Моя воля

Волосы сверкали от волнения, роняя рубиновые блики. Предводительница присмотрелась к отражению — показалось, ливен-ра слегка изменился, хотя она не могла бы с уверенностью сказать, что точно помнит сложную вязь тонких, едва заметных рисунков. Провела ладонью, снова всмотрелась в зеркало, втайне надеясь увидеть воина. Вздохнула. Расправила плечи, подняла подбородок и решительно вышла из комнаты.

Арас стоял у окна, держал двумя руками меч, с интересом, почти мечтательно его рассматривая. Предводительница подобралась на случай, если парень решит им воспользоваться. Однако тот лишь поднял голову, улыбнулся ещё одной обаятельной улыбкой и вложил оружие в лежащие у стены ножны. Посмотрел на Сафиру, словно спрашивая, не собирается ли она брать их с собой.

Предводительница прошла к двери, ощущая на себе оценивающий взгляд и стараясь по слуху не выпускать мужчину из внимания.

— Если хочешь, заведу тебя в магазин. Или в салон. Тебе же, наверное, интересно?

— Моя одежда чем-то не подходит? — поинтересовалась Сафира. Этих игр насмотрелась ещё при королевском дворе.

— Подходит! — уверил Арас.

— Ты говори, не стесняйся, — предложила она, припоминая уроки Талима. — Я действительно о вашем мире ничего не знаю. Может, у вас тут принято ходить в кафе в доспехах… или бальных платьях.

Лунаров брат усмехнулся, пытаясь понять, шутит ли она, или всерьёз. Сафира мило улыбнулась, прикладывая пальцы к выемкам. На обломанные после ямы ногти было страшно смотреть — сразу же захотелось сжать в кулак, чтобы никто не видел.

— А у вас?

— А у нас нет кафе. Могу рассказать, что обязательно надевать в полёт на драк-коне.

Девушка едва не вздохнула, с тоской вспоминая Карата. Даже гнараны остались в том мире. А здесь… Только машины?

На секунду усомнилась, справится ли. Всё это слишком тяжело, так хотелось спрятаться за надёжной спиной, слушать объяснения и предоставлять решать. Приходилось постоянно напоминать себе, что она — тоже воин, предводительница гордых лиаров.

— И что же? — заинтересованно хмыкнул Арас. Сафира вкратце перечислила необходимый доспех и сбрую, боясь утомить собеседника. Но, кажется, наоборот, только заинтересовала. Тот увлечённо стал расспрашивать, что и для чего служит — предводительница с трудом подбирала слова и объяснения, для этого языка они словно не приходили.

За разговором вошли в лифт, Сафира отметила, что спутник нажал единичку, однако цифры и дальше продолжаются. Видимо, подземные этажи. Спустя несколько минут девушка увлечённо оглядывала огромный зеркальный холл с маленькими светильниками, каждый из которых давал света в несколько раз больше, чем огромная люстра в главном зале Рубинового Рога.

Здесь было много людей, фоном слышались шум, смех, музыка и ещё множество звуков, совершенно непривычных предводительнице, неизвестных, пугающих тем, что она не может их узнать, понять, что несут. Девушка медленно вдохнула, заставляя себя успокоиться. Волосы горели. В нос били запахи, от которых хотелось чихать. Непривычно яркие краски не то радовали, не то раздражали глаза.

— Идём, — спутник прикоснулся к руке, выводя из оцепенения. Сафира с любопытством посмотрела на огромные крутящиеся двери. С той стороны виднелась улица. Наверное, подумала про себя, есть какие-то правила. Иначе как людям не путаться, не сталкиваться между собой? Даже в Роге, и то всегда чётко соблюдали распорядок передвижений, особенно в случае опасности. “Нужно будет поискать и попытаться разобраться.”

Но Арас повёл не туда — в небольшую боковую дверь, которая открыла ещё один холл, поменьше. Направо — тонкая светлая лесенка, а за ней маленькая, увешанная одеждой комната.

Сафира ощутила некоторое успокоение от величины помещения. Огромные пространства по-прежнему действовали на неё угнетающе.

Откуда-то из-за одежд вышла женщина с неестественно чёрными волосами, короткими и пышными, такими же яркими бровями. Губы тоже показались предводительнице искусственно подцвеченными. Женщины Рубинового Рога иногда использовали красильные вещества, полагая, что так придадут себе привлекательность. Но Сафира последние три года не испытывала желания привлекать мужское внимание.

А ещё от женщины раздражающе пахло палёной травой. Некоторые из лиаров тоже сушили для курений и вдыханий разные травы, но воинам это запрещалось: дыхание сбивалось чаще, да и организм работал на восстановление значительно хуже.

Женщина была высокой — наверное, как Китилья. Худой, броско одетой. И, тем не менее, лёгкая сеточка мимических морщинок вокруг глаз делала её улыбчивой и приятной.

— Велта Одире, — представилась она, бросив вопросительный взгляд на Араса.

— Невеста Ар…и, — Сафира обнаружила, что спутник сбился и выдавил последнюю букву словно через силу. Что же там срабатывает, не даёт ему говорить? Или им всем?

Женщина окинула предводительницу заинтересованным взглядом.

— Только прибыла, ничего здесь ещё не знает. Подумал, может, вам найдётся, о чём поговорить. Я подожду.

“Поговорить?” Сафира не собиралась ни с кем ни о чём разговаривать. Но предпочла вопросов не задавать.

Почему-то вспомнился Тайру с его “разговорами”. Однако здесь ощущения опасности не возникало. За широкими окнами виднелась солнечная улица, ходили люди. Арас вышел — но дверь, насколько могла судить Сафира, не запирал.

— Я стилист-реконструктор, — произнесла Велта Одире. — Работаю с одеждой различных миров, по совместительству с подругой эксклюзивный салон держим, — она качнула головой, словно обводя помещение. — Твоего красавца не раз готовила, сейчас и тебе что-нибудь подберём. Выбирай.

Сафира прошлась мимо одежд, с интересом рассматривая. Обнаружила корсет — не такой, как дома, более открытый и менее защитный. Зато привычнее куска ткани, который был сейчас на ней. Велта кивнула, добавила ещё несколько, брюки к ним.

— Арас сказал — поговорить? — всё же поинтересовалась Сафира.

— Думаю, он хотел, чтобы я придала тебе более… ммм… загадочный вид.

— Зачем? — нахмурилась Сафира.

— Впечатление произвести?

— На кого?

— Это уж тебе виднее, куда вы собрались.

Предводительница хотела было возмутиться, но вспомнилось, сколько перед выходом в общество её готовила Китилья, примеряла платья, учила танцам. Здесь тоже, наверное, свои условности и законы. Понять бы ещё, зачем это Арасу. Заботится о репутации брата и семьи, или наоборот.

— Давай, примеряй, — Велта провела её в небольшую кабинку. Сафира заколебалась, после всё же решилась. Даже если не впишется в общество, хоть будет ощущать себя привычнее и увереннее.

Одире заглядывала, рассматривала, качала головой или одобрительно кивала. Наконец, остановились. Сафира и сама себе нравилась больше, всё словно смотрелось гармоничнее. Правда, не покидало ощущение какого-то подвоха. Если бы с заказанной одеждой что-то было не так, Лунар наверняка предупредил бы.

— Чудесно! — обрадовалась, наконец, женщина. — Серьги? У тебя уши не проколоты. Тогда на шею что-нибудь. Идём, подкрашу немного.