Мастеровой

Федор встал и повернул голову. На него смотрел мужчина лет тридцати, одетый в костюм и котелок. В наступающих сумерках подробней не рассмотреть.

– Я, – ответил Федор. – Вам чего?

– Залезайте! – незнакомец сделал приглашающий жест.

– Сам дойду, – ответил Федор. Не успел, однако, повернуться, как в руке незнакомца появился пистолет.

– Не двигаться или пуля в живот! Игнат!

Кучер спрыгнул с облучка, подошел к Федору и обнял сзади. Так казалось со стороны. На деле Федор ощутил, как его сильно сдавили, не давая возможности шевельнуться. Спрыгнувший на дорогу незнакомец, достал что-то из кармана и схватил пленника за ладонь. Федор не успел глазом моргнуть, как обзавелся наручниками на запястьях. После чего его сноровисто обыскали.

– Ишь ты! – хмыкнул незнакомец, извлекая из кобуры на поясе пленника револьвер. – В пролетку его!

Кучер легко, как пушинку, зашвырнул Федора в коляску. Здоровый черт! Следом заскочил незнакомец. Сел напротив Федора и направил на него пистолет.

– Дернешься или закричишь – стреляю!

– Сиди тихо, – раздался в голове Федора голос Друга. – Не то вправду пальнет. Что-то нервный. Убивать они не станут – не затем наручники надели. Пристрелить могли сразу. Попытаемся узнать, что им нужно.

– А потом? – спросил Федор.

– У тебя есть револьвер на щиколотке. Там искать не догадаются. Не принято здесь носить.

Пока шел разговор, Игнат вернулся на облучок, и пролетка, влекомая лошадью, двинулась вперед. Прокатила по Миллионной, через Железный мост пересекла Упу и, оставив Заречье, выбралась из города, где взяла курс на север. Все это время похитители и их пленник молчали. Проехав пару верст по дороге, пролетка повернула к реке, где, поскакав на кочках, остановилась у прибрежных кустов. Игнат спрыгнул с облучка, выволок Федора наружу и усадил на траве, приказав не шевелиться. Сам убежал к кустам, откуда донесся треск веток. Пока он ходил, незнакомец не спускал с Федора глаз. Стоял напротив, поигрывая пистолетом. Револьвер пленника он еще в пролетке сунул в карман.

Вернувшийся Игнат бросил на землю охапку хвороста и сноровисто разжег костер. Вспыхнувшее пламя осветило посетителей. Игнат оказался обладателем невыразительного лица с мелкими чертами. «Это он расспрашивал Фросю», – догадался Федор. Незнакомец с пистолетом выглядел иначе. Дорогой костюм, белая рубашка с галстуком, лицо барское, холеное. Резкие черты и тень от пламени придавали ему хищный вид. «Волк! – оценил Друг. – Будь с ним настороже. Второй ловок, но тупее. Торпеда, то есть боевик. Силовая поддержка».

– Поговорим? – спросил «волк», сев на заботливо подстеленную Игнатом попонку.

– Что вам от меня нужно? – подпустив в голос дрожи, спросил Федор, вернее, Друг. Он взял на себя инициативу.

– Как убил Юсупова? – жестко спросил «волк». – Почему? Отвечай!

– Я не убивал! – возразил Федор. – Меня уже спрашивали в полиции.

– Игнат! – коротко приказал «волк».

Боевик встал, подошел к Федору и за ворот вздернул на ноги. После чего без замаха двинул под дых. Федор задохнулся и выпучил глаза. Игнат отпустил воротник, Федор рухнул на бок, едва не свалившись в костер.

– Это для затравки, – сказал «волк». – Будешь врать дальше, получишь еще. Бить Игнат умеет. Будет мало – раскалим в костре кочергу, мы ее специально прихватили, – он осклабился, показав белые зубы. – Попытаем ей. Все равно скажешь. Будешь говорить?

– Да, – прохрипел Федор.

– Подыми его, Игнат, – приказал «волк». – Хочу видеть лицо. И подбрось хворосту в костер, прогорает быстро.

Боевик усадил Федора на траву и занялся костром. На короткое время он заслонил его от хозяина. Улучив момент, Федор подтянул брючину и достал револьвер из кобуры на щиколотке. Но стрелять не стал, сунув скованные руки меж колен. К костру его усадили боком, тень от ноги скрывала оружие.

– Итак? – спросил «волк» после того, как Игнат, справившись с приказанием, примостился рядом с ним на корточках. При этом он не сводил с пленника глаз. – Слушаю.

– Был я на берегу, – начал Федор. – Видел мертвых князей, но сам не убивал. Подобрал несколько сотенных и убежал. Испугался очень.

– Снова врешь! – сморщился «волк». Игнат вскочил.

– Погодите, ваше благородие! – поспешил Федор. – Посудите сами! Как можно простецу Осененного убить? У тех щиты.

– Ты откуда знаешь?

– На военной службе видел. Приезжали на учения в полку.

– Читал в полицейском протоколе, – усмехнулся «волк». – Только врешь ты, Кошкин. Можно простецу Осененного убить, если неожиданно напасть. Что ты сделал, бросив камень. Или же ударил им. А чтоб не врал далее, расскажу, почему не верю. Не знаю, для чего на Юсупова напал: может, испугался, может, из-за денег, но убил точно. Подобрав перстень, нацепил его на палец. Заключенная в камне душа подселилась к тебе, подсказав, что делать дальше. Ты уехал из Москвы, перебрался в Тулу, поступил на оружейный завод, где себя и выдал.

– Это чем? – поинтересовался Федор.

– Прежний Кошкин был обыкновенным мастеровым, – терпеливо объяснил «волк». – Хорошо работал, жил в казарме, посещал трактир – жил как все. Прибыв в Тулу, первым делом снял квартиру в доме, где живет богатая публика – с ванной и клозетом. Плата не смутила.

– Так всегда мечтал барином пожить, – объяснил Федор.

– Помолчи! – приказал «волк». – А не то вновь Игнат займется. Слушай далее. Новый Кошкин заговорил по-французски, да еще бойко. Это где ж мастеровых языкам учат? На заводе поразил всех знаниями. Усовершенствовал производство, изобрел револьвер. По нему, кстати, тебя и нашли, – усмехнулся «волк». – Опрометчиво было называть его своим именем.

– Это генерал велел, – буркнул Федор.

– Пусть так, – кивнул «волк». – Как бы ни было, но стал совершенно другим. А все подселенная душа. Она, кстати, кем была?

– Инженером-оружейником, – сказал Федор.

– Вот и разобрались, – хмыкнул «волк». – Так бы сразу.

– Вы дозволите спросить?

– Говори! – разрешил «волк».

– Что со мной будет?

– Это князь решит, – пожал «волк» плечами.

– Он знает обо мне?

– Пока нет, – «волк» встал. – Сюрприз будет. Игнат, тащи его в коляску! Едем на вокзал.

Боевик вскочил, в этот миг Федор выстрелил. Игнат рухнул как сноп. Пуля в грудь – это серьезно. «Волк» вскинул пистолет, но опоздал – Федор выстрелил раньше. Все-таки револьвер в таких делах быстрее. Получив пулю в живот, «волк» выронил пистолет и упал на бок. Федор встал, подошел к нему и ногой перевернул на спину. «Волк» застонал.

– Отвези меня в больницу, – попросил, прижав руки к животу. – Обещаю, что отстану. Никогда более не увидишь.

– Отвезу, – пообещал Федор. – Если скажешь правду. Кто еще знает обо мне?