Матабар V

Глава 27

Арди проснулся от того, что мягкие, теплые пальцы перебирали его волосы. Тесс наматывала локоны на пальцы, перебирала их подушечками и отпускала.

Они лежали под тонкой тканью, заменявшей им одеяло. Та сливалась со смятыми простынями. Арди плохо помнил прошлый вечер. Кажется, они доехали с Миларом до Черного Дома, куда предварительно вызвали Алису Ровневу. Ученая выглядела… исхудавшей. А еще от неё пахло не только сигаретами, но и недорогим алкоголем и мужчинами. Разными. Она не стала здороваться с Ардом. Он её понимал. И не винил.

Вместе с капитаном они отдали тело и какое-то время Алиса с Миларом обсуждали предстоящие задачи, затем распрощались и Пнев повез Арди обратно на канал Маркова.

Большую часть пути они проделали молча. Только под конец обменялись мнениями и условились на следующий день, с утра, наведаться к Красной Госпоже. Время, как и в прошлый раз, не то, чтобы играло на стороне противника, но каждый час промедления мог стоить жизни Петру Огланову. Который, все еще, несмотря на скверность характера и некую толику беспринципности, выступал в, условно, их команде. Так сказал Милар.

На вопрос «какой именно команде», Пнев отвечать не стал. Вместо ответа лишь сказал, что будет слишком пафосно звучать.

Арди кое-как поднялся домой. Помылся и, не ужиная, завалился в кровать. Он даже не открыл матушкино письмо, которое ему, в течении дня, доставил почтальон.

Помнил только, что в какой-то момент его кто-то обнял. Он обнял в ответ. И не отпускал. Пока не рассвело.

И вот солнце вновь с жадностью и завистью метало лучики в сторону их маленькой квартирки. Те бежали по силуэту Тесс, разбиваясь на мириады сверкающих осколков, заставляя бархатистую кожу певицы выглядеть сродни блестящему, морскому шлейфу, тянущемуся до самого горизонта.

Она улыбалась.

Мягко. С долей заботы, частичкой нежности, крупицей понимания и бездонным озером спокойствия.

Ардан притянул её к себе и Тесс опустила щеку ему на грудь. Он гладил её по спине и смотрел в потолок. Надо бы, пожалуй, перед осенью успеть подновить штукатурку.

— Расскажи мне что-нибудь, — тихо, шепотом, попросил Арди.

— Что именно? — так же, в тон, спросила Тесс.

Её огненные волосы разметались по подушке, будто вот-вот и кровать задымиться.

— Не знаю, — честно ответил Арди. — Что-нибудь… обычное.

Они не повышали голоса, разговаривая так, словно их кто-то не просто «мог», а непременно подслушивал. Аккурат в данный конкретный момент. Кто именно?

Плевать.

Просто не хотелось, чтобы окружающий мир отвлекал. Чтобы хоть что-то, помимо солнца, ворвалось в их крошечную вселенную, существующую только для двоих. Их дыхания. Их мыслей. И того покоя, что убаюкивал мысли, заставляя веки опускаться все ниже и открываться все реже.

— Вчера в концертном зале начали строить буфет, — Тесс водила пальцами по его груди, выписывая не имеющие смысла и четких очертаний узоры. — Обещают, что для всех артистов цена будет в половину ниже.

— Надо же… — Арди искренне удивился такой щедрости со стороны Артура Бельского. — Мы сможем опять сэкономить на продуктах?

— Если ты готов питаться одними только рыбными сандвичами, брискетами с паштетом и сырными нарезками.

Арди вздохнул в притворном прискорбии.

— Придется, все же, не забывать навещать продуктовую лавку. — вынес неумолимый вердикт юноша.

— А еще на репетиции к нам приезжали репортеры из Имперского Вестника, — продолжила Тесс. — Они собираются освещать открытие. Его, правда, в который раз перенесли.

— На когда?

Тесс дернула плечиками.

— Под конец месяца Святых.

Арди чуть сильнее прижал к себе невесту.

— Сильно расстроилась?

— Да… нет… — она снова пожала плечами. — С одной стороны, Арди-волшебник, я уже привыкла выступать для публики «Брюса». Порой скверной, порой изрядно нетрезвой, но какой-то… родной, что ли. А здесь будут совсем чужие люди. Сотни людей. На открытие проданы уже все билеты. Тысяча двести посадочных мест. Полная посадка зала.

Арди молчал. Он знал, что лучше всего в данный момент молча слушать. Тесс не требовались ни его советы, ни его мнение, только участие. Как, порой, и ему самому хотелось, чтобы она просто была рядом.

— И да, я помню, что говорила, что хочу выступать на самых больших сценах и для самой большой публики, но… — Тесс поежилась и потерлась ему о плечо носом. Только став старше Арди понял странные шутки Невия о том, что в постели все одинакового роста. — Мне страшно. И немного волнительно. Страшно, наверное, даже чуть больше, чем волнительно.

— А чего именно ты боишься?

Тесс ответила не сразу.

— Что не справлюсь. Что не смогу выступать каждый раз так, чтобы… — она замолчала ненадолго. — Чтобы в газетах не появились статьи о том, что отец в качестве выкупа за Олесю попросил у герцога Эркеровского протекцию в мой адрес.

Арди уже достаточно пожил в Метрополии и успел пообщаться с сильными мира сего, чтобы понять одно:

— Они все равно появятся. Даже когда ты будешь блистать. А ты будешь, Тесс. Потому что я никогда не слышал, чтобы кто-то выступал так, как выступаешь ты.

Тесс улыбнулась. Немного печально. Немного смущенно. И необычно влюбленно.

— Я знаю, — прошептала она. — Знаю, что они будут так писать. Даже если ты окажешься прав.

— Конечно я окажусь прав.

Тесс слегка укусила его за все то же плечо, а потом чуть резко дернулась в сторону.

— Не больно? — спросила она с беспокойством.

Арди покачал головой, сам при этом стараясь удержать рвущуюся наружу гримасу боли. Тело все еще не успело восстановиться, а вчерашний, слишком длинный день, особой ретивости в данном процессе не прибавлял.

— Нет, — легко солгал юноша.

Он бы мог воспользоваться наукой Скасти, но Арди никогда не использовал наставления бельчонка при общении с невестой. Ему, отчего-то, казалось, что попросту соврать будет как-то честнее, даже несмотря на противоречивость утверждения.

— Хорошо, — она опустилась обратно и какое-то время молча лежала, продолжая рисовать пальцами на груди. — Знаешь, что самое смешное?

— Что?

— Когда приехали все эти журналисты, то водопроводчики что-то неправильно подсоединили и, когда подали напор, то половину репортеров окатило… — Тесс хихикнула и прошептала даже тише, чем прежде. — Черной водой из отхожих мест строителей.

Арди позволил себе несколько коротких смешков. Действительно — забавное совпадение. Хотя, зная нелюбовь Шестерки к акулам пера, то, возможно, и не совпадение вовсе.