Марш обреченных

На всякий случай я все же задействовал нашу родную магитронику, надеясь найти Кая по образцу его крови, присланной с Хинлаугана, но ДНК эльфа уже успела кардинально измениться. Поисковые артефакты окончательно замолкли, словно расписавшись в своей беспомощности.

Махнув на них рукой, я приготовился смотреть шоу про капитана Лытаря, а также его разговоры с подчиненными и начальством.

* * *

Срез памяти.

Бег давался ему легко. Даже в прошлые годы Кай мог, если нужно, бежать без устали, не занимаясь регулярно спортом, но теперь само понятие усталости перестало для него существовать, и его голые подошвы шлепали по асфальту, приближая к неведомому городу. Понятное дело, что мокасины, не предназначенные для интенсивного бега, не выдержали подобного обращения и прямо на полном ходу развалились по швам, но эльф даже не замедлил свой бег: теперь он мог бежать и босиком, не обращая внимания на острые камни, коварное стекло или шершавый, словно наждак, асфальт. Он стал прекрасно видеть в темноте и не боялся переломать себе ноги, случайно оступившись. Огромная южная луна, готовящаяся к полнолунию, освещала ему дорогу, компенсируя свое одиночество размерами.

Где-то на краю сознания мелькнула мысль, что мертвые не потеют, заставив Кая улыбнуться. Биологически он не был мертв. Ему-эльфу даже хотелось есть, но не так сильно, как ему-вампиру два часа назад. В голове понемногу начал складываться план дальнейших действий. Продвигаясь маленькими шажками к правильному решению, чтобы не схлопотать очередной контролирующий удар головной боли, Кай'Ан наметил для себя основные задачи: затеряться, набраться сил и вернуться домой на Хинлауган. Последняя мысль вызвала особенное одобрение невидимого указчика.

Поутру эльф добрался до огромного города, не зная, что это столица королевства Карон, и предусмотрительно перешел со стремительного бега на шаг. Сильнейший тропический ливень скрыл его от автоматического наблюдения, и местная стража могла только предполагать, как кровавый маньяк, уже разыскиваемый по записям с камер, проник в Найстаг.

В городе Кай растерялся, но ненадолго. Новое чутье подсказывало, что где-то впереди есть река, туда он и направился, ища мосты, под которыми можно схорониться. Широкая река имела широкие мосты и роскошные каменные набережные. Логика подсказала эльфу, что, чем «злачнее» будет место под мостом, тем менее вероятно, что его там станут искать. Такой мост нашелся. Он был перекинут через один из рукавов Стага. Не очень длинный, скорее широкий, что позволяло избегать дорожных заторов. В обе стороны от него уходила пустынная набережная, почему-то огороженная решеткой. Кай легко перемахнул через ограждение и спустился под мост. Восемь спящих бродяг не стали для него сюрпризом. Стараясь не запачкаться в крови и грязи, он аккуратно «перекусил» ими, лишь легонько вонзая когти в горла жертв. Еще недавно в бою он бездумно набрасывался на пищу. Чуть ли не разрывая тела, чтобы добраться до души. На самом же деле было достаточно получить контакт с кровью. Кай представил себя со стороны, «питающимся» по-старинке, как это описывают мифы про вампиров, – через клыки. Боевой биоробот вдруг невольно представил эротическую картину: он крепко держал обнаженную Нейлу и нежно впивался клыками в ее шею.

Нейла!Но тут незримый указчик снова прошелся болью по его нервам. Нельзя, надо забыть все лишнее!

Эльф застонал от ярости, стараясь не навлечь на себя новое наказание и больше не думать о прошлом. И снова волна удовольствия накрыла его «пряником» дрессировки.

* * *

Сидя за пультом наблюдения, я продолжал болтать с девушками. Совместный поход по магазинам помог сломать незримую преграду в общении, словно магички только того и добивались, чтобы макнуть следователя Летова носом в местную грязь.

– Вот вы говорите «маги то, маги это», – присела мне на уши более ласковая Тая, почему-то вызвав странную ревность грубоватой Терганы. – А нам, магам, за вредность надо драконье молоко выдавать.

– Драконы не млекопитающие, – совершенно автоматически поправил я.

– Тьфу на вас! – притворно обиделась девушка. – Не срывайте налет трагичности с моих слов.

Ну-ну…

– Вот вы всего лишь на два часа окунулись в местный быт и поверхностно ознакомились с социальными нормами, а мы постоянно испытываем весь этот ужас. Думаете, написали в «Страже Порядка» статью про свое расследование, так уже героем стали? – ошарашила меня Тая. – Маги, видите ли, у вас плохие… а мы, между прочим, постоянно наблюдаем всю дикость чужих традиций и законов. Мы вынуждены смотреть на все это и терпеть… а так иногда хочется пройтись по улицам их городов с пулеметом, расстреливая от бедра все это дерьмо!

Ой, беда! Либо меня разыгрывали на доверии, либо девочке надо было как следует разрядиться. Понятное дело, я не стал лезть со своими советами, а только еще внимательнее принялся следить за Лытарем, который в это время менял свой поврежденный протез.

– А вообще, интересная у них система дрессировки, – вспомнил я поразивший меня ролик. – Влияние именно на центры удовольствия головного мозга.

– Да ерунда все это, баловство, – хмыкнула Тергана. – Мы уже две тысячи лет примерно таким же способом контролируем операционные системы артефактов, чтобы искусственный разум не вышел за грани дозволенного.

Не знал…

Тут контрразведчик Лытарь завел интересный разговор, и я полностью переключился на него, закрывшись в своей комнате.

* * *

– Нет, ну ты себе представляешь?! – жаловался капитан, лежа в операционном ложементе. – А если бы это была настоящая рука?

Подглядывающее заклятие передавало по телепатическому каналу четкую картинку, зависшую под потолком комнаты.

Речь капитана щедро разбавлялась ненормативной лексикой, недостойной настоящего стража правопорядка.

– Спокойно, Мант, не размахивай культяпками, – предупредительно поднял руку врач. – А то снотворное вкачу.

– Не надо! – резко отмахнулся капитан. – Башка от него потом раскалывается, а это единственная боль, которую я не могу блокировать. Хотел бы я так уметь, как этот чертов инопланетник! Рукой махнул, вот так вот… ладно, не размахиваю… и сверхпрочный пластик словно лазером отсекло, но это не лазер.

Рядом с врачом на столике лежал маленький обрубок искусственной руки от локтя до плоскости среза силовым полем. Всю руку капитану менять не пришлось, и ему восстановили только предплечье.

– Да уж, не представляю, как он это сделал, – поддакнул врач и поспешил воспользоваться минутой спокойствия, охватившего стражника: – Ты в следующий раз чужие вещи не хватай, особенно у инопланетников.

– Королевству нужны новые технологии! – воскликнул капитан, снова теряя спокойствие. – Его Величество ждет от нас результатов!

– Для этого у Его Величества есть Академия наук, а ты… падла… прекрати дергаться! Тебе же не шило в задницу воткнули.

– А видел бы ты, как он излечил раба! – Капитан все же заинтересовал врача, возбудив его профессиональное любопытство. – Всего полтора часа – и тот полностью исцелился! Даже мозги в норму пришли.

– Действительно, королевству нужны новые технологии, – задумался врач.

– Завидуешь, что не умеешь так же? – ухмыльнулся капитан. – Ничего, все мы им завидуем.

– Я никогда не завидую.

Дальше последовало идиоматическое выражение, после чего тертый жизнью Лытарь произнес фразу, засевшую у меня в голове на всю жизнь:

– Зависть – налог на успех. Его платят обе стороны, но разными чувствами. Так что не надо заниматься самообманом…

Вскоре врач (хотя его действия больше походили на работу автослесаря) закончил все манипуляции и отпустил вспыльчивого капитана, поспешившего на ковер к начальству. В принципе, все происходило в той же последовательности, к которой я сам привык. Получив нагоняй от руководства, капитан вернулся к своим непосредственным обязанностям – охоте на инопланетников и их технологии…

Было интересно наблюдать, как Лытарь распекает уже своих подчиненных, словно стряхивая с себя таким образом весь эмоциональный груз, навалившийся на него чуть раньше. В первую очередь досталось руководителю группы прослушки, сидевшей прямо за стенкой нашего номера. Парни работали ушами, а вот их начальник прохлаждался в управлении, где его и отловил капитан Лытарь.

Первая фраза сплошняком состояла из идиоматических выражений, заботливо переведенных артефактом, но я сознательно пропущу ее, так как основная смысловая нагрузка легла на предлоги и междометия, которыми оказался богат лексикон моего коллеги из Тайной Стражи, а не на прилагательные, глаголы и существительные.