Место под солнцем

Некоторое время они молча смотрели на арену, где то один, то другой выбывал из игры. Вдруг Бальд коротко хмыкнул и обернулся к соседке:

– А добычу-то ты, кажется, упустила…

– С чего ты взял? – сдерживая мгновенно вспыхнувшее раздражение, поинтересовалась та.

– А погляди. Видишь – там, в круге для Спавших… видишь вон того блондина? Он очень неплох…

– И что? – с плохо скрытым презрением спросила Козима. – Альфред…

– Твой Альфред – вялый скучающий неврастеник, единственное достоинство которого – глупость. И потом, у него слишком слабенький стимул…

– Ты так полагаешь? – в её голосе слышалась смесь кокетства и вызова.

– Я в этом уверен, - прошептал Бальд, резко склонившись к ней и почти что коснувшись губами её уха. – Спорим, что выиграет блондин?

– Ты его знаешь? – она отодвинулась и холодно посмотрела ему в глаза.

– Немного.

– Не помню его, - в её голубых глазах теперь вспыхнуло любопытство. – Кто он тебе?

– Мне? – Бальд расхохотался так громко, что окружающие недовольно заоборачивались, но, обнаруживая источник смеха, лишь недовольно шипели, не рискуя выразить иначе своё недовольство. – Ты ревнуешь?

– Я бы не стала ревновать тебя даже к человеку, - презрительно ответила она и отвернулась.

Игроки всё выбывали и выбывали, и наконец в том круге, где состязались вампиры постарше, осталось всего двое: Альфред и указанный Бальдом блондин. Козима нервно комкала в пальцах край плаща – теперь дело уже было не в призе, а в том, чтобы её собеседник не оказался прав. Она пристально вглядывалась в светловолосого вампира, так некстати оказавшегося сегодня на площадке. На вид он был молод, чуть старше самой Козимы, но вампиры определяют возраст собратьев не так, как люди, и она знала, что объекту её внимания около четырёх с половиной столетий. Среднего для вампира (которые в массе своей помельче современных людей) роста, худощавый, он никогда бы не заинтересовал её – ни в какой иной ситуации. Но теперь, когда он и вправду мог отобрать победу – не у своего противника, а именно у неё – Козима пообещала себе, что больше не выпустит его из своего поля зрения, как бы ни закончился поединок. И если ему всё-таки удастся выиграть, то это будет последняя его победа, и не только на арене.

– Злишься? – шепнул ей Бальд. – Предлагаю пари.

– Иди к дьяволу, - прошипела она.

– Я ставлю на блондина. Твой Альфред не стоит… ну вот, я же говорил.

Козима в ярости дёрнула край своего плаща, что, сама того не замечая, теребила последние несколько минут, с такой силой, что разорвала его: Альфред не удержался в круге и ступил за его границу – только на миг, едва коснувшись арены краем ступни, но этого было довольно.

Он проиграл.

– Я смогу убедить его отдать… - начала было Козима, но её собеседник лишь опять рассмеялся.

– И не надейся. Он её отпустит.

– Он… что?!

– Отпустит её. Ты разве не слышала никогда о тех, кто предпочитает жизнь среди людей? – с иронией поинтересовался Бальд.

– Он не может её отпустить, - яростно возразила женщина. – Она знает…

– Помилуй, дражайшая! – Бальд засмеялся. – Во-первых, кто сейчас ей поверит… а во-вторых, парень уже не мальчик и, полагаю, сообразит спутать ей память.

– И ты что, - Козима сощурилась, - собираешься вот так просто их отпустить?

– Конечно, - легкомысленно кивнул Бальд. – Какое мне до них дело?

– Но ведь это опасно, Бальд! – раздражённо воскликнула она.
– Опасно для всех нас! Давным-давно следовало принять закон, который бы запрещал выпускать отсюда людей!

– Конечно, - повторил с удовольствием Бальд.

– Что ты заладил? – с досадой спросила Козима. – Если тебе нет до этого дела, я сама…

– Нет, - покачал головой он и неожиданно мягко взял её за руку. – Нет, моя дорогая. Пусть всё идёт как идёт. Всё, что ни делается – всё к лучшему… понимаешь, мой ангел?

Глаза Козимы вдруг вспыхнули пониманием.

– Ты прав, - промурлыкала она. – Пусть всё идет как идёт… в конце концов, кто мы такие, чтобы выполнять чужую работу, верно?

– Вот видишь, как порой бывает полезно поражение, - наставительно заметил Бальд, рассеянно поглаживая её руку. – Иногда судьба подкидывает такой шанс, который оказывается во много раз лучше того, что ты мог бы соорудить самостоятельно.

Глава 3

– Я предлагаю поединок. Победитель заберёт обоих.

На трибунах одобрительно зашумели. Маркос слегка вскинул брови и встал.

– Я не против, - сказал он негромко. – Если соперник не возражает.

Молодой – совсем молодой, лет ста от силы, а скорей всего, меньше – вампир, выигравший в своём круге, оценивающе поглядел на противника и вызывающе усмехнулся. Он был высоким и крепким – почти на голову выше блондина и куда шире его в плечах. Победа далась ему тем более легко, что ещё в бытность свою человеком он выиграл немало боксёрских боёв – правда, в те времена спорт этот весьма отличался от современного, да и вампиры – не люди, но даже в таком виде его умения давали ему немалое преимущество перед большинством противников, которые не имели о боксе вовсе никакого представления.

– Согласен, - процедил он.

– Вызов принят, - равнодушно констатировал Маркос. – Поле выбирает Крейн.

– На его поле! – высокомерно заявил Крейн.

Круг для Спавших был несколько меньше диаметром, а потому и удержаться в нём было сложнее.

– Как угодно, - вежливо склонил голову блондин. Его довольно длинные вьющиеся волосы, сейчас собранные в косу, совсем растрепались, и он одним движением распустил сдерживающую их тёмную ленту, а затем заплёл снова.

На сей раз схватка быстро перестала напоминать обычные соревнования. Поначалу казалось, что преимущество явно на стороне Крейна, однако блондин умудрялся то ускользать от наиболее яростных ударов, то в самый последний момент избегать укуса или толчка – тогда как сам он бил редко, но всегда попадал в цель. К тому же, в отличие от соперника, он вовсе не выглядел уставшим, хотя одежда его пострадала куда серьёзней, по сути, превратившись в сплошные лохмотья. В какой-то момент Крейн не выдержал и попытался было вцепиться зубами в шею противника – приём запрещённый, хотя и не влекущий за собой такого строгого наказания, как использование оружия – но не успел Маркос вмешаться, как блондин сделал какое-то едва уловимое движение, и его соперник, пролетев через пол-арены, рухнул к ногам зрителей первого ряда.

Трибуны взорвались аплодисментами. Маркос почти лениво подошёл к победителю и безо всяких слов протянул ему два ключа – от клеток. Потом сказал – вроде бы тихо, но так, что его всё равно услышали все:

– Эти двое отныне и навсегда являются полной собственностью Себастьяна Мара и приравниваются по своему статусу к его личному имуществу. Напоминаю, что наказанием за покушение на имущество любого Жителя города является смерть путём отсечения головы, - скучно добавил он.

– Себастьян Мар, - шёпотом повторила Козима.

– Жаль, что его нет с нами, правда? – негромко сказал Бальд.

– Ничуть, - она неприязненно сощурилась. – Он мне не нравится.

– Мне он тоже не нравится, - пожал Бальд плечами. – Тем более я бы не отказался видеть его с нами… сейчас.

– Предлагаю пари, что он научился всем этим приёмам у каких-нибудь охотников, - почти с отвращением сказала Козима.

– В яблочко, дорогая, - хищно усмехнулся её собеседник. – Но всё это сыграет нам на руку… вот увидишь, - он встал. – Всё, что ни делается, всё к лучшему… уж мне ты можешь поверить.