Мастер силы

– Наконец-то!
– обрадовался Саня.
– Тут неподалёку есть "Золотая подкова"…

– Юноша!
– Портнов поднял бровь, демонстрируя недовольство.
– Кто вас учил перебивать старших? Повторяю, будете выигрывать. На рулетке. Четыре-пять раз подряд. Каждый раз повышая ставки.

Это было что-то новенькое. Впервые Иван Иванович предлагал так нагло демаскироваться.

– А теперь давайте сходим куда-нибудь отдохнём, - Катеньке надело ждать, когда пройдёт одна секунда.
– Я видела по дороге пару отличных магазинов.

– Кстати, - добавил Портнов, - на сей раз ставить будете лично вы. У Екатерины есть более важная функция. Она будет компенсировать…

– А можно, - Катенька сделала из губок трогательный бантик, - Алена Петровна будет компенсировать? А я в следующий раз, а?

– Этот директор, - внезапно заговорила мумия Алены Петровны, - очень… проникающий. Я Саню еле закрыла. Я одна не справлюсь.

– Вот видите, Екатерина? А вы, Емельян Павлович, уж постарайтесь завестись. Пусть все ваши мысли будут поглощены жаждой наживы, хорошо? И от директора, мысли читающего, тоже постарайтесь держаться подальше. И ни в коем - слышите?
– ни в коем случае не подавайте ему руки. Даже если он захочет лично поздравить вас с выигрышем.

– Вы все зануды, - сказала Катенька.
– Я уже никуда не хочу ехать. Муж, скажи, чтобы мне принесли ледяного шампанского.

И ещё полчаса вся компания, уже готовая куда-нибудь идти, наблюдала, как Катя мстительно потягивает шампанское.

3

Первой неожиданностью, с которой пришлось столкнуться Леденцову, оказались телохранители. Трое из ларца, одинаковы с лица. Не слишком одинаковы, но в среднем неразличимы. Звали их в сумме Пётр, Владимир и Владимир, но кто есть кто, Емельян Павлович так и не запомнил. На всякий случай решил, что будет использовать обращение "извините, пожалуйста", а если совсем припрёт - "Владимир".

Зачем эти дюжие ребята приставлены, Леденцов спрашивать не стал. Не захотелось ему об этом спрашивать. А вот о бодрой тётушке, чем-то неуловимо напоминающей Алену Петровну, поинтересовался.

– Ваш компенсатор, - пояснил Иван Иванович.
– Зовут её Елена Кимовна.

– Вместо кого это?

– Не вместо, а в дополнение. С кибернетикой знакомы?

– Бог миловал.

– Жаль. Не пришлось бы объяснять, что такое избыточность системы. Скажем так: бережёного должен беречь не только бог, который вас миловал. Необходим ещё один бог, запасной.

Елена Кимовна тут же принялась активно шушукаться с Алёной Петровной, и та ей охотно отвечала. Так что вскоре Емельян Павлович путался и в компенсаторшах.

Третья неожиданность была самой неприятной. Её звали Сергей Владиленович. Он уже совсем не напоминал текстолога-алкоголика. Вернее, напоминал текстолога-алкоголика, которого обогрели, умыли и приодели. Дорогой пиджак имел на нём вид обносков, чисто выскобленное лицо почему-то казалось небритым, а глаза горели такой радостью, что Леденцова стало мутить.

– Этот ещё зачем?
– прошипел Емельян Павлович Портнову.

– Вспомнил ещё одну поговорку, - невозмутимо ответил тот.
– "Боржоми следует пить заблаговременно". А теперь извольте одеваться.

И отвёз всю компанию в очень дорогое место. Настолько дорогое, что Катенька простила всем и все. Пока старшие компенсаторши деловито выбирали себе костюмы, непроизвольно косясь на ценники, их юная подруга оторвалась на всю катушку. И почти оторвалась от грешной земли. Она перемерила весь магазин, и вскоре половина продавщиц сгрудилась возле неё, монотонно повторяя:

– Это ваш стиль! Это ваш фасон! Берите, даже не думайте!

Саня оттянул на себя двух работниц прилавка. И не столько выбирал прикид, сколько строил глазки и бровки.

Емельян Павлович удостоился внимания всего одной продавщицы. Но и она вылила на него тёплый ушат непривычной для провинциала любезности.

– Вам нужен деловой костюм? Или для встреч с дамами?

– Я женат, - сказал Леденцов и зачем-то продемонстрировал свою окольцованность, - и эта шустрая блондинка - моя супруга.

– Понятно. Значит, для бизнес-встреч?

– Честно говоря, не совсем. Мне нужен костюм для казино. Хочу выиграть там небольшую кучу денег.

Ни один мускул не дрогнул на тренированном лице девушки.

– О'кей. Сделаем вам самый удачливый костюм. У вас есть предпочтения?

– Есть. Я хочу все это как можно быстрее закончить.

– Замечательно. Вам нужен серый костюм-двойка в полоску. Однобортный, естественно. Галстуки вы не любите? Значит, рубашка-стоечка.

Емельян Павлович решил, как только эпопея с одеванием закончится, дать продавщице на чай. На крепкий чай, с сахаром и лимоном. Он терпеть не мог, когда его спрашивали о предпочтениях там, где их быть не могло. Злился на таксистов, которые интересовались, каким маршрутом его лучше везти. А парикмахерш, которые начинали обслуживание с вопроса "Как будем стричься?", ненавидел до рези в глазах. Поэтому всегда стригся у мастера Наташи - она покорила его, когда при первой же встрече усадила в кресло и молча принялась орудовать ножницами.

Все уже были одеты, когда Катенька смогла определиться с платьем. К удивлению Леденцова, оно было на вид скромным, без всяких рюшечек-блёсточек. К ещё большему его удивлению, супруга в этом "простеньком" наряде (за полторы штуки долларов) выглядела неотразимо.

Даже Иван Иванович, дожидавшийся их у входа в магазин, прочувствованно поклонился и поцеловал Катеньке пальцы. Но это оказалось только началом процесса.

– Причёску, - заявила она.
– К этому платью нужна особенная причёска. Иван Иванович, вы же знаете, где здесь можно быстро и хорошо уложиться?

"В нашем номере, на кровати", - хотел сказать Леденцов, но не рискнул. Да и сам он в новом, невероятно дорогом костюме чувствовал себя несколько по-иному. В родном областном центре он всегда носил приличную одежду, но этот костюм существовал в ином измерении - и напористо тащил Емельяна Павловича в это измерение за собой.

По приезде в салон "Прелестница" он понял, что не только время - деньги, но и наоборот. Цены здесь были такими, что очередей (вечный бич дамских парикмахерских) не наблюдалось. Мастера нашлись даже для Елены Кимовны и Алены Петровны. Хотя, возможно, дело было просто в страстном желании Леденцова поскорее закончить приготовления - "топор" сработал и здесь.

В результате неокультуренными остались только Сергей Владиленович и Иван Иванович. Первого улучшать - только деньги тратить, а второй сразу заявил:

– Без меня, милые мои, я пока на глаза местным ребятам показываться не хочу.

– Боитесь, что ваши чёрные мысли прочтут?
– улыбнулся Леденцов.

– Боюсь обратного.

– Вы что, не в курсе?
– пришёл на помощь вылощенный До предела Саня.
– Иван Иванычевы мысли зашифрованы, как письма Штирлица на родину.

– Вы их не можете прочитать?