Начало

– У вас был опыт преподавательской деятельности?

– Нет, но учебный процесс, как мне сказали, уже налажен. Надо было только выбивать финансирование и не мешать учителям. С первым обещали помочь.

Следователь раскладывает перед подследственным с десяток фотографий.

– Объясните, кого и как вы готовили.

– Вот этого - на двойника сына Лебедева. У него нестандартный источник, для сходства требовалось только увеличить резерв. Вот этого - на роль младшего царевича, вода и молния вместе с землей. Редкое сочетание. Требовалось развить молнию и землю до приемлемого уровня. Скинкис и я проводили индивидуальные тренировки, накачивая источник недостающей стихией. Если проводить такой процесс регулярно, то источник показывает рост, раздуваясь от полученной энергии.

– Но ведь позже энергия утекает обратно.

– Ну и что. Нам ведь надо было добиться только временного сходства. Чтобы добавить неразберихи.

– Как вы собирались добиться внешнего сходства?

– Дети должны были пострадать при взрыве и получить ожоги.

– А этот мальчик?

Молчание.

Вся следственная бригада уже четвертый месяц ломала головы, на чьего двойника годился Егор Васильев. Ни по возрасту, ни по источнику выдать его за кого-то не получалось.

– А вы знаете, что если б не этот мальчик, вас бы не взяли?

На лице подследственного впервые появляются чувства. Ненависть и злоба.

– Он позвонил Милославскому прямо из вашего кабинета. По правительственной связи. Кстати, откуда у вас правительственная связь?

– Союзнички провели для связи с ними... Так это он навел ПГБ?
– в голосе Залесского появляется такая жажда крови, что следователю хочется проверить, работает ли артефакт блокировки силы.

– Он-он, вам разве еще не говорили?

– Нет...

– Ну же, Залесский, объясните!
– старается дожать следователь.

И Залесского прорывает:

– Гаденыш, ублюдок! Гнилая кровь!
– бывший завуч почти шипит еще пару нецензурных эпитетов, а потом внезапно, словно решившись на что-то, начинает торопливо рассказывать.
– Меня Потемкины на первый же день вычислили, гады. Я еще устроиться в усадьбе не успел, а меня сразу в подвалы бросили. И тоже спрашивали... Хорошо спрашивали... Спрашивать они умеют... Все отцовскими экспериментами интересовались. Архив сразу отобрали. Только их одно интересовало - как вывести человека с определенным набором свойств источника. Несколько месяцев мурыжили, а потом отпустили. Лабораторию дали. Сначала просто с одаренными работал, а когда результаты пошли, велели с источником наследника работать на предмет прокачки. Под присмотром, конечно. Там целый штат врачей и ученых был. Только он баран полный... точнее кролик... Его от лекарств на блуд пробивало. В усадьбе-то ладно, ему баб быстро организовали, а вот на выездах дерьмо полное было... Не везде же можно девку с собой таскать. А курс препарата и тренировок на года рассчитан. Случалось, что прямо на улице ловили, когда ему припрет.

– А потом, что с девками делали?
– от неожиданности рассказа у унылого следователя тоже проснулись эмоции.

– Что-что? Денег давали, да выпинывали. Кто им поверит-то?
– Залесский даже усмехнулся.
– Два года прошло, курс закончился, а этот кроль во вкус вошел. Отец его женить собрался, а этот болван уперся. Ну, Потемкин-старший на нас всех и взъелся, что плохо с Павлом работаем. Разогнал всех к чертям собачьим, а к нему новых людей приставил.

– И вас вот так просто всех отпустили?

– Нет, конечно. Всем блокировку поставили, да на другую работу в клане перевели. Меня в лабораторию обратно. А архив и наработки, конечно, не вернули. Потемкин, гад, еще так ухмыляясь, при мне все в родовую сокровищницу унес и демонстративно на личный замок закрыл.

– А дальше?

– А что дальше?.. Наследник женился, детки пошли, вроде даже что-то у них получилось, чего хотели. Так что через несколько лет эксперименты и лабораторию свернули, а меня заговорщикам подставили.

– И вы согласились?

– А кто меня спрашивал? Жена и дети у них, лаборатория и материалы тоже. Куда мне деваться-то? Только у меня, как этого мальчишку увидел, прямо все перемкнуло. Вылитый Пашка в молодости. Ну и решил, что верну господам Потемкиным за все хорошее. Под шумок с парнем в клановую сокровищницу проберусь. Только у мальчишки источник в целительство перекошен был, вот Скинкис и пытался его прокачать по старой отцовской методике, препаратов-то мне взять неоткуда было. Те, что выдавали, все под счет были.

– Начальник, дай покурить, а?
– внезапно прерывает рассказ Залесский.

ПГБ-шнику не хочется останавливать так удачно пошедший допрос, но в голосе заключенного такая мольба... Мужчина жадно затягивается, а следователю внезапно приходит в голову вопрос, которым стоило поинтересоваться раньше:

– А как же вы блокировку-то сломали?

Залесский безумно улыбается, приканчивая сигарету.

– Никак. Просто обошел на время...

И так и валится с табурета на пол с застывшим оскалом на лице.

Глава 6.

Заметка в "Московском вестнике" от 30 августа 2017 года на 3-й странице.

" ... необычайно повезло жительнице Москвы Наталье N*. Купив в селе Воздвиженском участок под строительство, при рытье колодца ей посчастливилось обнаружить клад из почти двух тысяч золотых и серебряных монет с двуглавым орлом начала XVIII века. Монеты находились в двух плотно окованных железом сундуках на глубине примерно 4-х метров. Счастливая хозяйка уже сдала найденные ценности в казну и ожидает вознаграждения. От интервью с нашим и другими изданиями женщина отказалась, опасаясь огласки. По оценкам экспертов, это самый крупный найденный клад в Подмосковье за последние 50 лет..."

Как можно относительно быстро заработать миллион? Первым делом на ум, конечно, лезет один криминал. А что, я принципы банковской охраны знаю, все-таки лет 10 в этом вертелся, а здесь еще и на магические сигналки сильно полагаются, которые я могу видеть. Это, наверно, какая-то родовая фишка, потому что никого другого с таким полезным умением я еще не встречал и даже особых упоминаний в литературе не находил - разве что пару раз мельком и то, на уровне слухов. А клановые библиотеки и архивы для меня закрыты, и обращаться с этим вопросом к Морозовым я не собираюсь, слишком громко за нами захлопнули дверь после смерти деда. Есть и есть, мне от этого только лучше. Очнется мать - у нее спрошу.

Но тут в полный рост встает другая проблема - легализация.

Я так и вижу, как ограбив-обворовав пару банков, я прихожу в городскую канцелярию или кто там этими делами занимается - с мешками денег (прямо с банковскими оттисками) и спрашиваю:

– Дяденьки, а как мне род зарегистрировать, я тут денежек накопил?

А мне такие:

– Так как же тебе удалось столько скопить, деточка?

А я им:

– Так работал, дядечки, с рождения не ел, не пил, не спал, все копил...