MultiMillionaires

Глава 7 Арас Агаларов «КРОКУС»

Глава о том, кто такие ликвидаторы; о том, на кого и как наезжали бандиты, а также о том, у кого самый красивый в Европе коммерческий центр

Агаларов Арас Искендерович – президент компании «Крокус Интернэшнл», кандидат экономических наук. Лидер выставочного бизнеса в России. У компании – 320 000 метров торгово-выставочных действующих площадей. Заканчивается строительство еще 380 000.

Владелец торгового центра «Крокус-Сити Молл» и торговой сети «Твой дом».

Араса Искендеровича впервые я увидела на фото в журнале «Форбс», где он числился среди ста самых богатых российских бизнесменов. На обложке был аристократического вида мужчина средних лет с платиновыми часами «Patek Philippe» на руке, в модном, хорошо скроенном костюме, из кармашка которого выглядывал белый платочек. Журналист начал статью об Агаларо-ве с забавной истории о том, как Араса фотографировали для журнала. Фотограф сказал, что хорошо бы из кармана его пиджака выглядывал краешек белого платка. Платка под рукой не оказалось. Агаларов, глазом не моргнув, купил в соседнем бутике дорогую сорочку и попросил сделать из нее платок. Настоящий принц.

Арас Агаларов обладает также редкой способностью вызывать уважение профессионалов. Мне приходилось общаться с его собратьями по бизнесу, в частности, с Леонидом Фридляндом, руководителем торгового дома «Меркури». Леонид высоко ценит и уважает личность и работу господина Ага-ларова.

Когда моя приятельница Наталья Зазули-на, известный политолог, любезно привезла меня на встречу с Арасом Искендеровичем, я издалека увидела его в огромном роскошном кабинете с длинным столом для заседаний. Там также стоял его рабочий стол-бюро с креслом и, на некотором отдалении, журнальный столик перед диваном и двумя креслами, где мы и разместились для разговора за чашкой чая. И при личной встрече Агаларов произвел на меня очень благоприятное впечатление – обаятельный и любезный, говорит тихо, спокойно, уверенно.

Меня давно волнует тема имиджа российских предпринимателей. Еще год назад, когда я только задумала написать о них книгу на французском языке для известного французского издательства «Грассэ», я мучилась над вопросом, как же разбить существующие на Западе примитивные стереотипы о том, что все российские бизнесмены – мафия. А еще раньше эта тема волновала меня в более широком смысле. Во время своих многочисленных выступлений во французских ток-шоу я постоянно отвечала на вопросы, казалось бы, неглупых журналистов: а правда ли, что все русские, живущие на Западе, – это агенты КГБ, все русские девушки – очень легкого поведения, а все российские бизнесмены отмывают чемоданами преступные деньги в офшорных зонах. У вас такие вопросы метут вызвать лишь улыбку. А я чувствовала на своей шкуре последствия «холодной войны» и грязной работы средств массовой информации. Но никто никогда на Западе не будет уважать российских предпринимателей, если мы сами не будем их уважать. Есть же достойные люди.

Первое, что я спросила Агаларова, который много работает с иностранными партнерами, – соответствуют ли действительности представления западных бизнесменов о российских.

– На самом деле о российских предпринимателях существуют разные мнения, – ответил Агаларов, – и, действительно, прежде чем обратиться к предпринимателям с идеями о партнерстве, о сотрудничестве или о финансировании, они пытаются выяснить, с кем они будут иметь дело. Это связано с тем, что, помимо правил игры, существующих в бизнесе, большое значение имеет морально-этический облик человека, как он себе представляет ведение бизнеса. Потому что существуют явления, приемлемые с точки зрения нашего законодательства, но не считающиеся нормальными с точки зрения морали. Например, в случае банкротства, завладение чьим-нибудь имуществом. Это происходит сплошь и рядом в России. Причем есть люди, которые специализируются на банкротствах, есть так называемые ликвидаторы…

Я попросила объяснить поподробнее, вдруг другие блондинки будут читать.

– Вот представьте себе, – вежливо и терпеливо согласился пояснить мой собеседник, – что вы из бывших красных директоров. Вы директор крупного предприятия в 1991 или в 1992 году, когда вышло законодательство о приватизации и приватизировали всех почти насильно, и вы тоже приватизировали предприятие. Вам сказали, что вы не должны управлять единолично, без трудового коллектива, и что трудовой коллектив вместе с вами определяет управление. Но вы стараетесь контрольный пакет оставить за собой. В это время появляется человек или организация, которая проявляет интерес к какому-нибудь зданию, заводу, предприятию. И начинается работа: скупка акций у уборщиц, кочегаров, мелких сотрудников, пока директор не знает. Иногда прямо предлагают директору продать акции. И если им удается купить 51% акций, они могут не платить остальным. Законодательство позволяет человеку с контрольным пакетом акций взять предприятие и одолжить деньги. И если он их не возвращает, у него забирают предприятие. Причем это происходит в течение нескольких суток с участием гражданских, арбитражных судов, судебных исполнителей. Это я вам рассказываю всю подноготную. Коллектив вдруг узнает, что он ничем уже не владеет, и начинаются штурмы зданий и прочее.

Человек, который купил 51% акций, делает это для кого-то, он работает по заказу. В Москве имеются несколько организаций, которые работают по заказу. Это большой офис, где есть юристы, следователи, бывшие работники правоохранительных органов, красивые молодые парни, актеры, психологи, которые знают, как разговаривать с клиентом. Приходит заказчик и говорит, что ему нравится вот этот трубный завод. Покупается абсолютно все. Более того, есть еще более мощные организации с могущественными связями: ликвидаторы ликвидаторов. И вы можете найти также другие организации со связями на высоком уровне, которые могут с ними конкурировать. Вот этот небольшой срез дает приблизительное представление о нашем бизнесе. Как может западный предприниматель доверять такой системе? Представляете, как выглядят люди, которые по заказу банкротят и приватизируют чужое имущество? Кстати, внешне они очень хорошо выглядят, они респектабельные, общаются на самом высоком уровне и не чувствуют свою мораль ущербной. Незаконно приватизируя заводы, они находят причины для самооправдания. Исходя из того, что я сказал, существуют разные отношения к людям. Западные предприниматели – умные люди, понимающие, что сначала партнера надо изучить, узнать, чем он дышит, чем занимается, можно ли на него положиться. Я считаю, что иметь хорошую репутацию у нас в стране – это большой капитал, потому что в стране, которая не имеет истории капиталистической формации и в которой не наработаны еще четкие законы, регулирующие правила игры, у человека должны быть внутренние установки, которые сдерживают и ограничивают его.

Мне очень интересно, как начинался бизнес моего героя. Это всегда что-нибудь вызывающее улыбку самого интервьюируемого, что-то вроде «стол, два стула и полбухгалтера».

– Началось это, – начал вспоминать Агаларов, – с международной выставки. Это была эра компьютеризации. Я обратил внимание, что с началом приватизации деловые люди выезжают на международные выставки и пытаются там приобрести технику, в основном вычислительную. И у меня появилась мысль, а почему бы не притащить саму выставку в Россию.

Это было в конце восьмидесятых годов, семнадцать лет назад. Мне сейчас пятьдесят. Тогда было тридцать два года. Я окончил уже аспирантуру и работал в научном центре. Тогда была смена политики, была разрешена частная предпринимательская деятельность, и я занялся ею. Мы провели на арендных площадях, у нас тогда не было своих, первую международную выставку по компьютерным технологиям в 1990 году, которая в 1995 году стала третьей в мире по значимости и размерам.

Я обратила внимание, готовясь к встрече, что Агаларов имеет много высших образований: политехнический институт, высшая школа профсоюзов, аспирантура, диссертация «Экономика труда», курс бизнеса в США. Поэтому поинтересовалась, считает ли он, что образование помогает в бизнесе, или оно не имеет большого фундаментального значения?

– Оно необходимо, – уверенно кивнул он, – но я думаю, что, если бы я получил полноценное образование на Западе, оно помогло бы мне больше, чем образование при социализме.

Я пошутила что-то вроде того, что марксизм-ленинизм не очень-то помогает в бизнесе.

– Социалистическое образование не слишком востребовано, – согласился он. – Я выскажу вам свое убеждение. Что отличает образованного человека от необразованного? Образование – это умение учиться, системно подходить к разным вещам и умение преодолевать препятствия. Вы понимаете, что на первом этапе вы учитесь в школе, сдаете экзамены, учитесь преодолевать препятствия, готовясь к экзаменам. Учеба в аспирантуре, диссертация требуют еще большего умения преодолевать препятствия. Это сложный путь, определяющий результат, которого вы должны добиться. Умение спроектировать, упорядочить то время, которое вам отпущено на получение какого-то результата, – это должно лучше получаться у образованного человека, чем у необразованного. С криками «ура» и с шашкой в руках ничего не добьешься. Нужны система и последовательность. Нужно запараллелить, связать и организовать, так чтобы всем было интересно достигнуть результата.

Агаларов очень гордится своим «Крокус-Сити Моллом». У него есть на это основания. Об участке в девяносто га на берегу Москвы-реки он говорит как о самом красивом месте в Подмосковье. В «Крокус-Сити Молле» двести роскошных бутиков самых известных марок мира, которые работают в окружении пальм, экзотических деревьев и цветов, под звуки пения птиц и журчания фонтанов. Все в мраморе и хрустале. Я очень много путешествую и много роскоши уже повидала, но нигде в мире я пока еще не видела коммерческого комплекса шикарнее. Он может выполнять функции музея по приобщению к прекрасному. Я даже привозила сюда некоторых крупных иностранных бизнесменов, чтобы похвастаться тем, как стало красиво в Москве. Сто миллионов долларов потратил Агаларов на строительство комплекса.