Мастер убийств

— Может быть, ты все-таки изменишь свое решение?

— Даже если бы я передумал, это уже ничего не изменит. Приказ отдан, полицейский механизм пущен в ход. Им придется меня убрать. Или меня, или Нджалу. В данном случае речь идет только о нас двоих… — Алиса уловила нотки сомнения в голосе Домана и внимательно заглянула в его глаза.

— Если ты задумал что-то серьезное, не над, о вести себя так вызывающе. Сначала ты входишь через дверь, потом убегаешь через окно. Тебе не кажется, что такая экстравагантность привлекает к тебе излишнее внимание?

— Нет, не кажется. И вообще, почему бы моим бывшим сотрудникам не уделить мне немного времени? В конце концов, я ими тоже интересуюсь, например, Розеном и Фаржем. Но особенно — Розеном…

— А если мы с тобой уедем? Ты и я… Тогда Розен, наверное, оставит тебя в покое? — робко спросила Алиса. — Как ты думаешь?

— Мне всегда нравился твой взгляд на вещи, Алиса, — вставая, ответил Жосслен. — Это хороший проект. Можно уехать, можно уплыть, можно улететь на самолете, на воздушном шаре или на зонтике… Но, к сожалению, сегодня пятнадцатое число и у меня назначено свидание в неком парижском отеле, где я должен убить президента одной маленькой африканской страны.

— Да, Жосс, — торжествующе улыбнулась Алиса, — сегодня действительно пятнадцатое, но твое свидание не состоится, ты опоздал. Президента Нджалы уже нет в отеле. Он находится в Шато де Ферьер, примерно в десяти километрах от Рамбуйе. Его поселили в замке, вокруг которого — ров, несколько оцеплений охраны, и попасть туда практически невозможно. Ты этого не знал?

Доман был озадачен. Поездка в Рамбуйе до сих пор не входила в его планы, как и знакомство с несколькими линиями оцепления.

— Это действительно далеко? Кто же там охраняет Нджалу?

— Солдаты, жандармы, полиция, агенты спецслужбы… Туда даже собираются послать вертолет.

— Вертолет? — заинтересовался Жосс. — Ну-ка, расскажи, зачем он там понадобился?

— Видишь ли, мадемуазель Дорис Робертсон…

— Фридериксен!

— Да, Фридериксен. Так вот, она не переносит долгих поездок в автомобиле, и поэтому полетит в Шато де Ферьер на вертолете.

— Смотри-ка, как здорово. Этот небольшой каприз мадемуазель Дорис может оказаться очень кстати… Именно с этого надо было начать, моя дорогая Алиса.

Жосслен шагнул к Алисе. Она обняла его. И маленькая гостиная, предрассветный мокрый Париж за ее окнами и весь мир — все исчезло для них. Пусть не навсегда, пусть ненадолго, пусть на мгновенья…

Глава 9 НЕОПОЗНАННЫЙ ТРУП

Среди агентов африканского сектора отдела службы безопасности царила лихорадочная суета. Штаб охраны президента Нджалы перебазировался в Шато де Ферьер. Визит заканчивался, необходимые соглашения и протокол долгожданного договора об экономическом сотрудничестве были подписаны. На пятнадцать часов была назначена пресс-конференция, затем — обед и церемония отбытия в Орли… Оставалось пережить один день.

Но Доману вчера опять удалось уйти, хотя, казалось бы, ловушка была захлопнута. Где он? Какие сюрпризы готовит? Эти мысли не давали покоя полковнику Мартену. Ожидая Алису, он нервно ходил по кабинету и слушал комиссара Розена, едва веря тому, что тот говорил.

— Я уверен, что подстрелил его вчера, абсолютно уверен. Я видел это собственными глазами, — упрямо твердил Розен.

— Чем же тогда вы объясняете его исчезновение? Как Доману удалось скрыться от вас? Для мертвеца он ведет себя слишком резво… — с иронией заметил Мартен.

— Ну, нервное напряжение иногда придает раненым необыкновенную силу, это общеизвестно, полковник. Тут нет ничего удивительного. Но в Шато де Ферьер он добраться не сможет. Однако, на всякий случай, надо подстраховаться… Может, он и вправду остался жив. Советую вам усилить охрану.

— Послушайте, Розен, давайте договоримся так — вы занимаетесь Доманом. Я же занимаюсь президентом, и в ваших советах абсолютно не нуждаюсь! — вспылил Мартен. — Фарж и Валеруа уже в замке, и я сейчас еду туда же.

— Валеруа! Значит, Валеруа… — начал было комиссар, но в этот момент в дверь заглянул дежурный офицер.

— Полковник, звонила Алиса Арджани. Она сообщила что не сможет поехать с вами в Шато де Ферьер…

— А что с ней случилось? — удивленно спросил Мартен.

— Не знаю, — пожал плечами дежурный. — Сказала, что заболела, что очень устала.

— Чем это она заболела? — вдруг встрепенулся комиссар Розен, словно собака, почуявшая след. — Уж не Доман ли тут замешан? Я, пожалуй, навещу вашу секретаршу, возможно, ей понадобится помощь, — со странной улыбкой сказал он Мартену.

Алиса жила в центре Парижа, на улице Лепик, в доме, построенном в стиле позднего классицизма. Это было небольшое приземистое здание, украшенное колоннами. Подъезды располагались по его периметру, а небольшой дворик, отделенный от улицы широкой лестницей, был вымощен тяжелыми каменными плитами.

Жосслен как раз выходил от Алисы, когда внезапно заметил у главного подъезда комиссара Розена который внимательно разглядывал табличку с фамилиями жильцов, вывешенную на фасаде.

— Алиса Арджани, — прочел Розен. — Третий подъезд, бельэтаж.

Он направился вдоль колоннады, как вдруг кто-то негромко окликнул его сзади. Розен обернулся. У колонны стоял Жосслен Доман. Живой и невредимый.

— Розен, — сказал он. — Ты удивлен? Я же предупреждал, что буду преследовать тебя, что всегда буду стоять за твоей спиной.

Розен непроизвольно потянулся к кобуре пистолета. Уловив это движение, Доман тут же сунул свою руку в карман куртки…

Розен замер. Доман тоже не двигался. Вопрос жизни и смерти решало то, на какую долю секунды быстрее один из них сумеет выхватить оружие. Наградой за это мгновение будет жизнь. Розен и Доман не сводили друг с друга глаз. Несколько минут показались им вечностью. Оба они ожидали какой-либо случайности, вернее, его величества Случая, который пришел бы на помощь кому-нибудь из них. Это мог быть резкий гудок машины за спиной, луч солнца, пылинка, попавшая в глаз.

Однако судьба приняла обличив смешного рыжего веснушчатого паренька-посыльного из цветочного магазина, который появился из-за угла с огромной корзиной гортензий в руках.

— Месье, не знаете ли вы, где тут второй подъезд? — обратился он к Доману и Розену, неподвижно стоящим у дома, глядя друг на друга немигающими глазами.

Естественно, ни тот, ни другой не проронили ни слова.

Посыльный растерялся.

— Алло, месье! Что это с вами? Вы стоите, словно на дуэли.

Он топтался между ними с огромной корзиной упакованной в шуршащий целлофан.