На цепи

Кроме того, это был еще один крючок, на который князь-кесарь меня подсаживал, даже два.

Во-первых, несоблюдение мной сроков давало главе Тайной Канцелярии моральное право распорядиться моей судьбой, как он посчитает нужным. Вплоть до расстрела при попытке к бегству.

Ну и во-вторых, наверняка Ромодановский исходил из того, что я хоть и молод, но не совсем дурак и смогу просчитать эти расклады, а значит, буду испытывать, как минимум психологический дискомфорт. Тем более после весьма наглядной демонстрации возможности достать меня на любом расстоянии. Возможно, князь-кесарь рассчитывает таким образом меня сломить.

Но сиятельный Ромодановский не учел, что на каждую хитрую задницу есть болт с левой резьбой. Осталось только найти этот болт.

Я снова опустился на траву и задумался. Сельвестрыч, хотел было меня поторопить, но взглянув на меня ничего не сказал. Он оперся подбородком на свой посох, уставился в сторону моря и сразу стал напоминать языческого идола, грубо высеченного из дерева и изъеденного временем.

Так, мы медитировали минут десять, пока я не вскочил и не проорал:

– Эврика, нашел!

Орк медленно скосил в мою сторону глаза и не меняя ни позы, ни выражения лица, едва разжимая губы, спросил:

– Что нашел?

– Болт нашел! В смысле, выход! По коням! Поскакали!

– Куда? – Олег отмер и не спеша направился к лошадям.

– Назад!

– Не понял? – почти без интонаций произнес Олег, залезая в седло.

– Там все объясню. Поехали, только осторожно.

Мы медленно вернулись к месту сражения. Последние несколько десятков метров, оставив коней, почти проползли на пузе. Спрятавшись за невысоким бугорком, внимательно осмотрели поле боя. Никого не было, даже трупов. Только почтовая карета, якобы когда-то запряженная призрачными конями Авалона по-прежнему валялась на боку.

– Видишь, валяется, хорошо, что не забрали, - я показал на карету.

– Понятно, что не забрали. Наверное, кучера под рукой не было, вот и не забрали. Сейчас в город или в гавань съездят, найдут кучера, вернуться и заберут. Вещь дорогая, в наших краях почти штучная, - ответил орк.

– А что, не каждый может упряжкой авалонских лошадей управлять? – с невинным видом спросил я.

– Нет, конечно. Это ж не простые лошади, а призрачные авалонские, там знаешь сколько магии. Кучеров на них несколько лет готовят, надо хотя бы простейшими навыками артефактора обладать, - произнеся это Сельвестрыч, посмотрел на меня так, будто только что впервые увидел.

– Как интересно? – деланно удивился я.

– Ты мне зубы не заговаривай. Ты хочешь, чтобы я ее починил, и мы на ней поехали? – орк удивленно и строго посмотрел на меня.

– Ну один из нас, по-моему, артефактор? Нет? – спросил я.

– Ну, допустим, - нехотя ответил орк.

– Интересно, с какой скоростью она едет.

– Верст восемьдесят в час, так что часов за десять до Риги доберемся. Вот только где мы самих лошадей возьмем? – хитро спросил орк.

– Послушай, мы с тобой оба знаем, - этой повозке никаких лошадей не требуется. Разве что их изображения, чтобы простых людей не пугать. Пока мы тут с тобой развлекаемся пикировкой, вернутся хозяева и заберут колымагу. Давай, за дело.

Мы бегом добрались до кареты и почти надрываясь, поставили ее на колеса. В основном, конечно, за счет силы орка. Один я бы не сдюжил. Потом Сельвестрыч вытащил из заплечного мешка нечто напоминавшее одновременно газовый ключ, отвертку и почему-то колючую проволоку и полез вовнутрь экипажа.

Я же сел верхом на лошадь и стал нарезать круги вокруг кареты, пристально смотря по сторонам и держа наготове заряженные пистолеты.

– Как я не люблю эту авалонскую недомагию, - ворчал Олег, когда периодически выныривал из недр экипажа.

Управился Сельвестрыч примерно за час. Как он потом рассказывал, самое трудное было переложить заклятия, обеспечивающие работу источника магической энергии.

Как я понял, на самом деле это был никакой ни источник, а скорее ретранслятор магической энергии. Он качал энергию из окружающего магического поля или эфира Земли и использовал ее для движения экипажа. Сам этот источник представлял собой прибор, созданный на стыке механики и магии и выглядевший как металлическая коробка, из которой вырастал кристалл, опутанный шевелящимися усами.

Несмотря на то что во время ремонта, Олег ворчал, по нему было видно, что работа с чудом магической техники доставляет орку огромное удовольствие.

Сельвестрыч рассказывал, что если бы от аварии не сместились магические контуры, вряд ли удалось бы разобраться в авалонских заклятиях.

– А так я нашел эфирную щель в защитном контуре, и через нее удалось сначала увидеть все связки заклятий и в некоторые вставить свои заклятия. Со многим, конечно, надо еще разбираться, есть там несколько непонятных или засекреченных связок, но в целом ехать можно, - довольно рассказывал орк, складывая свои магические инструменты в мешок.

– Отлично, а то, похоже, к нам гости, - я показал на отряд из десятка всадников, приближавшийся со стороны гавани.

Мы вскочили в экипаж и рванули в сторону города. По дороге я сказал, что все же надо заехать и забрать с собой Сергея Шереметьева. Все-таки человек при исполнении, да и в таком путешествии еще одна шпага и еще один, пусть и слабенький, Дар, лишними не будут.

Орк возразил, что в Питере, в этом экипаже нас быстро обнаружат и задержат. Однако в квартале от квартиры Сергея, мы очень удачно наткнулись на полуразрушенный дровяной сарай, куда и загнали колымагу.

Сами же нашли тут же рядом небольшую харчевню и сели перекусить. Перед этим я поймал пробегавшего мимо мальчишку, дал ему мелкую монетку и отправил, чтобы он позвал Шереметьева. По возвращении пацану бы обещана такая же.

Пока мы ели немудрёные закуски, в основном пироги, и запивали их клюквенным квасом, Олег поделился своими предположениями относительно нездоровой суеты вокруг моей крови.

С его слов выходило, что иметь такую кровь, как у меня в России, да и в этом мире весьма опасно. Каждый род в этом мире: люди, орки, гномы и авалонцы старались блюсти чистоту крови. Всего носителей смешанной крови в каждой из рас было от десятых долей процента у авалонцев до восьми процентов у людей.

И это только тех, у которых встречается примесь крови одного рода. Тех же, у кого в жилах течет кровь нескольких родов вообще крайне мало. И это среди простого люда.

Среди дворян и аристократии, как носителей Дара, таких вообще почти не встречается. Считается, что носитель нескольких кровей, обладающий Даром, склонен к разрушению и использованию магии во вред всему живому на Земле. Такие обладатели Дара берутся под контроль и в лучшем случае изолируются навсегда, а в худшем — уничтожаются.