Муравьиный Бог
Шрифт:
Женька широко открыл глаза и увидел две огромные груди, упершиеся ему прямо в лицо. Машинально он обхватил Ирину за её большое, ещё крепкое тело…
Случилось.
Ни испуга, ни особого удовольствия Женька не испытал. Молодой организм чутко реагировал на инициативы пьяной бабёнки, и с каждым её новым наскоком ощущения Женькины становились всё острее и глубже.
Заснуть ему удалось только под утро, в это время года ничем от ночи не отличавшееся.
Проснувшись, Женька сразу поймал на себе испуганный взгляд протрезвевшей Ирины. Он не стал ничего говорить, торопливо собрался в школу — и вовремя. Буквально через пять минут под окном раздался сигнал автомобиля, и Женька выбежал из дому, натягивая на ходу шапку и рукавицы.
Из школы он пришёл пешком,
Он заглянул в её комнатку — Ирина выла, уткнувшись лицом в подушку.
Женька подошел и положил ей руку на плечо.
— Прости меня, прости, родимый! — развернулась к нему всем телом Ирина, и из её ночной сорочки непроизвольно вывалились две огромных самаркандских дыни. — Сука я, блядь, сволочь! Бог меня накажет, но нет у меня никого на белом свете, кроме тебя, Женёк!
Женька, как завороженный, потянулся губами к запретному плоду…
Отец пришел поздно ночью.
Женька понял, что это он, и не хотел открывать глаза. Ему было стыдно. Можно было попытаться вскочить и побежать за помощью к маме… К маме?
Женька открыл глаза.
Ирина разбросала телеса по перине и счастливо храпела.
В её храпе была такая мощь, что ни один «Катерпиллер» не рискнул бы жалко тявкнуть рядом. Под переливы всхлипов и стонов Женька тихо собрался, выгреб из Ирининого кошелька всю наличность, взял из-за телевизора урну с отцовским прахом и вышел на улицу.
Сырой мороз залепил обе ноздри, и дышалось с трудом. В снежном крошеве мелькали люди-телогрейки и грохотали по кольцевой неутомимые самосвалы. Аэропортовский автобус Женька вычислил легко, и водитель, которому он махнул рукой, тут же затормозил и открыл дверь.
Автобус был служебный, возил в аэропорт лётчиков, механиков и прочую обслугу, многие пассажиры были Женьке хорошо знакомы.
— Сюда иди, — услышал он зычный голос и сразу признал в этом голосе Володю Андрианова.
— Кто рано встает, тому тёлка дает! — похлопал Андрианов по плечу Женьку и усадил с собой рядом на сидение. — Ты куда намылился? — шепнул он ему на ухо и строго поглядел Женьке в глаза.
Врать Андрианову было преступлением, и Женька признался:
— В Хиву.
— А, — понимающе кивнул головой Андрианов. — Там сейчас тепло. И дыни!
— Не в этом дело, — очень спокойно возразил Женька. — Мне надо отца похоронить, — он достал из сумки коробку и показал ее Володе: — Они урну привезли и забыли…
— Ни хера себе, — пробормотал Володя и, к вящему Женькиному удивлению, бегло перекрестился.
Они помолчали, а затем Андрианов вновь шепнул:
— А школа?
Женька молча пожал плечами.
— Ирина знает?
— Да, ну её на х-й! — совершенно по-взрослому отрубил Женька.
Володя внимательно посмотрел на парнишку и согласно кивнул головой:
— Возможно, ты и прав. Идеализм — это лёгкая стадия идиотизма, — произнёс Андрианов своё любимое изречение и многозначительно умолк.
Автобус подкатил к аэропорту, и все стали вываливаться из салона.
— Как же ты туда будешь добираться? — задумчиво переспросил Андрианов, глядя Женьке в глаза.
— Доберусь до Сургута. А там — на поезде до Ташкента, а дальше я дорогу знаю. Мы с отцом ехали из Ургенча в Ташкент.
— То есть, вопрос решен окончательно?
— Вы, дядя Володя, помогите мне — до Сургута! — вцепился в рукав лётной курточки Женька.
— Не суетись под клиентом, — буркнул Андрианов и высадил Женьку в мороз.
Они прошли в контору, и Андрианов усадил парня пить чай в компании с напомаженными диспетчершами. Сам он отправился за полётными документами и приказал никуда не отлучаться. На секунду у Женьки мелькнула мысль, что Володя пошёл звонить в школу, директору, но он отогнал от себя эту глупость.
Андрианов не мог предать.
Минут через тридцать Володя вернулся и повёл Женьку в сторону лётного поля.
— У меня сегодня были другие планы, но учитывая ваш нелёгкий маршрут, сэр, я взялся слетать в Сургут. Заодно
проведаем замечательную во всех отношениях дамочку из парикмахерского салона.— Спасибо, дядя Володя! — вздохнул радостно Женька.
— Обещай мне три вещи, парень, — Андрианов остановился у вертолета, достал из кармана пачку денег и протянул Женьке. — Обещай мне, что ты вернёшься. Что когда похоронишь отца, то поплачешь и за меня. И что когда вырастешь — вернешь мне бабки! Сумма тут немалая — пятьсот рублей.
— Обещаю, — сухо ответил Женька и крепко пожал протянутую руку.
— Ну, тогда: — «Гюрза пошёл.»
Андрианов сдержал свое обещание.
В Сургуте он передал Женьку в руки очаровательной начальницы смены. Бабёнка долго делала испуганные глаза и пыталась возражать, но Володя так нежно взял её под локоток, что через пару минут она вернулась к Женьке и лишь покачала головой:
— Задал ты нам задачку, товарищ Чкалов.
Андрианов еще раз крепко пожал руку Женьке и отправился в парикмахерский салон.
— Тебе сколько лет? — спросила начальница смены.
— Шестнадцать, — не моргнув глазом соврал Женька.
— Паспорт давай, — протянула она руку к Женьке.
— Нет у меня ещё паспорта, — ужаснулся этой мысли Женька.
— Так как же ты назад-то полетишь? — сердито глянула на него бабёнка. — Вот, Володька, охламон! Туда-то я тебя посажу на рейс, а обратно — кто тебя в самолёт пустит?
— Мне там паспорт выдадут! — уверенно возразил Женька. — Всё будет хорошо.
— Моё дело — сторона, — буркнула начальница, — но если будут проблемы с обратным перелётом — вот тебе телефон, спросишь Таню Власову!
Идея Зазеркалья впервые была высказана писателем и математиком Льюисом Кэрроллом. В его забавной стране законы физики и математики существенно отличались от привычных. В 1950-е годы в природе впервые обнаружились реальные признаки
Зазеркалья, подтвердилось, что вещество и антивещество не симметричны и живут по разным законам.
Долго считалось, что Вселенная почти на 100 % состоит из вещества, а антивещество, которое в момент Большого взрыва находилось с веществом в равновесии, неизвестно куда исчезло. Однако последнее время верх берет антитеория: антивещества значительно больше, до 90 %.
Австралийские учёные Фут и Митра, основываясь в своих расчетах на данные космических телескопов "Хаббл" и "Чандра", выступили с ошеломляющей гипотезой о том, что антиматерия окружает нас буквально со всех сторон, хотя мы об этом, по простоте душевной, не догадываемся. Ход мысли таков: если, как установлено, есть невидимые планеты, которые вращаются вокруг видимых звезд, то должны быть и массивные невидимые солнечные светила, вокруг которых вращаются видимые планеты.
При распаде нейтрона образуются электроны и нейтрино, которые вращаются по часовой стрелке. Но если имеются "левозакрученные" частицы, должны быть и "правозакрученные". По мнению указанных ученых, это и есть антиматерия, которая может взаимодействовать с нашей родной материей только гравитационно.
Поэтому Зазеркалье и остается невидимым.
По примеру Кэрролла, профессор Фут развивает увлекательные возможности Зазеркалья: в этом мире существуют свои невидимые нам планеты. Фут полагает, что открытые космическими телескопами планеты других солнечных систем являются зеркальными, то есть построенными из антивещества.
Именно объекты из антиматерии в ответе за многие необъяснимые явления, перечень которых составили Фут и Митра.
Их вывод: НЛО сделаны из антивещества, "зеленые человечки" живут в Зазеркалье и заглядывают к нам по случаю, прорвавшись сквозь антибарьеры, а у Земли есть двойник — невидимая зеркальная Антиземля. Она занимает наше место в пространстве, время течет там параллельно нашему, и только иногда мы замечаем косвенные доказательства присутствия антиматерии — полтергейсты, барабашки и призраки.