Начало пути
Шрифт:
Подниматься пришлось на седьмой этаж, хотя на лифте все равно на какой. Ленайра отобрала ключи у мальчишки и сама открыла дверь, пропустила его первого и тут же зашла сама, закрыла дверь и чуть ли не силой затащила мальчишку в его комнату, заставила лечь, а сама отправилась на кухню за льдом.
— Звать-то тебя как, герой? — поинтересовалась она оттуда.
— Костя…
— Константин, значит. Хорошо. — Ленайра вернулась с полотенцем, в которое были завернуты кубики льда. — Удачно, что у вас лед был готов, я хотела холодной водой полотенце
— Зачем?
— Затем, чтобы я «Скорой» сообщила, куда им ехать.
— Да не надо…
— Надо, Вася, надо.
— Я Костя…
— Тем более надо. И матери твоей надо бы позвонить.
— Опять она волноваться будет, — обреченно вздохнул мальчишка.
— Не без этого, — пожала плечами Ленайра, на мгновение на ее лицо набежала тучка, но тут же исчезла. — Мамы — они такие… Радуйся, дурачок, что о тебе есть кому волноваться.
— А… — Костя хотел было спросить, но тут же замолк, глядя на погрустневшую девушку. Но та уже взяла себя в руки и притащила из коридора трубку телефона.
— Адрес, юный партизан, давай. Или будем применять третью степень?
— Чего?
— Пытать буду, пока не выдашь военную тайну, наследник Кибальчиша. Адрес давай свой!
Мальчишка захихикал и адрес назвал.
Вызвать «Скорую» было делом минуты. Приняв вызов и уточнив детали, диспетчер сообщил, что машина выехала, ожидайте.
Ленайра нажала кнопку отбоя и протянула трубку мальчишке.
— С матерью сам разговаривай. Если ей позвонит незнакомка и сообщит, что на ее сына напали хулиганы… как бы и для нее не пришлось «Скорую» вызывать.
— Я не помню ее номера, он у меня на сотовом был.
— А сотовый где?
— Так эти на меня из-за него и наехали… Отобрали.
— Так они что, с ним ушли? — растерялась Ленайра.
— Угу, — кивнул мальчишка.
— А чего мне не сказал?
— Засмотрелся, — честно признался он. — Ты так ловко с ними расправилась… Я даже не заметил, как ты это сделала. Раз — и все лежат.
Ленайра плюхнулась на стул и схватилась за голову.
— Ну спасительница, — простонала она, не выдержала и захихикала, потом рассмеялась уже громче. Костя поддержал, хотя и кривился от боли. Наконец оба успокоились. — И что делать будем?
Костя пожал плечами.
— Сегодня мама говорила, что задержится и вернется часов в девять.
— Мда. Ситуация. А у тебя ее телефон точно нигде в доме не записан?
— Точно.
— Хм… — Ленайра покосилась на трубку в руке мальчишки, хлопнула себя по лбу и выхватила ее из рук пацана. — Телефон ведь с памятью. В нем чьи-то имена зашиты?
— Точно. Маминого начальника там есть телефон, она часто звонит из дома, что-то уточняя по делам, потому он есть.
— Имя начальника?
— Геннадий Семенович.
— Отлично. А имя мамы?
— Наташа… ой… Наталья Игоревна.
— Наташа, — хмыкнула Ленайра. — Так, если она звонит начальнику, значит, скорее всего, он под номером один. — Нажав быстрый
набор, Ленайра приложила трубку к уху. — Геннадий Семенович? — поинтересовалась она, когда на другой стороне взяли трубку.— …
— Что? Нет-нет, прошу прощения за беспокойство, но тут такое дело… у вас работает Наталья Игоревна… — Ленайра вопросительно глянула на Костю.
— Рыкова, — подсказал он.
Ленайра только с огромным трудом удержала трубку в руке, вытаращившись на мальчишку так, словно увидела привидение. Тот даже испугался.
— Чего? — испуганно спросил он.
Ленайра мотнула головой, приходя в себя.
— Рыкова, — повторила она в трубку.
— …
— Отлично. Понимаете, во дворе на ее сына напали хулиганы и отобрали телефон…
— …
— Я? Я знакомая его. Проходила мимо и увидела… Помогла домой добраться… «Скорую» вызвала.
— …
— Нет-нет, ничего страшного, но на всякий случай. Он ударился головой о стенку гаража. Мало ли, вдруг сотрясение. Тут лучше…
— …
— Хорошо. Вы передадите ей?
— …
— Отпустите с работы? Хорошо.
— …
— Конечно, я дождусь ее. Огромное спасибо.
Ленайра повесила трубку и с новым интересом принялась рассматривать мальчишку. Тот под ее взглядом ежился и иногда испуганно оглядывался, словно надеясь, что рассматривают не его, а что-то у него за спиной.
— Ну надо же. — Ленайра придвинула к себе стул, оседлала его, положив подбородок на скрещенные на спинке руки. — Бывает же такое. Скажи кто, никогда бы не поверила в такое совпадение.
— А-а… что-то случилось? — робко поинтересовался Костя.
— Да уж… случилось, — хмыкнула девушка. — Скажи, тебе имя Юрия Петровича ни о чем не говорит?
— Дядя Юра? Конечно знаю. Он друг моей мамы… только… они, кажется, поссорились. Мама потом плакала из-за него много… Сказала, что он ее обманывал.
— М-да. Ты это, полотенце со льдом верни к шишке. Ей скучно без него.
— К шишке?
— Ну ясно к ней. Они так сдружились, что жить уже друг без друга не могут. Прикладывай, прикладывай. Вот молодец. Отдыхай. Мама далеко работает?
— Далеко, — вздохнул Костя. — Даже если ее сейчас отпустят, только часа через полтора приедет.
— Плохо. Получается, «Скорая» будет раньше. Ладно, скажи, где там у вас документы лежат? Я про полис, если ты не понял. Знаешь? Лежи, только скажи, где они, сама принесу… Вот упрямец.
Все-таки убедив, что ему лучше лежать, девушка узнала, где в доме хранятся документы, и быстро принесла небольшую коробку, положила ему на кровать.
— На. Сам смотри, я даже не заглянула. И вернулась быстро.
— Да я ничего… Просто мама говорила…
— И правильно говорила. А вдруг я была заодно с теми хулиганами? Сделала вид, что прогнала их, втерлась к тебе в доверие, ты меня впустил в дом… теперь два пути: подсыпать тебе снотворное и все вынести или открыть дверь и впустить сообщников и… все вынести. Что бы выбрать?