Музыкант
Шрифт:
– Удача переменчива, подумай, – ехидно щурясь, говорит ему молодцеватый старик в ковбойской шляпе. Обвисшие щеки делают его похожим на бульдога.
– Тебе Бог дал деньги, которые ты легко сегодня проиграешь, – самоуверенно, почти шепотом отвечает Саня, – а мне рюмку виски и немного интуиции, чтобы распознать твой блеф.
Он видит перед собой три стопки стодолларовых купюр и руки, отодвигающие их к центру столешницы. Упомянутая рюмка незаметно исчезает со стола, через секунду возвращается пустой.
– Счастливчик, ты обобрал моего мужа до нитки, – слышится знакомый женский голос.
– Барбосик, пора остановиться. Этот красавчик пустит нас по миру.
– Принцесса, с вашей ли красотой переживать о дне грядущем, – произносит Саня, берет ее кисть и касается пальцев губами. Женщина делает глубокий вдох, в ее взгляде читается желание.
– Зачем деньги, когда у вас есть такое сокровище, – усмехаясь, обращается он к ковбою, откинувшись на стуле, вальяжно закидывает руки за голову.
– Ах, льстец, – выдыхает женщина, подмигивает и, не сводя глаз с молодого Казановы, шепчет в мохнатое ухо старика: – Барбосик, ты проиграл девятнадцать раз подряд. Остановись, пупсик.
Из-за плеча старика возникает густо напудренное, с ярко подведенными глазами лицо утренней знакомой, Лизы Гейлер. Женщина трется челюстью об обвисшие щеки мужа.
– Привези денег, – говорит старик, не глядя на жену.
– Милый, этот орешек нам не по зубам. Оставь его. Опять из дома все вынесешь, а я завтра хотела купить себе бусики.
– Бусики тебе! Дура! – гневно бросает старик, пытаясь оттолкнуть женщину. Я тебе что сказал сделать!
Дама оказалась не из робких. Сбив шляпу с головы барбосика, она принимается колотить его по груди и плечам.
– Старый обалдуй! Нашел себе «поднеси, подай»! Сам лакеем у меня будешь, маразматик трухлявый. Мало того, что молодость мою угробил, так на старость совсем из ума выжил! Позоришь меня перед обществом! У-у-у… – завыла, зарыдала.
– Хватит! Хватит! – отбиваясь от женских кулаков, кричит старик. – Где Рафаэль? Где этот бездельник?
– Я здесь! – слышится за Саниной спиной зычный голос альфонса Рафаэля.
Задевая стулья, он торопится на зов старика, при этом успевает оправдываться. – Я беседовал с миссис Шуарой о моей книге. Она считает, что в вопросах воспитания вкуса, которые я планирую обсудить в первой главе…
– А мне плевать! – орет старик. – Я плачу тебе, чтобы ты развлекал мою дуру, а не какую-то постороннюю! Забери ее от меня! Поедете на виллу, и привезешь мне пятьдесят, нет – сто тысяч. – Он склоняется над столом и, широко раскрыв глаза, трясущимися губами шепчет: – Задавлю.
– Мистер Дипалио, – обращается к старику Рафаэль, – может, лучше отправить кого-нибудь из охраны? Ко мне из Голландии приехала тетушка, и когда я прихожу поздно…
– Ты поедешь! – обрывает ковбой (он снова надел шляпу). – Заберешь с собой мою любимую, – показывает взглядом на жену. – Там и оставишь. Она мешает мне сосредоточиться.
– Ах, так! –
Лиза в возмущении топает каблуком.– Милая, – примирительным тоном говорит старик, – серьги, что жадный Той не захотел уступить, те голубенькие, помнишь? Пошли за ними утром.
– Хочешь подсластить пилюлю? Ты только что унизил меня при дорогих мне людях. Я этого не прощу.
Она отворачивается от мужа, дарит Сане улыбку и воздушный поцелуй.
– Я желаю вам выиграть.
– Только ради вас, богиня, я сделаю это, – отвечает молодой человек, не меняя позы.
– Заводи машину, – бросает она через плечо Рафаэлю, разворачивается и, пошатываясь, устремляется к выходу.
– И бусики! – кричит ей вслед старик. – Завтра мы купим бусики! Любимая, они потрясно на тебе смотрятся.
Хуши сказал: «Чаще, чтобы понять, что чувствуешь к человеку, надо знать, что чувствует к тебе он»
«Бусики, бусики, – повторил Саня, открыл глаза. – Все, больше ничего не помню».
– Оу! – разочарованно произнес Кастро. – Ты и половины не вспомнил.
Молодой человек отворил стеклянную дверь на балкон, шагнул через порог и вдохнул полной грудью. Упершись руками в низкие перила, он несколько минут разглядывал шатающихся без дела гостей отеля. День выдался солнечный, поэтому отдыхающие высыпали на улицу: плескались в бассейне, загорали, играли в настольный теннис. Под летним зонтом, за тем же столиком, что и вчера, в компании все того же Рафаэля, с бокалом вина в руках сидела Лиза Гейлер.
Женщина ждала, что Саня обратит на нее внимание, и как только их взгляды встретились, она, убирая с лица челку, чуть заметно помахала рукой.
Он неуверенно помахал ей в ответ и, смущаясь, попятился в комнату.
«В обед, и вечером, и сегодня опять… Она что, меня преследует?»
– Во внутреннем кармане пиджака, – подал голос Кубинец.
«Что в этом кармане?»
– Наш билет в Сингапур.
«Мы не покупали билета, кажется».
Саня поднял с полу пиджак, достал из кармана мятую записку. Не очень разборчиво было написано:
«Я умею делать счастье! Открой порочный душный склеп, ведь ты моей любви субъект!
Красавчик, завтра в семь у меня на вилле. Знаешь, где? Узнай! Найди меня, развратный сорванец!»
– Это принесли через пять минут после ее ухода, – объяснил Кастро.
– Вот шалава! – зло бросила Рита.
«Не понимаю, – Саня еще раз перечитал записку. – Это не очень похоже на билет».
– Ее муж забрал нашу виолончель. Удача улыбается нам. Мы заберем его как плату за ту маленькую услугу, которую окажем гостеприимной жене.
– Какую еще услугу? – подозрительно спросила Рита.
– Маруся, ты ведь вовсе не такая глупая, какой хочешь казаться. Сама понимаешь, выкупить его денег у нас нет, опуститься до банальной кражи не позволяет происхождение, остается одно, самое верное – заслужить.
– Гадость.
– Гадость, гадость, сам знаю. Не представляю, как у нашего казановы это получится. Попробую настроить. Найти нужные слова, как только бабушка на кровать его бросит, напомню о долге, про полет на Луну и о подвиге Магеллана расскажу. Может, и ты придумаешь пару слоганов для затравки сексуального аппетита?