Мякин

— Ну как? Вам нравится? — услышал он шёпот со стороны, когда падчерица попала на королевский бал.

Мякин сухо ответил:

— Ага.

— А ведь вы обманули меня, не правда ли? Зачем? — услышал он минут через пять.

Мякин глубоко вздохнул и, надув щёки, с силой выдохнул из себя воздух.

— Очень жаль, что обманули, — шёпотом произнесла экстрасенша. — Придётся вас за это наказать.

— Угу, — машинально ответил Мякин.

Оставшуюся часть киносеанса они сидели молча. На экране появилось слово «конец», и в зале зажёгся свет. Экстрасенша встала первой и осталась стоять в ожидании, когда Мякин поднимется из кресла.

— Пойдёмте, — решительно произнесла она.

Мякин с нехорошими чувствами двинулся вслед за ней. В соседнем зале уже звучала танцевальная музыка. Мякин хотел было пройти мимо, но экстрасенша настоятельно объявила:

— Вы за обман должны подарить мне один танец!

Мякин остановился, занервничал от такого напора, за секунду перебрал в голове все возможные варианты отказа и, взяв себя в руки, довольно спокойно ответил:

— Сегодня мой первый день в санатории. Очень много процедур. Извините меня, ради бога! Мне хочется отдохнуть.

Экстрасенша сделала удивлённое лицо и, немного улыбнувшись, ответила:

— Хорошо. Сегодня я вас отпускаю, но завтра танец за вами!

Мякин неуверенно кивнул головой, сказал: «До свидания» и, ускоряясь, удалился в свой номер. Номер встретил его уютом и тишиной, и впервые за весь вечер Мякин снял напряжение, разоблачился и юркнул под одеяло. Кровать ему показалась огромной, и он, прежде чем заснуть, несколько раз менял своё положение, вспоминал весь прошедший день: и ворчливого тощего, и пузатого со своим вопросом о счастье, а главное — эту странную соседку-экстрасеншу. И так, вспоминая одного дневного персонажа за другим, наконец-то крепко уснул.

Под утро пришёл к Мякину нехороший сон. Будто бы он проснулся рано-рано, за окном забрезжил рассвет. Сквозь густую зелень хвойных кое-где пробивались молодые листочки берёз. Пейзаж за окном напоминал скорее раннюю весну, чем зиму. Снаружи на разные голоса свистели птицы. Мякина это обстоятельство крайне удивило; он повернулся на другой бок и обнаружил, что рядом лежит пузатый и, ехидно улыбаясь, спрашивает:

— Ну как, принесли мы вам счастье?

Мякину стало противно. Он вернулся в прежнее положение и там, рядом с собой, увидел лежащего тощего, и вроде бы тощий только что умер, но его ещё не успели забрать из санатория.

Мякину стало страшно, он хотел закричать, но язык плохо слушался и издавал только глухие хрипы. Мякин лёг на спину, лежащие рядом исчезли, и только-только он стал приходить в себя, как у кровати в ногах появилась экстрасенша и строго обратилась к кому-то копошившемуся в мякинском шкафу:

— Он не хочет осваивать экстрасенсорику!

— Тише, тише, — раздался знакомый голос у шкафа, — я ещё не всё рассмотрел.

Мякин мучительно пытался вспомнить, где он слышал этот голос.

«Да это же Казлюк! — молнией мелькнуло в голове. — Вот зараза — и сюда он проник!»

Мякин открыл глаза, в номере было темно. Он осторожно нащупал часы — цифры показывали пять утра. Мякин встал и подошёл к окну. Там в свете фонарей падал снег. Крупные хлопья тихо опускались на землю. Зимнее спокойствие завораживало. Мякин долго стоял у окна и тихо размышлял:

— Почему так странно получается? Я никому не мешаю, ни к кому не лезу с дурацкими вопросами и предложениями. Живу скромно и тихо, как подобает служащему конторы, а вокруг мне попадаются приставалы, липучки и просто какие-то ненормальные! Может быть, это я ненормальный и мне следует в корне изменить себя?

Припомнились детство и строгая мать, осуждавшая отца за его мягкий, покладистый характер.

«Я, наверное, весь в отца», — подумал Мякин. Включил свет, подхватил пластмассовую баночку для анализа и с минуту раздумывал, целиком наполнить её утренней жидкостью или только наполовину. Баночку он наполнил почти до краёв — ему показалось, что так анализ будет точнее. Ещё раз пересмотрел все бумажки, где было указано, что ему предстоит утром сделать, выключил свет и улёгся в постель. Остаток ночи Мякин спал без сновидений.

Проснулся он, почувствовав какую-то суету в коридоре, и взглянул на часы.

— Боже мой! Всё проспал! — Он спохватился и резко вскочил с постели; несколько секунд, озираясь по сторонам, соображал, за что хвататься и куда бежать. Вспомнил прошедшую ночь и остановился.

— Всё, Мякин, — сказал он. — Сегодня ты начинаешь новую жизнь.

Он энергично привёл себя в порядок, довольно демократично оделся, взглянул в большое зеркало и спросил сам себя: «Вы, молодой человек, готовы к новой жизни?», подмигнул своему отражению и вышел из номера.

У кабинета, где ему предстояло сдать на анализ кровь, он, как ни странно, оказался в точно назначенное время. Мякин постучал в дверь, чуть приоткрыл её и услышал голос:

— Секундочку подождите!

Мякин в ожидании приглашения закрыл дверь. Сзади неожиданно образовалась энергичная старушка, втиснулась между Мякиным и дверью и гордо заявила:

— Молодой человек, вы будете за мной.

Мякин мысленно напомнил себе, что он теперь новый человек, и поэтому, нисколько не удивившись демаршу старушки, довольно резко ответил:

— Я пришёл в назначенное время. Вот, смотрите. — Он показал старушке свой талон и спросил: — А позвольте узнать: на какое время назначено вам?

Старушка как-то неуверенно пробормотала:

— Мне значительно раньше.

Дух нового человека в Мякине не сдавался.

— Будьте добры, покажите свой талончик!

— Фу! Какой невоспитанный молодой человек! — возмутилась старушка и презрительно повернулась к Мякину спиной.

Из-за двери послышалось:

— Следующий!

Мякин осторожно отодвинул старушку и вошёл в кабинет.

— Присаживайтесь, — пригласила его медсестра. — Что там у вас за шум?

— Очерёдность нарушается, — спокойно ответил Мякин.

— Всех обслужим, — уверенно произнесла медсестра. — Не волнуйтесь.

— А я и не волнуюсь, — ответил Мякин, обнажая левую руку, а про себя подумал: «Пожалуй, старушек я отстранять не буду. Новым человеком буду только с ровесниками, ну разве что плюс-минус лет десять, не больше».

У кабинета кардиолога расположилась в некоторой напряжённости очередь из трёх санаторных жителей: две женщины сидели в креслах, а один мужчина скучал у стены. Мякин бегло оценил возрастные характеристики ожидающих и понял, что здесь он может быть новым человеком без ограничений.