На живца

Служащий улыбнулся и еще раз кивнул в сторону бюро безопасности:

– Туда, сэр, туда. Прошу вас.

Я забрал у него паспорт и направился к двери службы безопасности. Внутри находились офицеры в полной форме и высокий худой мужчина с крупными зубами. Он курил сигарету. На нем - темно-зеленая рубашка с коричневым галстуком.

– Меня зовут Спенсер, - сообщил я.
– Служащий паспортного контроля послал меня сюда.

Высокий худощавый парень подал голос:

– Добро пожаловать в Англию, мистер Спенсер. Я - Пол Флендерс.

Мы обменялись рукопожатием.

– Вы прошли таможенный досмотр?

Я кивнул.

– Позвольте мне. Я позабочусь о вашем багаже.

Он отдал документы офицеру безопасности и, взяв меня за локоть, подтолкнул к выходу из помещения. Мы вышли в другую дверь, не в ту, через которую я попал сюда, и я догадался, что мы миновали таможенную зону. Флендерс запустил руку в карман твидового пиджака и вытащил конверт, на котором было написано мое имя.

– Вот, - произнес он.
– Мне удалось утрясти этот вопрос с властями сегодня утром.

Я вскрыл конверт. Это было разрешение на ношение оружия.

– Неплохо, - сказал я.

Мы покинули здание аэровокзала, пользуясь одним из переходов, который соединял службы первого этажа Хитроу. Я увидел черное лондонское такси и носильщика, который загружал мои вещи в машину под пристальным взглядом службы безопасности.

– Неплохо, - еще раз повторил я.

Флендерс улыбнулся.

– Ерунда. Имя мистера Диксона имеет здесь значительный вес, как, впрочем, и в других частях света.
– Он жестом пригласил меня в машину. Водитель занял свое место, пробурчав что-то, неразборчивое, и мы тронулись.

Флендерс бросил шоферу:

– Отель "Брутон", если не возражаете.
– Затем откинулся на сиденье и закурил сигарету. Пальцы у него были длинные и костлявые, с пятнами никотина.
– Мы сняли вам номер в "Брутоне", - пояснил он мне.
– Это первоклассный отель и расположен удачно. Надеюсь, вам понравится.

– Когда я занимался последним делом, - бросил я в ответ, - то две ночи провел во взятом напрокат автомобиле. Могу сразу сказать, что "Брутон" гораздо лучше.

– Ну и отлично, - обрадовался он.

– Вы знаете причину моего приезда?
– спросил я.

– Знаю.

– Что вы можете рассказать?

– Боюсь, немного. Может быть, после гостиницы мы пообедаем и поговорим обо всем. Мне думается, вы захотите освежиться и отдать костюм в чистку.

– Да, знаете ли, помялся в самолете.

– Ну конечно.

Глава 5

Отель "Брутон" расположился близ Беркли-сквер и выглядел весьма шикарно. Флендерс расплатился с шофером, передал вещи портье, и вместе мы направились к стойке. Такое впечатление, что он не очень-то полагался на меня: наверное, считал наемным головорезом из провинции, который и двух слов связать не сможет. Надо бы проверить, не вляпался ли я в коровью лепешку.

В номере - кровать, небольшое бюро, синее с подлокотниками кресло, маленький журнальный столик красного дерева. К комнате примыкала ванная, выложенная белым кафелем. Окно выходило на вентиляционную шахту соседнего здания. Очарование старого мира. Флендерс дал на чай коридорному и взглянул на часы.

– Сейчас час, - известил он меня.
– Думаю, вы захотите передохнуть и обустроиться, но позже мы бы могли пообедать, и я расскажу все, что мне известно. У вас есть деньги?

– Деньги у меня есть, но мне нужны фунты, - ответил я.

– Да, конечно, - встрепенулся Флендерс.
– Я вам обменяю.
– Он вытащил из внутреннего кармана большой длинный бумажник.

– Вот вам сто фунтов, - сказал он.
– На первое время.

– Благодарю.
– Я достал из левого заднего кармана бумажник и отсчитал две с половиной тысячи долларов.
– Если вас не затруднит, обменяйте это для меня. И возьмите отсюда за свою сотню.

Он весьма брезгливо поглядел на мой бумажник. Тот был толстый и неаккуратный.

– Не обязательно, - объяснил он.
– Вы же знаете, это деньги мистера Диксона. Он очень заботится, чтобы к вам здесь хорошо относились.

– Пока все неплохо, - отозвался я.
– Я не скажу ему, что вы сняли мне номер с видом на вентиляционную шахту.

– Прошу прощения, - стал оправдываться Флендерс, - но сейчас - пик туристического сезона, а времени было в обрез...

– Все. Нем как рыба, - пообещал я.

Флендерс испытующе посмотрел на меня и улыбнулся. Он не знал, шучу я или нет.

– Я могу зайти за вами, скажем, в шесть.

– В шесть в самый раз. Но мы могли бы встретиться где-нибудь. Дорогу я найду. Если потеряюсь, спрошу полицейского.

– Прекрасно. Думаю, вы не будете возражать против "Симпсона" на улице Стрэнд. Это типично лондонское заведение.

– Договорились. Увидимся в шесть. Он дал мне адрес и распрощался. Я разложил вещи, потом собрал револьвер, зарядил его и положил на тумбочку у кровати.

После этого побрился, почистил зубы и принял душ. Затем снял трубку телефона, позвонил вниз администратору и попросил разбудить меня в пять тридцать. Наконец я растянулся поверх покрывала и уснул. Я тосковал по Сюзан.

В пять сорок пять, жизнерадостный и бодрый, пружинящей походкой, с револьвером, скрытым под пиджаком, я вышел через главный вход отеля "Брутон". Свернув на Беркли-стрит, я направился в сторону Пикадилли.

В руках у меня была карта города, которую я купил в магазине отеля, хотя я уже бывал в Лондоне несколько лет назад, еще до Сюзан, приезжал сюда вместе с Брендой Лоринг. Мой путь лежал вдоль Пикадилли. Я остановился у витрин "Фортнума и Мейсона", чтобы поглазеть на выставленные там продукты. Ощущалось легкое волнение. Мне нравятся города, а Лондон - город в полном понимания этого слова, как и Нью-Йорк. Было бы здорово пройтись по этим магазинам вместе со Сюзан и купить копченые перепелиные яйца, или грудки дичи в желе, или еще что-нибудь, привезенное из глубинки.

Наконец я достиг площади Пикадилли, которая была обрамлена простенькими кинотеатриками, ресторанчиками и бистро, повернул с нее направо и направился к Трафальгарской площади, к Нельсону и проклятущим голубям. Проходя по Стрэнд-стрит, я разминулся с лондонским полицейским, мирно шествовавшим по улице. Руки за спиной, переговорное устройство в кармане, микрофон приколот к лацкану. Главный аргумент - небольшая дубинка - был искусно упрятан в глубокий и ничем не выдающий себя карман.

"Симпсон" находился по правую руку, сразу за отелем "Савой". Интересно, играют ли в лифтах этого отеля джаз? Может, в потерявшем лоск "Савойе" и играют. Я вошел в ресторан, стены которого украшали дубовые панели, а потолок был недосягаем даже для взгляда. Я обратился к метрдотелю. Он поручил своему подчиненному проводить меня к Флендерсу, который как раз приподнялся из-за стола. Вместе с ним привстал и его сосед по столику. Очень классно.