Мастодония

– Все равно, этого не утаить, – сказала она. – Как только мы начнем устанавливать забор, все поймут, что что-то назревает. Не поставишь же ты глухой забор высотой в десять футов вокруг всех сорока акров только ради забавы. И нам нужен Бен или кто-нибудь еще, для второго ружья. Мы же решили, что это безумие – идти к динозаврам с единственным ружьем. Ты сказал, что Бен – тот человек, на которого можно положиться.

– Он – лучший, кого я знаю. Он охотник. Он умеет обращаться с оружием. Он большой, сильный и выносливый и не станет паниковать в трудной ситуации. Но можно загубить дело до срока, так что будем держать пальцы скрещенными.

Я открыл дверцу буфета, вынул бутыль и поставил ее на кухонный стол. Нашел три стакана. В холодильнике, я был уверен, есть лед.

– Ты что, собираешься угощать его здесь, на кухне?

– Черт побери, он бы не знал, как вести себя, если бы мы уединились в жилой комнате. Это бы его сконфузило. Здесь будет удобнее.

– Тогда и я – за. Мне и самой нравится атмосфера таверны.

Тяжелые шаги послышались снаружи и замерли у двери в кухню.

– Он не задержался, – заметила Райла.

– Бен беспокоится, – сказал я. – Он чует деньги.

Я открыл дверь, и Бен вошел. На его лице было такое же выражение, как у собаки, когда она чует кролика.

– Так у вас есть доказательства? – вновь спросил он.

– Бен, – предложил я, – садись. Надо обсудить одно дело.

Налив стаканы, мы уселись вокруг стола.

– Эйса, что у тебя на уме? – спросил Бен.

– Прежде всего, я должен тебе признаться, что солгал в прошлый раз. Вернее, наполовину солгал. Сказал только часть правды, и не самую главную.

– Значит, там не корабль?

– О, космический корабль там, не беспокойся.

– Тогда что ты это толкуешь насчет полуправды?

– Дело в том, что космический корабль – только малая часть всего. Самое главное в том, что мы нашли способ путешествовать во времени. В прошлое, а может быть, и в будущее. Насчет будущего мы еще не расспрашивали. Мы были всем этим так взволнованы, что нам и в голову не пришло спросить.

– Спросить у кого? – у Бена отвалилась челюсть, словно его грохнули чем-то тяжелым.

– Пожалуй, лучше начать с самого начала, – сказала Райла, – и рассказать ему все, что случилось. Эти вопросы и ответы ни к чему не приведут.

Бен глотком осушил стакан и потянулся за бутылкой.

– Эх, – сказал он, – так начинайте!

Он ничему не верил.

Я сказал Райле:

– Расскажи ему ты. Я пока пропущу стаканчик.

Она рассказала ему всю историю кратко и экономно, без лишних слов, с того момента, как я купил ферму, и до того момента, включая ее переговоры в Вашингтоне и Нью-Йорке. Пока она говорила, даже когда она кончила, Бен некоторое время молчал. Затем наконец шевельнулся.

– Меня поразила одна вещь. Вы говорите, что Хайрам может разговаривать с этой кошколикой тварью. Значит, он и в самом деле разговаривает с Боусером?

– Мы не знаем, – ответила Райла.

Он покачал головой.

– Такой рассказ трудно проглотить. В прошлое вернуться нельзя.

– Каждый скажет как раз это, – заметила Райла, – но нам нужно доказать обратное. Мы должны отправиться в прошлое, и принести оттуда кинофильм, в такое прошлое, какое никто никогда не видел. И еще об одном мы вам не сказали, Бен. Мы с Эйсой собираемся во времена динозавров, и мы хотели бы, чтобы вы отправились с нами.

– Я? Вы хотите, чтобы я пошел с вами в прошлое? К динозаврам?

Я поднялся из-за стола и прошел в жилую комнату, где были свалены предметы, привезенные Райлой. Взяв одно из ружей, я вернулся с ним в кухню и положил его на стол перед Беном.

– Знаешь, что это такое?

Он взял ружье, поднял его, взвесил. Повернулся на стуле, прицелился в кухонное окно. Переломил ружье. Сощурившись, поглядел сквозь стволы.

– Слоновье ружье, – сказал он. – Я слышал о них, но никогда не видел. Двуствольное. Поглядели бы вы в этот ствол! С таким оружием можно сбить слона с ног.

Он оценивающе взглянул на меня.

– А динозавра? Самого большого из них?

– Откуда мне знать? Хорошо нацеленный выстрел может остановить его. Добьет ли – не знаю.

У нас два таких ружья. Когда мы с Райлой отправимся в страну динозавров, я понесу одно из них. Она будет нагружена киносъемочным оборудованием. Мы надеялись, что с другим ружьем пойдешь ты. Мы, конечно, не знаем, чего ожидать, но в любом случае два ружья лучше одного.

Бен перевел дыхание.

– Динозавр! – сказал он. – Вы представляете мне возможность пойти с вами? С этим ружьем?

– Вы можете отказаться, – сказала Райла, – и мы не даем вам возможность пойти, а просим об этом.

– Меня не нужно просить, – ответил Бен, – меня нужно останавливать. Африка… я всегда мечтал об Африке. Это будет получше Африки.

– Это может быть опасно. А может быть, и нет. Как говорит Эйса, нет другого способа узнать.

– Но вы идете?

– Я иду. Меня можно снимать. Парни из кино будут валяться у вас в ногах. Миллион. Пять миллионов. Цену назначаете вы.

– Этим мы займемся позже, – сказала Райла. – Может быть, киношники захотят сделать свой фильм, профессиональный.

– А вы продадите им права, – подхватил Бен, – за приличную плату.

– Мы не продешевим, – отозвалась Райла.

– А меня возбуждает мысль о маленьком, два на четыре, мотеле. Он может дать средства, с которыми можно встать на ноги. Как вы это оформляете? Есть ли шанс покупки части дела? Небольшой пакет акций из нескольких процентов…

– Об этом мы тоже поговорим попозже, – сказала Райла, – прежде всего надо выяснить, какого рода доказательства мы можем получить в стране динозавров. Без них все теряет смысл. Дело без будущего.

– А как далеко вы собираетесь?

– Миллионов этак на семьдесят или немного дальше.

– Мы очень рады, что вы захотели идти с нами, – сказала Райла. – Нам очень нужен человек, который умеет обращаться с оружием. И вы как охотник подскажете, на что стоит обратить внимание.

Он оглянулся на меня:

– Ты когда-нибудь стрелял из них?

Я покачал головой.

– Если держать его неправильно, такое ружье снесет тебе голову. Отдача может быть ужасной. Надо бы попрактиковаться, прежде чем мы отправимся.