о его желчном характере, ладить с ним было трудно.

— В этом были свои преимущества.

— Естественно. Ваш муж был старым и очень богатым человеком, что для молодой честолюбивой женщины в самом деле служит большим преимуществом.

— Мой муж мог прожить ещё долгие годы.

— Тогда почему же он умер?

— Откуда я знаю?

— Какое упущение! За все время вы даже не поинтересовались результатами вскрытия.

Хильда отшвырнула сигарету.

— Это просто деталь, миссис Ричмонд, но деталь очень важная — вашего мужа убили.

— Зачем вы мне это говорите?

— Любопытная реакция… Что вы на это скажете?

Хильда чувствовала, что сейчас разорвалась бомба, но не знала, как себя вести. Ничто не нарушало тишину в комнате. Стук пишущей машинки стих. Женщина за окном развесила белье и ушла. Теперь оно лениво колыхалось на ветру.

Наконец Хильда оправилась от шока и смогла спросить:

— Убили? Кто?

— Мне кажется, вам проще ответить на этот вопрос.

— Не понимаю.

— Кто же, по-вашему, мог быть заинтересован в смерти мистера Ричмонда?

— Но это глупо. Я совсем не заинтересована в его смерти, у меня и при его жизни было все, что душе угодно.

— Неужели все?

— Вы же знаете, до нашей встречи я жила очень бедно. Деньги появились только после замужества. Чего мне было ещё желать?

— Вы не в ладу с собственной логикой. Вы сами признали, что вышли замуж из-за денег. Это характеризует вас, как расчетливую и алчную натуру; с другой стороны вам всего тридцать четыре года. Вы красивы, соблазнительны. Для богатой свободной женщины…я повторяю: свободной… жизнь может предложить массу соблазнов, которых старый муж наверняка не одобрит.

— Вы считаете меня настолько глупой, чтобы убить его сразу после свадьбы?

— Помните, у вас были не совсем обычные обстоятельства? Его ужасный характер стал притчей во языцех.

— Меня это никак не касалось.

— Конечно, конечно. Можете вы мне сказать, зачем было рисковать, перевозя его труп с яхты домой?

— Я не могу ответить на этот вопрос.

— Рано или поздно вам придется это сделать.

— Могу я узнать, как был убит мой муж?

— Его отравили. Согласитесь, яд — типично женское оружие.