Наблюдатель

Вот и мне вживую не доводилось. Но из того, что осталось в памяти от просмотра общеобразовательных каналов, именно к секвойям эти деревья, пожалуй, были ближе всего. Такие же высокие, с мощными стволами по несколько метров в обхвате, с темно-серой, местами почти черной корой и густыми зелеными кронами, над которыми подрагивал разноцветный магический ореол. Однако, в отличие от упомянутых секвой, шекковые деревья имели множество ветвей, которые спускались почти до самой земли. Сами ветви были густо усеяны треугольными листьями, а местами тесно переплетались между собой, создавая этакие древесные заслоны. Благодаря им верхнюю часть дерева можно было рассмотреть только издалека. А вот так, вблизи, взгляд почти сразу упирался в серо-зеленую гущу, напоминающее живое кольцо, плотно сидящее на огромном стволе.

Правда, нижние ветви у встреченных мною великанов были предусмотрительно срублены, поэтому первое полноценное «кольцо» начиналось метрах в десяти от земли. А ниже шли вбитые в ствол железные скобы, рядом с которыми виднелись старые, местами уже оплывшие, но довольно глубокие насечки, откуда, вероятно, и добывался шекк.

Когда мы вошли под сень громадных деревьев, небо над нашими головами ощутимо потемнело. Зато воздух стал прохладнее и заметно свежее, словно мы очутились в сосновом бору. Поймав себя на этой мысли, я подспудно ожидал увидеть и сопутствующую любому лесу мошкару. А также бабочек, стрекоз и всяких там мотыльков.

Однако их, как ни странно, не было. И птицы в ветвях не чирикали. И в густой траве никто не шуршал. Отчего казалось, что мир вокруг нас несколько нереальный. И подозрительно пустой. Причем не только меня посетило это неприятное ощущение — каратели, как по команде, сдвинулись еще плотнее, ощетинились тагорами и насторожились.

— Вы ждете нападения даже здесь? — вполголоса осведомился я у напряженно всматривающегося в деревья проводника.

Тот, не отрывая взгляда от ближайшей кроны, положил тагор на сгиб локтя и направил дуло вверх.

— Бывает, что нападают прямо от границы. Хотя мы каждый день этим маршрутом ходим, как минимум дважды: утром и вечером.

Я проследил за его взглядом и замер.

— Некко что, нападают сверху?!

— Конечно, — процедил Дол, не отрывая взгляда от шеккового дерева, мимо которого как раз проезжал отряд. — А вас разве не предупредили?

Я метнул раздраженный взгляд в сторону командира, но тот даже ухом не повел. Хотя про то, что опасность исходит от крон, был явно осведомлен, потому что, как и проводник, отправлял свои поисковые сети именно наверх, а не вдоль дороги.

Я перешел на сумеречное зрение, но, к сожалению, находясь на этом слое реальности, я видел не дальше, чем поисковые сети. А магическое зрение, к моей несказанной досаде, для изнанки не было предназначено. Поэтому я ехал в окружении карателей, активно вертел головой, иногда привставал в стременах, напрягаясь до рези в глазах, но лишь спустя четверть рина смог обнаружить на одном из стволов длинную, толстую, неаккуратно свисающую с нижнего «кольца» черно-зеленую нить, которая при нашем приближении проворно втянулась наверх и мгновенно исчезла из виду, убравшись на недосягаемую для моего взора высоту.

Охренеть не встать!

Некко и впрямь обитали на деревьях! Не в подземельях, не в норах… похоже, здесь они приспособились переползать с ветки на ветку и атаковать живых прямо с деревьев!

Причем, судя по толщине щупальца, тварь, обосновавшаяся наверху, почти не уступала размерам тем некко, которых я с таким упоением бил под Сиульей. Но как туша размером с увесистого кабана умудрилась взобраться наверх? А главное, как она вообще осмеливалась перемещаться по лесу, когда этой дорогой дважды в день (дважды!) ходили вооруженные тагорами и готовые ко всему каратели?!

Еще ун через десять мы наконец-то добрались до шекковой плантации. Ну как плантация… просто большой кусок леса размерами где-то сорок квадратных метров с тесно стоящими шекковыми деревьями и аккуратно вырубленной посторонней растительностью. Ни одного кустика или ненужного деревца здесь попросту не было. А вокруг оставшихся исполинов суетилась целая куча народа.

Первое, что бросилось мне в глаза, это деревянная платформа на колесах, в которую были впряжены две пары здоровенных тяжеловозов. Размеры платформа имела немаленькие — на ней с легкостью помещались три огромные, плотно закупоренные бочки ростом почти с меня, а четвертую как раз с шумом и криками закатывали по мосткам десяток крепких мужиков. Которых я грешным делом из-за кожаной одежды и длинных плащей принял сперва за карателей. И только потом заметил, что никакого оружия при них не было.

Сами каратели в наличии тоже имелись: окружив площадку по периметру и расчехлив тагоры, они внимательно следили за деревьями. Причем не только за теми, что стояли поодаль, но и за теми, с которых в это время один за другим слезали одетые в толстую кожу добытчики, в руках которых покачивались полные ведра с шекком.

Зачем это понадобилось, я понял ун через пять, когда спешился, отдал какому-то не представившемуся индивиду поводья и отошел в сторонку, чтобы иметь возможность оглядеться. Четверо из моих попутчиков тут же материализовались неподалеку, заняв круговую оборону и взяв на прицел ближайшие кроны. А Ноос нашел глазами такого же здоровяка, как он сам, и, получив от Дола подтверждение, что это и есть начальник смены, в сопровождении пары коллег целенаправленно потопал к нему.

Тот при виде них нахмурился, а когда обменялся с Ноосом несколькими фразами, вдруг метнул в мою сторону злой взгляд и сказал что-то явно не слишком приятное. Командир сперва согласно кивнул. Затем помрачнел. А когда местный начальник закончил свою короткую, но, судя по всему, крайне эмоциональную речь, тоже глянул в мою сторону. Причем так, что если бы у него была возможность воспользоваться тагором здесь и сейчас, он бы пристрелил меня на месте.

Забавно, да? С чего бы вдруг такая «любовь»?

— Маги для некко — самая лакомая мишень, — вполголоса бросил мастер Дол, внимательно следя за окрестностями. — Ваше появление может спровоцировать их раньше обычного.

Я удивленно обернулся.

Что за чушь?! Обычно некко стараются держаться от нашего брата подальше. В том числе и потому, что у некоторых из нас есть заклинания, способные их не только обнаружить, но и убить.

— У нас все не так, как в столице, — криво усмехнулся проводник, когда мы пересеклись взглядами. — Может, для вас это прозвучит дико, но наши некко — особенные. И ведут себя совершенно не так, как в других местах. Ваше присутствие действительно представляет угрозу, господин маг, причем не только для вас, но и для всех остальных. Не зря наш Старик смотрит волком. Когда вернемся в форт, он вам точно пару ласковых выскажет. От матюгов его удерживает лишь то, что вы артефактор, и у вас очень слабая аура. Так что некко, скорее всего, внимания на вас не обратят. Если, конечно, вы не надумаете поразить их каким-нибудь особо заковыристым заклинанием.

Я недоверчиво прищурился, однако каратель, судя по всему, не шутил. Более того, Старик, найдя Дола глазами, и впрямь сделал недвусмысленный жест, показывая, что шкуру с парня спустит, если что-то пойдет не так. Остальная моя охрана, услышав о причинах, помрачнела еще больше. Ну а мастер Ноос, если судить по его закаменевшей физиономии, уже заготовил для меня короткую и сплошь нецензурную речь. Которую я непременно услышу, едва мы выберемся в более безопасные места.

— К деревьям близко не подходить, — тем временем продолжил инструктаж Дол… то есть мастер Дол, ненадолго превратившись из компанейского парня в бесстрастного воина и по совместительству наставника. — Ни листьев, ни коры, ни корней ни в коем случае не касаться. Если упадете, закрывайте лицо, не снимайте перчаток и старайтесь лишний раз не двигаться. Если цапнете за ветку или корень голыми пальцами, можете перегореть. Поэтому в случае тревоги не зевайте и сразу бегите к повозке. У возницы приказ — гнать вперед, не оглядываясь на отстающих. Если не успеете, ждать никто не будет. К сожалению для вас, для короля шекк намного важнее, чем те, кто занимается его сбором.