Мастер снов

04.03.05

Птица

Умерших иногда мне снятся лица: Моих родных, знакомых и друзей, А мой учитель никогда не снится, Не говорит со мной в стране теней. Во сне туман над пропастью клубится, И плачет посреди пустых полей Моя душа — потерянная птица, За стаей не успевшая своей. Опять ни с чем встаю я по утрам, И снова вечер дарит обещание, И вновь один скитаюсь я по снам. Подавлен безнадёжным пониманием, Оставлен на земле для испытания, И справиться с заданьем должен сам.

«Сколько радости чувству и зренью дано!»

Сколько радости чувству и зренью дано! Как играет в бокале живое вино, Как сверкает на солнце ночная роса, Как заколка блестит у тебя в волосах, Увлекает волной фантастический Аист, И сияет по осени умерший лист. Ясность формулы, грани прозрачного льда, И свивается в струи речная вода. Но, наверное, всё же прекрасней всего — Над твореньем склонённое божество.

Сугробы

Проклятье дворников — сугробы, Такой уютный, белый снег… Езжай в Израиль и там попробуй Забыть о снеге человек. Почти полгода в полумраке, И солнце в серой пелене, Иерусалим? Да это — враки, Легенда, что приснилась мне. Реальна в жизни только вьюга, В замёрзших окнах — огоньки, Да мы с тобой, согрев друг друга, Так упоительно близки.

27.02.05

Сусанна и старцы

Краснеют, молодея, старики. Она застыла между них невинно, И падает из розовой руки, Оранжевое солнце мандарина. Его встречает гордая ступень, А он летит над ней неудержимо, И вслед за ним летит живая тень, Верёвочкой привязана незримой. Они хотят покинуть полотно, Они спешат, как будто их догонят, Вдруг разорвав условное окно, И падают в открытые ладони. На улице сугробы намело, Там холодом клубится вьюга злая. Здесь в полумраке мандарин сияет, Ещё храня руки её тепло.

10.02.05

Шахматы

Каждый делает ход, просчитав варианты, Ошибаясь с обеих сторон. В этой древней игре оба мы дебютанты, И по-своему каждый из нас — чемпион. Мы горды и красивы, как ловкие тигры, Идеален наш план, безупречен резон, Каждый верит в себя и надеется выиграть, Каждый в глупость свою погружён. Чёрно-белые боги обманутых наций, Не жалеем весёлых солдат, Не заметив в разгаре лихих комбинаций Ненароком поставленный мат. Кто же нашу неловкость поймёт и оценит? Кто гроссмейстер на этот раз? Мы — слепые актёры на маленькой сцене Поединка, связавшего нас.

06.03.05

Чёрные звёзды

Искра, вспышка и взорванный воздух, Голое слово упало на снег, Смерть занесла в фиолетовый гроссбух: «Мёртвая сказка пребудет вовек». С неба посмотрят голодные звёзды, Звёзды, которых давно уже нет, Чёрные звёзды, летящие грозно, Жадно глотая беспомощный свет. Бьётся, по горло запутавшись в «Google», Скучных проблем оглушающий твист, Маленький мальчик с глазами, как угли, Чёрные звёзды наносит на лист.

10.01.05

«Я хотел бы стать птицы крылом…»

Я хотел бы стать птицы крылом, Что заходится песнею звучной, Но я стану только теплом, Кучкой пепла ненужной и скучной. Буду спрятан цементным мешком В белой урне с золою. Не смогу даже стать червяком, Даже — просто землёю. Так развейте по ветру мой прах! Может, ветром тогда я стану? Стану ветром, шумящим в лесах… Впрочем, это мне не по карману.

Перед бурей

Дышал угрозой необъятный Простор слепого океана, В плесканье бликов предзакатных, В преддверье бури долгожданной. Пока не смыла все святыни, Волна могучая и злая, Клубились тучи в гулкой сини, Кричала чайка золотая. Ярилось солнце в чёрной бездне, И, извиваясь в ярком танце, Смеясь над жизнью бесполезной, Рвались его протуберанцы, Сводя с ума в ревнивой муке, У смертных отбирая разум, Взамен даря поэту звуки, Наполнив солнечным экстазом. Над суетой мирка пустого, Стихийной наливаясь силой, Звучало огненное слово, И солнце новое всходило.

27.02.05

Комар

Хлоп! Бесполезный удар. Круглое брюшко надув, Капельку крови уносит комар, Ловкость мою обманув. Кровь моя с ним улетит, Кровь моя в нем оживёт, Брызнет и зазвенит Комариный приплод. Ешь, лягушачий народ! Ешь, длинноногая цапля! Скачет, поёт и свистит Крови потерянной капля.

12.03.05

Рябина

Как будто эта осень онемела, Встает неслышно утренний туман. Рябина незаметно заалела, В молчании сошедшая с ума. Бесшумно птица мимо пролетела, Потерян звук, как будто талисман, И листьями асфальт оледенелый, Как нитью, тусклым золотом заткан. Мне грезится безмолвный разговор, Ты молча головой качаешь: «Нет». На улицу немой сочится свет. Беззвучно открывает светофор Беззвучному движению простор. Мольба… и безразличие в ответ.

Педпрактика

Столбенею, наглотавшийся педпрактики, Перед кошкой в беленьком переднике. А в глазах её вращаются галактики. Так себе вращаются, «на средненько». Но она в меня упёрлась взглядом, Как бы обдавая пониманием, И красиво прошагала рядом, Исчерпав на том свое внимание. Силуэт её в проёме двери Вспыхнул ореолом золотистым, И ушла, изображая зверя, Указуя вверх хвостом пушистым.