Мастер убийств
Шрифт:
— Последний фильм Гарри собрал за восемь недель в «Радио Сити» три миллиона, но он клянется, что все деньги идут на алименты первым четырем женам…
Кто-то описывал новую картину Шагала.
Ник, однако, размышлял над заданием. Ему надо было действовать просто стремительно, если Сен-Мартен работает на Джонни Ву. Хоук говорил, что китаянка пыталась встретиться с Сен-Мартен либо вчера, либо сегодня днем. У ребят Джонни был в распоряжении почти целый день на розыски. Вполне возможно, что девчонку уже вывозят из Франции в Китай.
Если это на самом деле так, то Хоук сделает все,
Не вина старика Хоука, что так тщательно спланированная операция по похищению доктора Лина окончилась неудачей. Но люди, перед которыми он отчитывается, не хотят и слышать о провалах. Поэтому Хоук положился на Ника. Как-то раз Ник слышал разговор Хоука с Госдепартаментом, Хоук кричал в телефонную трубку, что политика США в Западной Европе будет куда успешней, если туда послать Н-три вместо очередного армейского подразделения. Целую неделю после этого Хоук не мог простить Нику подслушанный разговор и издевался над ним особо изощренно.
Брюнетка рядом с Донованом наконец направилась к стойке бара, бросив разочарованный взгляд на Ника. Ник повернулся к агенту ЦРУ.
— Ржавый, ты хорошо знаешь Доминик Сен-Мартен?
— Только из газет, сэр. Я ведь сын ирландца, путевого обходчика на Пенсильванской железной дороге. Чтобы узнать побольше о шикарной жизни, надо быть кем-то особенным: режиссером нашумевшего фильма или еще какой мировой знаменитостью.
— Хорошо, Ржавый, — продолжал Ник. — Ну а что тебе известно о текущем задании?
Они стояли в сторонке, никто не мог подслушать этот важный разговор.
— Официально я не знаю ничего. Я в вашем распоряжении двадцать четыре часа в сутки, обеспечиваю связь и полную поддержку ЦРУ. Неофициально, хм…
«Вот и хорошо, — подумал Ник. — Если ты знаешь что-нибудь, то на допросе тебя заставят заговорить, будь ты хоть трижды храбр. А эти ребята умеют допрашивать, я читал их досье».
Ник холодно окинул взглядом рыжего.
— А неофициально, Ржавый?
Тот заулыбался.
— Я немало лет занимаюсь такими делами. Неофициально мне известно, что вы весьма и весьма особый агент и занимаетесь особыми заданиями. Если вы решили прикончить кого-то, то можете не спрашивать у Вашингтона разрешение. Знаю, что по окончании задания ваша рекомендация может продвинуть людей, с которыми вы работали, а может и поставить крест на их карьере.
Моя проницательность позволила мне заметить, что здесь появился Джонни Ву-цун, большая фигура в области шпионажа. И мне хватит цинизма после общения с французами и ЦРУ подумать, что это вовсе не случайное совпадение.
Ржавый улыбался заразительно, Ник тоже усмехнулся.
— В чем-то ты прав, Ржавый. А пока мне нужно узнать, что сейчас делают Сен-Мартен и Джонни Ву, Есть повод думать, что она работает на него.
— Доминик Сен-Мартен слишком богата и красива. Сен-Мартены не созданы для работы. Считается модным и современным иногда отвлечься на какое-либо поручение. Журналы мод избрали ее самой шикарной девушкой года — вот ее настоящее призвание. Она разъезжает по городу на мотоцикле «хонда» или на «мерседесе», появляется в самых модных местах. Когда она пишет статьи,
то у нее получается совсем неплохо. Но, сэр, — добавил Донован. — У нас нет причин связывать Доминик Сен-Мартен с европейской агентурой Ву. Хотя мы не всезнайки, конечно.Ржавый пожал плечами. Ник почувствовал, что он начал нервничать. «Черт возьми, тебе же платят за то, чтобы ты знал все».
Н-три всегда работал без устали и время от времени забывал, что другие не обладали подобной молниеносной сообразительностью и уникальной выносливостью. Тем не менее, будь Ник резидентом ЦРУ в Париже, когда такой фрукт, как Джонни Ву болтается поблизости, он бы знал имена всех девчонок, которым Джонни когда-либо подмигнул. И их любимые блюда тоже.
Так как эта история застала врасплох всех, Ник лишь сказал Доновану:
— Хорошо. Что знаем, то и знаем. И можешь не говорить мне «сэр».
Оркестр сделал перерыв. Танцующие вновь собрались у столиков. Ник мог снова наблюдать за компанией Джонни Ву. Целая толпа собралась вокруг них, Доминик тоже была там. Она выглядела озабоченной.
— Подойди к Джонни, Доминик, — позвал кто-то. — Здесь фотограф из «Пари Матч». Джонни, у тебя есть пистолет?
Джонни рассмеялся. Ник вновь отметил его глубокий и мужественный голос.
— Конечно, у меня есть пистолет, дорогая. Без него я как без брюк.
— Давай, Доминик, детка. Что же ты?
Ник рассмотрел говорившую. Это одна из постоянных спутниц Джонни, блондинка. Девочка довольно долго снималась в кино, даже чересчур долго.
— У тебя есть сигары, детка? — спросила актриса.
Доминик Сен-Мартен кивнула. Она смотрела прямо в глаза Джонни Ву. Улыбка Джонни была скорей жестокой, чем завлекающей. Профессиональное чутье подсказывало Нику, что эти двое не так уж дружны, как казалось пятнадцать минут назад. Ржавый толкнул Ника локтем.
— Смотри, — шепнул он.
— Может, мадемуазель Сен-Мартен сегодня не в настроении? — предположил Ву. Его вежливость граничила с издевкой. Ник мог догадаться, что девушку хотят заставить сделать что-то, что ей вовсе не хочется.
— Не надо отказывать нам, — убеждала актриса.
Под загаром Доминик явственно проступала бледность.
— Ты зря беспокоишься, Жозефина. Я доставлю тебе это удовольствие. Поверь мне.
— Да я ведь не знаменитая Доминик Сен-Мартен, — последовал ядовитый ответ. В спор вмешался фотограф.
— Давай, Доминик, дорогая. Будь умницей. Я знаю, у нас получится отличный снимок.
Девушка внезапно распрямилась, высоко подняв подбородок.
— Черт с вами. Надеюсь, сегодня у тебя твердая рука, шулер, — бросила она гиганту-китайцу.
— Но, Доминик, — рассмеялся тот. — Ты же знаешь, я кладу пули точно туда, куда хочу.
Француженка, ни слова не сказав, повернулась и отошла шагов на тридцать. У нее была беззаботная походка профессиональной манекенщицы, привлекающая всеобщие взгляды к длинным ногам и высокой груди. Гости освободили ей угол комнаты. Официант принес большой деревянный щит и поставил его позади девушки, Джонни Ву вытащил револьвер и проверил барабан, Доминик достала из пачки тонкую датскую сигару и прикурила, спокойно держа ее во рту. Грянули аплодисменты.