Молот Солнца: Камень Нируби
Шрифт:
— Куда ты пойдешь? — спросила Алариса.
Лауна Альва кивнула вглубь пещеры.
— Ты же слышала, что сказал дядя Джоун. У этой пещеры много выходов. Я пойду к любому из них, и к утру уже буду очень далеко.
— В пещере темно, а факела тебе надолго не хватит, — покачала головой Алариса.
Но Лауна Альва в ответ похлопала по сумке.
— Я взяла масляную лампу. И еды на несколько дней. Воды тоже хватит. У меня даже кинжал есть на всякий случай, и компас! А для маменьки с папенькой я оставила письмо в фургоне, передашь им его завтра утром…
Они накинули на своих лошадей седла, затянули
— Я далеко не поеду, — предупредила Алариса. — Боюсь заблудиться и потерять дорогу.
— Хорошо, — Лауна Альва кивнула. — Всего несколько минут.
Она не знала еще, что дорогу они уже потеряли…
Глава 5
Если кому-то становится смешно при словах «морская болезнь», то он просто никогда не испытывал на себе умопомрачительное действие этого недуга.
До сего момента Ягрр Фру наивно полагал, что «морская болезнь» — и не болезнь вовсе, а просто мелкая напасть, что-то вроде поноса. Ну, сбегал пару раз за ближайший камень, покряхтел там, поминая всуе Единый Разум, а потом довольный дальше отправился по своим делам…
Не тут-то было! И рад бы он был выплеснуть из себя все нечистоты, что успели в нем накопиться, чтобы избавиться от этой навязчивой галереи самых отвратительных ощущений, какие только можно себе представить, и даже выплескивал неоднократно, но это мало чем помогало.
Сначала он то и дело бегал к фальшборту, чтобы выблевать за борт то, что у него еще осталось в желудке. Один раз, два раза, семь раз, одиннадцать… А потом силы оставили его, воля отказывалась больше собираться в кулак, сказав: «Ну, все — дальше ты без меня». И бегать к фальшборту он уже не смог — так и блевал, лежа на прибитой к полу кровати, просто свесив голову вниз.
По совету Джала попробовал накачать себя «вилуской», но первый же выпитый стакан выплеснулся из него, едва успев скатиться по пищеводу. Но выплеснулся не один, прихватил с собой за компанию еще что-то из желудка, хотя Ягрр Фру ума не мог приложить, что такого там еще могло оставаться. Разве что сам желудок…
В какой-то момент, едва не захлебнувшись медленно ползущей из горла слизью, он жалобно позвал дремлющего за столом неандера:
— Стафф… Убей меня, дружище… Даже если ты будешь делать это долго и больно, мне все равно будет легче, чем сейчас…
Стафф Ван глянул на него затуманенным взглядом, вздрогнул всем телом и его тоже вырвало прямо на пол. Джал дремал, лежа на скамье в углу. Чувствовал он себя тоже не очень хорошо, но к фальшборту не бегал ни разу, и уж тем более не гадил в каюте.
Что самое удивительное, легче всего качку переносил Битер Сью. Казалось, он вовсе ее не замечает! Он то убегал на палубу полюбоваться Холодным Каналом, то убирал блевотину с пола, то проветривал каюту, чтобы избавиться от ее кислого запаха. И даже съел с удовольствием кусок сухаря, под тяжелым ненавидящим взглядом Ягрра Фру. А потом блаженно потер туго набитый живот.
— Джал… — жалобно протянул Ягрр Фру, беспомощно протянув вперед руку. — Я хочу убить этого сопляка… Я хочу вспороть ему брюхо и посмотреть, как он устроен. Но я не
могу… Сделай это за меня, ладно?— Хорошо, мастер, — пообещал Джал сквозь дрему. — Вот только сон досмотрю…
— Но-но! — Битер Сью торопливо выскочил из-за стола. — Морская болезнь либо есть, либо ее нет. И я же не виноват, что у меня ее нет! Не волнуйтесь, мастер, завтра вам должно стать легче…
— Тебе-то откуда это знать, сопляк? — проворчал Стафф Ван. — Ты же штандарт таскал в береговой страже, а не по морям плавал… Или мы чего-то о тебе не знаем?
— Мы несколько раз выходили в море, — пояснил Битер Сью. — Контрабандистов гоняли…
Так, за разговорами, на какое-то время Ягрру Фру полегчало. Он надеялся, что отпустит совсем, и даже выпил еще «вилуски» по этому поводу, но почти сразу его вновь скрутило, да с такой силой, что предыдущие приступы показались легкой разминкой. И его опять одолели мысли о смерти.
Схватив за руку проходящего мимо Битера Сью, он тихо просипел:
— Слышь, парнишка… Если в твоих планах было перерезать мне глотку, то сейчас для этого самой подходящее время… Нож я тебе дам… А? Ну, пожалуйста… Избавь дядю от страданий…
Он вытащил из-за пояса свой нож, перехватил его за лезвие и протянул мальчишке.
— Сделаешь, а?
Битер Сью взял нож и воткнул его в переборку над кроватью.
— Завтра вам уже станет легче, мастер. Вот увидите. Солнышко встанет над каналом, вы напитаетесь силой от его лучей, и вам сразу же полегчает!
— А мне? — хрипло спросил из-за стола Стафф Ван. — Мне полегчает?
— И вам тоже, мастер…
И ведь парнишка как в воду глядел! Кое-как пережив ночь, с головой, полной мыслей о самоубийстве, утром Ягрр Фру вдруг понял, что болезнь отступила. Едва солнечный луч скользнул в прямоугольное оконце и согрел Ягрру Фру веки, как он тут же почувствовал неодолимое чувство голода. А он точно знал, что больной человек голода не испытывает — ему противна сама мысль о еде.
Он встал с кровати, едва не упал, поскользнувшись на кучи слизи, которую наблевал уже под утро, и, покачиваясь, направился к выходу.
На палубе было прохладно, ветер дул тугой и постоянный, без порывов. У квартердека стоял рулевой, вцепившись в штурвал мертвой хваткой. Ягрр Фру узнал его сразу, это был тот самый грил — один из тех, кого они вчера освободили от береговой стражи.
— Спокойной воды, грил… — приветствовал его Ягрр Фру, осматривая морскую гладь. — Как наши дела?
— Все хорошо, рэй Ягрр, — заверил его грил. — Идем к Плоскому Острову. Звезд уже не видно, но ветер не менялся. Если так и будет, то завтра утром уже увидим берег…
— А если ветер сменится?
— Смотря как сменится.
— Ясно…
Ягрр Фру поднялся на квартердек и столкнулся там с капитаном Тригли. Тот внимательно осматривал горизонт в большую зрительную трубу.
— Спокойной воды, капитан Тригли.
— Спокойной воды, рэй Ягрр. Она бы нам пригодилась. Не так часто мне доводилось уходить настолько далеко от берега.
— Вы боитесь моря, капитан?
— Нет, я боюсь вот этого…
Тригли оторвал наконец трубу от своего правого глаза и пальцем указал на горизонт. На востоке неторопливо всходило солнце, а с другой стороны, на юго-западе, собиралась над самым горизонтом белесая дымка.