Мастер путей 5

— Для начала — Настя. Атакуй одна. Хочу увидеть разницу потенциала… Что-то наподобие… потока огня. Сможешь?

— Сколько продержать? — осведомилась девушка, не удосужив себя ответом на мой вопрос.

«Значит, точно сможет».

— Сколько осилишь.

А сам, подозревая, что что-то может пойти не по плану, высвободил чуть больше Силы при возведении «Твердыни», чем до этого.

Потому не услышал, что произнесла Пламнева, формируя ударную технику. Как выяснилось, прочныей щит неплохо гасит сравнительно тихие звуки, создавая преграду для распространения колебаний в атмосфере. Лёгкие и тонкие для целей звукомаскировки бесполезны: отражая тренировочные удары девушек, я сквозь щит мог слышать и слова Морозовой. А вот сейчас, когда пришлось, что называется, «постараться», слова Насти остались для меня нераспознанными. Читать по губам не умею.

Да, честно говоря, и не очень-то хотелось. Потому что в следующий миг мне пришлось забыть обо всём, кроме сохранения своей шкуры.

Девушка, поняв, что от неё просят показать что-нибудь поэффектнее простой полевой зажигалки, вложилась от души и выложилась на полную. Силуэт Анастасии растворился за ослепительно ярким всполохом огня: последний накрыл щит целиком, подобно солнечному протуберанцу, и около минуты хищно облизывал поверхность «Твердыни», окружавшей меня полусферой.

А мне пришлось отметить, что «Твердыня» мешает распространению звука в воздухе, но не очень-то изолирует от жара. Температура пламени ощущалась даже за преградой. Не рискну предположить оценку, сколько киловатт тепловой мощности сгенерировала техника Насти. Цвет пламени был насыщенно-жёлтым, и это может косвенно указывать на температуру, но меня гораздо больше беспокоило, что воздух за щитом начал нагреваться. Жар пробивался терпимый, но пробивался. Как будто на тебя направили мощную тепловую пушку.

То ли Настя выдохлась, то ли посчитала, что с меня на первое время хватит, но спустя минуту воздействие спало. Пламя исчезло также внезапно, как и появилось, оставив нас в полумраке Сумеречной Долины. Ожидаемо, ослеплённые ярким огнём, на некоторое время мы оказались дезориентированы.

«Косяк», — подумалось мне. «Даже не обязательно пытаться уничтожить врага огнём в ночи. Можно просто ослепить его, и делай с ним всё, что хочешь. Я сейчас от слепого котёнка мало чем отличаюсь…».

Снимая щит, понял, что опасно открываюсь. Имей кто желание добраться до меня сейчас — у него была бы наилучшая к тому возможность. Идеальнее не придумаешь. Всё, что вижу — едва светлый купол небосвода и тёмная земля, на которой стоим.

Потребовалось время, чтобы глаз привык к полумраку Долины.

— Что же, — произнесла меж тем светлейшая княжна Морозова. — Второй курс можно считать зачтённым. В любом ином случае отправили бы на переаттестацию ввиду полного отсутствия контроля Силы. Затраченных усилий хватило бы на нескольких экзаменуемых. Но, ежели к мелочам не придираться, с задачей справился… Только, отчего-то мне подсказывает моё девичье сердце, это ещё не всё, что ты задумал… так, ведь?

— Не без этого, — отозвался я. — Насть. Ты как? Продолжать можешь или выдохлась?

— Терпимо, — подтвердила Пламнева.

По мере того, как привыкал обратно ко мраку глаз, становилось видно, насколько всё «терпимо».

И без того не очень-то светлая земля покрылась чёрным ковром выгоревшей травы. Борозда, проделанная воздушной техникой Кати, осталась, но визуально разрослась вширь. Травинки не просто пожухли от температуры, а буквально выгорели дотла. Сплошной горелый ковёр начинался постепенно в паре-тройке метров от одарённой и обрубался резко там, где проходила граница моей «Твердыни». Неплохо, неплохо.

— Тогда следующий шаг. Пламнева — то же самое, та же техника, та же цель. Пытаешься достать меня за щитом изо всех своих сил. Ветрова — та же вводная, но за маленьким пояснением. Постарайся влить свою технику в технику подруги.

— А смысл? — не поняла Катя. — Мы же помешаем друг другу. И без того навредить тебе не можем. А так и вовсе не дотянемся.

— Сейчас увидишь.

Конфликт конфликтом, конструкт конструктом, но есть элементарная физика, которую не обманешь. И, хочется верить, что она в обоих мирах плюс-минус одинаковая. А вот это, как раз, мы сейчас и выясним…

От греха подальше накрылся щитом, постаравшись возвести его максимально прочным и нерушимым. Что пуля его пробьёт — это уже понял. Со слов местных, старайся — не старайся, а огнестрел против магии роляет. Но это не повод подставлять свой ливер под усиленную магию двух девушек, которая, как оказалось, способна изжарить динозавра.

По-хорошему, надо было закрыть глаза, чтоб не нахвататься от засветки. Но тогда бы я не увидел, как щит накрыл гораздо, ГОРАЗДО увеличившийся в размерах огненный поток пламени, в одночасье сменивший свой цвет на ослепительно белый по центру струи, и переходящий в синеву по краям, которые облизывали полусферу щита.

Правда, это никак не помогло мне с осознанием того, как стремительно начала расти температура под ним. Знал бы, где упал — соломки б подстелил. Надо было брать радиус «Твердыни» шире. От преграды начало ощутимо отдавать едва терпимым раскалённым жаром.

На моё счастье, представление не затянулось надолго. Буквально полминуты — и воздействие спало.

— Вот, примерно такого от вас и ожидал, — выдохнул я, сбрасывая щит.

Температура воздуха вокруг заметно возросла. Уже развеялась техника, а я всё ещё ощущал жар раскалённого воздуха. От обугленной земли воздымался знакомый запах горелой травы и дымок. Последний воскуривался от границ перепаханной и спалённой борозды, где температура пламени была поменьше. Всё, что находилось между мной и девчонками, дымить не могло по определению, ибо истлело в прах.

Что ж. Значит, физика двух миров и впрямь имеет точки соприкосновения. Пусть в моём мире нет магии и никто не слышал о Силе, но и в этом контакт открытого пламени с усиленным притоком воздушных масс даёт привычный мне результат…

— Дорогой мой Александр Александрович, — раздался в полумраке Долины вкрадчивый голосочек светлейшей княжны Ветраны. — А не сочти за праздное утруждение, но посвяти же нас… А что на сей раз твой иномирский разум преподнёс? Что ты сейчас сделал?

— Шкерился за щитом, — хмыкнул я. — Разве не очевидно? Дал подсказку твоим телохранительницам. Воздух — неплохой усилитель для огня. Кислород в нём — окислитель, и, чем больше его участвует в горении, тем выше температура пламени. В разумных пределах, конечно же.

— Азбучные истины вещаешь, хоть и больно мудрёным глаголом… Но отчего же заклятья сближниц друг друга не порушили? Тебя довольно долго пытались достать. Заклятья, построенные на Силе, столь протяжённое время не могут поддерживать себя и друг друга, ежели в конфликте находятся. Как ты обошёл законы Силы?

Мне оставалось только пожать плечами.

— В душе не ведаю, Вет, — признался я. — Ваше колдунство для меня всё ещё тёмный лес. Разбираться надо. Берислав освободится от дел — вот у него и спросим. Тем паче, что у нас с разноглазкой к нему тоже ряд вопросов был.

В таком ключе протекали наши занятия. Чему-то учил девчонок я, чему-то учили меня они. Где-то умную мысль выскажет Ветрова, а где-то, даром, что полузверь, поделится неведомым даже для светлейшей княжны Лана.

Таким образом и организовали процесс обмена знаниями. «Ведущими» были попеременно все, кому было, что рассказать окружающим.

Морозова и Ко — эта троица, вне всякого сомнения, лидировала во всём, что касается Силы. Недаром Ветрана — лучшая слушательница своего курса. Да, пока что только первого, но фору давала и более старшим.