Могол

Ангелина посмотрела в сторону.

— Зачем вы говорите мне это, если уже решили говорить с моим отцом?

— Потому что вы здесь, — сказал он, — и я хочу вести себя как принято среди англичан.

Девушка чуть не рассмеялась.

— Сомневаюсь, что такое возможно, сэр. — Она встала. — Папа никогда не согласится. — И быстро ушла в дом.

Но Питер действительно хотел ее. Он никогда не проводил время так необычно, ни разу в жизни не был так долго наедине с двумя странными женщинами, не связанными с ним никакими узами, не принадлежащими ему.

Нольс словно только этого и ждал. Без колебания он увлек Питера в форт, провел его в маленький кабинет с окнами на площадь, окруженную низкой стеной из сырого кирпича.

— Я обдумал ваше предложение, — начал Блант, — и готов передать его падишаху.

— Очень хорошо, — обрадовался Нольс.

— Но остается обсудить, что вы можете предложить взамен.

— Император получит пушки, — заверил его Нольс.

— А я?

— Ну... что вы имеете в виду?

— Вашу дочь Ангелину, — выпалил Блант. Нольс облизал губы.

— В качестве жены, — добавил Питер.

— Вашей жены? — прошептал Нольс.

— Я туман-баши императорской гвардии, — заявил ему Питер, — и в одно прекрасное время буду командовать всей гвардией. Падишах хорошо относится ко мне. Я, несомненно, сделаю блестящую карьеру у него на службе. Моя мать очень богата и имеет дворец в Дели. Ваша дочь будет жить в роскоши.

— В вашем гареме, — заметил Нольс.

— Она будет жить с моей матерью и со сводными матерями и наложницами, — сказал Питер. — По обычаю этой земли. Но ее ни в чем не ограничат, если вы этого боитесь. Так же, как и моя мать, она будет пользоваться достаточной свободой.

Нольс поднялся и обвел взглядом комнату.

— Вы христианин, сэр?

— Я не был крещен, потому что в Индии нет ни церквей, ни священников, — объявил Питер. — Но моя мать истинная христианка, и она обучила меня своей вере. Я постараюсь вести себя с вашей дочерью по-христиански, майор Нольс. Я уже говорил на эту тему с нею.

— В вас сидит дьявол, — пробормотал Нольс.

— Полагаю, что я ее не оскорбил.

Нольс развел руками, будто хотел сказать, что это не имеет значения.

— И как она отреагировала?

— Я бы сказал, удивилась.

— Еще бы. Ладно, я поговорю о вашем предложении с женой.

— Если у вас такой обычай... — ответил Питер.

— Да, сэр, особенно в таком необычном случае. Могу я спросить, сколько вам лет, мистер Блант?

— Мне двадцать восемь лет.

— Может быть, вам еще рано жениться?

— По здешним меркам я уже стар для женитьбы. Заверяю вас, что моя мать не откажет в благословении. — Питер посмотрел ему в глаза. — Майор Нольс, я солдат и предпочитаю прямой разговор. Если я добьюсь разрешения моего хозяина на постройку вашей фактории в устье Ганга, обещаете ли вы отдать дочь за меня? Да или нет?

Нольс заморгал.

— При подобных обстоятельствах, мистер Блант, хотя, должен признаться, весьма необычных обстоятельствах... Ну, если, если Ангелина хочет...

Питер улыбнулся:

— Хорошо, тогда пойдемте и найдем ее.

Только сын и его жена отсутствовали на семейном совете. Ангелина сидела между отцом и матерью на диване. Каролина нависла над плечом матери, волнуясь, казалось, больше всех.

Нольс изложил предложение.

— Я должен добавить, что мистер Блант вел себя с достоинством и уважительно. Он согласился добиваться согласия самой Ангелины.

— А его привычки? — спросила Люси Нольс.

Питер недоуменно поднял брови.

— Я имею в виду, сэр, ту женщину, которая путешествует с вами.

— Я уверен, что ваша дочь найдет в Серене очень приятную компаньонку, миссис Нольс.

— О! — Люси Нольс раздраженно всплеснула руками.

— Так же, как, без сомнения, и Джинтна, — спокойно вставила слово Ангелина.

— Джинтна? — спросила с удивлением ее мать.

— Другая наложница мистера Бланта. Мать его сына. На мгновение Люси Нольс, казалось, лишилась дара речи. Затем она тихо произнесла:

— Боюсь, мистер Блант, что в силу слишком большого различия в обычаях между нами о вашей женитьбе с моей дочерью не может быть и речи.

Нольс посмотрел на жену в полной растерянности, но Ангелина пришла ему на помощь.

— Папа сказал, что последнее слово будет за мной, мама. — Она глубоко вздохнула. — Я готова принять предложение мистера Бланта.

Каролина захлопала в ладоши от радости, хотя Питер был уверен, что она тоже хотела бы быть избранной.

— Ангелина, моя дорогая! — воскликнула Люси. — Ты действительно решила...

— Да, мама, мое решение твердо. — Она посмотрела на Питера. — Но я бы задала один вопрос мистеру Бланту. В Дели может не оказаться ни церкви, ни священника, но и то и другое есть здесь. Согласится ли он окреститься?

Все присутствующие устремили взоры на Питера.

— Почему нет, охотно, — согласился он, зная, что это обрадует и мать.

— Тогда все в порядке... — Нольс был уже на ногах, тряся руку Питера. — Я сердечно рад, мистер Блант. Едва получим согласие императора, сразу объявим о свадьбе.

— А до тех пор? — спросил озадаченный Питер.

— Ну, вы и Ангелина помолвлены, будьте уверены. Поколебавшись, Люси Нольс медленно вышла вперед и, к удивлению Питера, подставила ему щеку для поцелуя. Бланту понадобилось несколько секунд, чтобы он понял, чего она хочет от него. Когда он сделал то, что требовалось, миссис Нольс произнесла:

— Добро пожаловать в нашу семью, мистер Блант. — Интонация ее при этом была такова, словно она приглашала прокаженного.

Еще необычней было поведение молодой Каролины, которая обвила его шею руками и крепко расцеловала в обе щеки.

— Я так рада за вас обоих. — И повернулась к сестре, чтобы сделать то же самое.

— Ну, а теперь скажите, — продолжал Нольс, — когда вы намереваетесь отправиться в обратный путь?

— Чем быстрее, тем лучше, майор Нольс. Я отправляюсь завтра утром.

— Значит, вы захотите попрощаться со своей невестой. Оставим их одних. Люси, Каролина, пойдемте.

Он проводил обеих женщин из комнаты и прикрыл дверь, оставив смущенного Питера с глазу на глаз с Ангелиной.

— В Англии принято оставлять молодую женщину наедине с мужчиной?