Мельвир

Удивленно нахмурившись, Квентин что-то сказал великану. В ответ Гиноа сошел со своего трона, и протянув руку, уложил ее на пол, прямо перед Дисмусом. Поколебавшись, маг воспользовался его приглашением и взошел на нее. Гиноа бережно поднес рыжего менрисенца к подслеповатым глазам. Произнес что-то.

– Он рад познакомиться, - сообщил Квентин. – Гиноа понял, что тебе не понравилась клетка. Но он вынужден запирать в нее тех, кто сюда приходит. Для того чтобы они не навредили себе и не забрали камень.

– А что он делает с ними потом? – напряженно спросила Сания.

Хэллорд молча обнял испуганно притихшую Дину. Меня и самого порядком волновал этот вопрос. Конечно же, все вместе мы его одолеем, но… Этот старик способен держать Камень Душ в руках, словно обычный булыжник. Он не такой, как безмозглое чудовище с бревном, что мы убили! Кстати, насчет убийства чудовищ и Белизара, что помог мне это сделать! Я с ужасом зашарил взглядом по пещере в поисках мага. Позабытый всеми в этой суматохе, он лежал у стены, лицом вниз. Плюнув на то, что Гиноа могут обеспокоить резкие движения, я бросился к нему.

– Белизар! Бел! Очнись!

Выругавшись, Мельвир устремился к нам. Помог перевернуть мага. Застонав, тот открыл глаза.

– Гвир Оссиэр, попытаешься еще раз меня прикончить, мало тебе не покажется! – пробормотал он.

Над нами раздался равномерный гул голоса великана.

– Гиноа уносит их отсюда подальше и отпускает, - объяснил Квентин. – Но сначала стирает им память, чтобы они забыли про Камень Душ.

– Так значит, он стер твою! – взревел Дисмус, которого то, что он стоит на ладони великана, видимо, при этом не беспокоило.

Старик ответил.

– Нет, - уверенно произнес Квентин. – Гиноа нашел меня раненным, когда я упал со скалы. Он защитил меня от своих собратьев и принес сюда. Должно быть, память я потерял от удара.

– И ты ему поверил! – прорычал Дисмус.

Мельвиру пришлось предупредить менрисенца, чтобы не предпринимал ничего необдуманного. Разозлить Гиноа попыткой мастера Дисмуса ткнуть его мечом в глаз только и не хватало! Хранителя Камня Душ-то мы, может, и одолеем! Только в процессе наверняка наше сражение вызовет обвал. И оставаться нам в этой пещере до скончания своих дней. Что займет не так уж долго, учитывая смерть от голода.

– Я ему верю, - кивнул Квентин. – Он никогда не давал повода для обратного. Я много раз размышлял, не сделал ли Гиноа этого нарочно. Думаю, нет.

– Он тебя запер! – рявкнул Дисмус. – В проклятой клетке! Если ты настолько доверяешь этому старику и не помнишь свой дом, то для чего тогда пытался сбежать, интересно? Может, ты и сам не помнишь?!

– Я попытался сбежать, потому что мои друзья попались большому племени, - мрачно произнес Квентин. – Я хотел их спасти.

– А что твой старик? – мрачно спросил Дисмус, но ярость с лица мага все же исчезла.

– Гиноа запретил мне пытаться их освободить и запер здесь. Сказал, что если покажусь его племени на глаза, то погибну, - хмуро произнес Квентин, а затем рявкнул что-то на великанском в лицо старику.

Переводить мне было не надо. Хэллорд сотни раз говорил мне эту фразу. «Я все равно это сделаю!»

Глава 10 Часть6

До того, как спасет своих друзей из большого племени, Квентин отказался уходить наотрез. Он и после этого явно не жаждал оставлять старика-великана. Мастер Дисмус стал для него незнакомцем, вызывавшим лишь смутные образы в голове. Маг показал сыну талисман, что он когда-то вырезал. Квентин долго крутил вещицу в руках, но вернул, так толком ничего и не вспомнив.

– С чего ты взял, что они вообще еще живы?! – мрачно спросил Мельвир.

Гиноа позволил нам разжечь в его пещере костер, и мы все теперь грелись, рассевшись вокруг него. Белизар периодически тер, болезненно морщась, перевязанную голову. Похоже, я вывел его из строя всерьез и надолго. Что нашему предприятию всяко не пойдет на пользу. Хорошо, что хоть не убил!

– Я в этом уверен! – мрачно насупившись, отозвался Квентин.

Гиноа сварил для себя и нас похлебку в огромном котле. Грифоны улетели охотиться вместе с большей частью Сумеречных Тварей. В пещере остались лишь Дольм и Ийессамбруа, явно решившие, что за нами надо присматривать. То ли Ийес не доверял великану, опасаясь, что он на нас нападет, то ли мне.

– Великаны едят людей, - мрачно произнес Мельвир. – Полагаю, что и эльвиэ тоже. Твои друзья, скорее всего, давно мертвы. Думаю, Гиноа надеялся, что в клетке ты это осознаешь.

Я передернулся. Каково Квентину было сидеть взаперти, понимая, что там происходит? Должно быть, его друзьями стали случайно забредшие в пещеру великана путники. Если, конечно, он не солгал и правда оставляет их в живых. Я недоверчиво пригляделся к похлебке. Судя по мрачным глазам Мельвира, оторвавшегося от своей глиняной плошки, которыми мы ее черпали, остроухого посетила та же мысль.

– Это горный баран, - мрачно произнес Квентин. – Я сам расставлял ловушки.

– Никто и не говорит ничего иного, - откликнулся Дисмус, зачерпнув из своей порции грубо выструганной деревянной ложкой.

– Но было бы разумно предполагать, - мягко заметила Сания. – Ведь он сам из «большого племени», как ты их называешь.

– Когда Гиноа правил ими, они были другими, - объяснил Квентин. – Но постепенно все ну-а-дха одичали. И большие и маленькие.

Мы с Ийесом переглянулись.

– Ну-а-дха? – повторил он название великаньего племени. – В нашем языке есть похожие слова. Думаю, они называют себя «Служителями».

– Те, Кто Служит, - поправил Квентин. – Гиноа говорит, что когда он был очень молод, старики рассказывали ему о твоем народе. О том, что вы пришли сюда из одного мира.

Я задумчиво посмотрел в голубые, почти бесцветные глаза великана. Интересно, сколько ему лет? Столетия? А, может быть, тысячи? Осмелевший Твур подобрался поближе к старику и сел со своей плошкой возле его ног. Опустив руку, Гиноа ласково потрепал маленького гровлина пальцем по отросшему хохолку на макушке.

Квентин настаивал на том, чтобы отправиться на выручку его друзьям немедленно, или как можно скорее. Но Мельвир и Дисмус были непреклонны. Белизару требовалось время на то, чтобы прийти в себя, после того, как я его чуть не угробил. А именно его талант оказался самым востребованным в борьбе с великанами.

– Что, если там есть еще хотя бы один такой же огромный, как тот с бревном? – мрачно осведомилась Сания. – А если несколько?

– Кому, как тебе не знать, есть он там или нет? – проворчал мастер Дисмус, но умолк под испепеляющим взглядом Пророчицы.