Наёмник

Действительно, подумал Кирк. Чёрт! Ведь эти парни на самом деле - смертники. Никто из них не выживет, это уж точно. Все эти датчики-передатчики угробят их очень скоро. И они теперь, наверное, хорошо понимают, что от успеха нашей миссии напрямую зависит и их жизнь. Сумеем мы разобраться, почему айттеры не срабатывают - будут ребята жить. Не сумеем - ...

Кирк вздохнул и осмотрелся по сторонам. Надо отвлечься, подумал он. Потому что теперь на мне ещё и жизни этих парней. И не время сейчас для эмоций. Делай, что должен, и - будь, что будет.

Сейчас надо попытаться понять, что здесь - в этом конкретном доме - случилось. Что произошло, с кем шёл бой? Дом как дом, ничего особенного. Если не считать лежащих на полу скелетов...

– Осмотрите улицу, - приказал Кирк.

– Особенно тот садик, что через дорогу. Судя по всему, противник находился там...

...Они прошли мимо продолжавшего сидеть на корточках прямо посреди дороги Мелони. Увидев Кирка, тот вопросительно посмотрел на него снизу вверх.

– Вставай уж, - буркнул Кирк.
– Толку-то с того, что ты тут сидишь? Тебя уже раз двадцать могли убить.

– Кто?!
– удивился Мелони.
– Здесь же кроме нас никого нету.

Кирк не ответил, только рукой махнул. И как это Мелони удалось выжить в Лабиринте Анкора?! То ли он сейчас только стал таким, то ли Кирк раньше этого просто не замечал. А может быть, замечал, но не придавал значения. Потому что только теперь он начал смотреть на Мелони, как на человека, которому, возможно, не всегда следует доверять. Вот и сейчас в голове уже копошатся мысли. Нехорошие мысли, гнусные.

Почему Мелони был так спокоен? Знал, что здесь им ничего не грозит? Знал, что живых в этом доме не осталось? Тогда он, может быть, знает, что нет никакой опасности и в маленьком садике, зажатом стенами двух домов? В том садике, куда направляется сейчас вся группа...

В садике, и правда, никого не было. То есть, вообще никого.

Уродливо чернели торчащие из травы обугленные обломки стволов деревьев. В траве отчётливо выделялись неширокие и беспорядочно мечущиеся тропинки голой земли, на которой ничего не росло - так бывает после выстрелов из плазморазрядников, земля в течение года остаётся мёртвой и безжизненной. В двух местах виднелись неглубокие воронки, склоны которых спеклись в стекловидную массу - результат взрыва плазмо-гранат. Но больше здесь ничего не было - ни скелетов, ни брошенного оружия. Вообще ничего.

Группа Кирка облазила весь садик, но никаких следов противника не нашла. Создавалось впечатление, что ни один из десантников, засевших в доме, просто ни в кого не попал. А этого быть не может - при таком массированном (если судить по следам на земле) обстреле хоть кто-нибудь, а непременно был бы убит. Значит...

Значит, либо они унесли своих, либо у ЭТИХ айттеры сработали...

Чёрт! Не получается! Если айттеры сработали, то здесь должны были остаться и одежда, и оружие, и датчики эти вживлённые... А ничего этого нет. Что, забрали с собой? Зачем?!

И вообще - кто это были такие? С кем дрались десантники? От кого они оборонялись? Ведь, именно - оборонялись! Засели в доме, отстреливались с двух этажей. И все погибли. Все десять человек.

Десять десантников - это хорошая группа. Достаточно большая для того, чтобы разорвать на куски впятеро превосходящего по числу противника. Если, конечно, сам противник не служит в Имперском десанте...

Сержант отвлёк Кирка от невесёлых мыслей и сообщил, что группы «гамма», «дельта» и «эпсилон» уже на подходе. И что через полчаса здесь же будет и группа «бета». Ещё он сообщил, что «эпсилон» тоже наткнулась на следы боя. Тас-Кса-Сит передавала, что всё было точно так же, как и у Кирка, только скелетов было около трёх десятков, и навалены они были на этажах спортивного комплекса. Сам же комплекс выглядел так, словно его штурмовали в течение недели, не меньше. Ни одного целого окна, ни одного метра стен, не исполосованного лучами бластеров. И ни одного трупа противника, производившего этот штурм.

Кирк не знал, что и подумать. Единственное, что он понимал, что на планете они отнюдь не в безопасности. И значит, им нужно как можно быстрее оказаться в лабораториях.

Для ночёвки Кирк выбрал достаточно большой дом, где смог разместиться весь отряд. Некоторое время он сомневался, выставлять усиленные посты или обойтись наружным наблюдением и одним-двумя часовыми. Но потом решил, что предосторожность излишней не будет. Тем более, что спать-то им осталось часов пять, не больше...

Глава пятая. ПРИЗРАКИ

Едва наступил рассвет, отряд Кирка ван Детчера покинул домик в жилом комплексе. Ночь прошла беспокойно, никаких происшествий, правда, не было, но Кирка всё время не покидало чувство, что за домом кто-то наблюдает. Он попытался поговорить об этом с Тас-Кса-Сит и Тенчен-Сином - чувствуют ли они нечто подобное или это просто нервы у Кирка начинают пошаливать? Но ксионийка пожала плечами и заявила, что если верить её ощущениям, то в радиусе нескольких десятков километров нет ни одного живого существа. Тенчен-Син тоже не ощущал никакой опасности. Правда, он мог почуять постороннего всего лишь за километр, но и он категорически утверждал, что они здесь одни.

В своё время, эта способность чужих - чувствовать приближение постороннего - принесла группе Кирка ван Детчера немало пользы. Когда в Лабиринте Анкора то ксионийка, то кассилианин предупреждали группу об опасности. А сейчас, когда эти необъяснимые способности у ксионийки стали намного выше, за безопасность отряда можно было вообще не опасаться. Если, конечно, полностью доверяешь Тас-Кса-Сит.

Веских оснований для недоверия ксионийке у Кирка не было, но что-то его всё равно тревожило. Кирк заметил, что со времени их последней встречи Тас-Кса-Сит изменилась, стала другой. Даже вести себя она стала несколько иначе. Когда же Кирк попытался заговорить с ней на эту темы, она просто отмахнулась.

– Ты забываешь, что я старею, - усмехнулась она.
– Я по меркам Ксиона уже старуха, до моего возраста доживают лишь единицы. Хорошо, что придумали айттер, только поэтому я всё ещё выгляжу молодой. А вот здесь, - она постучала себя пальцем по лбу, - здесь я уже старуха...

Да, если айттеры перестанут работать, ей тоже придётся несладко, подумал Кирк. Всем нам придётся несладко. Только Тенчен-Сину, кажется, наплевать на это всё. Он пошёл со мной лишь потому, что верит мне. И я думаю, что он единственный в отряде, кому я сам могу доверять целиком и полностью. Я бы мог, конечно, не вызывать на «Анкор» всю группу, а отправиться сюда один, во главе отряда десантников. Но тогда бы я точно был тут ОДИН. Потому что этих парней я совершенно не знаю. И не знаю, какой приказ они получили. Так что, в случае осложнений с нашим обожаемым Императором Арнольдом, я бы оказался один против всех. А так, всё-таки, рядом со мной свои ребята, с которыми уже бывал в переделках. Но всё равно, к Тенчу у меня гораздо больше доверия, чем к остальным. И если Тенч говорит, что опасности нет, то ему я могу верить на сто процентов. Только вот всё равно, неуютно мне что-то...

– Все вы одинаковы, - усмехнулся Тенчен-Син, когда Кирк поделился с ним своими мыслями.
– Все вы - люди - придумываете себе проблемы, осложняющие вашу жизнь. А потом терзаетесь ими. Я не знаю, что ты чувствуешь, но вокруг никого нет. Любого живого и я, и Тас-Кса-Сит - почувствовали бы. А если рядом есть мёртвые, то они нам вреда уже не причинят. Ты веришь в призраков?
– неожиданно спросил Тенчен-Син.

– Нет, - ответил Кирк. Почти честно ответил.

– И я тоже, - кивнул кассилианин.
– А многие обезьяны... люди верят. Вы верите в то, что умершие могут наблюдать за вами и вмешиваться в вашу жизнь. А мы, кассилиане, верим, что наблюдать за нами могут лишь неродившиеся. Они смотрят на нас из Лагассии - своей тайной страны нерождённых душ - и решают, рождаться ли им в этом мире или подождать, пока мы сделаем его лучше. Но неродившиеся не могут вмешаться в дела живых. Как и умершие. Мы верим в это. Вы с этим тоже согласны, но опасаетесь, что можете ошибаться.