Нагуаль

– Где же ты, Фэй? – раздался его негромкий голос. – Я ведь все равно найду тебя. Ты выбрала неправильное поле для игры. Я был бойскаутом. А ты?

Я еще сильнее впилась зубами в нижнюю губу. Значит ли это, что он умеет читать следы? Могла ли я уже себя выдать?

Ноги Джеймса сделали еще несколько шагов и исчезли из видимости. Я вся превратилась в слух, пытаясь определить его местонахождение, когда ветви позади меня резко разошлись в стороны и сильная мужская рука сомкнулась вокруг моей лодыжки.

– Попалась!

От неожиданности я взвизгнула, вывернулась и дернула ногой, оставив один кроссовок в руке Джеймса. Он успел перехватить другой рукой, пальцы впились в ворот футболки. Запаниковав, я рванулась что есть сил, под душераздирающий треск ткани оставив ее половину у преследователя, а сама продралась через куст с другой стороны и припустила дальше. На ходу сбросила обрывки футболки, оставшись в лифе, – болтаясь на плечах, как рваный парус, та лишь мешала двигаться быстрей. Босая ступня, защищенная теперь лишь тонким носком, получала более существенные увечья, бежать долго не получилось бы, поэтому я свернула в ту сторону, откуда слышала шум автострады. Джеймс не сможет остановить меня, если поймаю попутку и сяду в нее. Полуголая, я буду выглядеть жертвой насилия, а лишние обвинения и проблемы ему не нужны. По крайней мере, хотелось надеяться, что на людях он умерит порывы, ведь в доме моих родителей держал себя в руках.

За спиной по-прежнему не слышалось ни звука, ни хруста изломанных веток, ни топота крепких мужских ног. Казалось, весь грохот в этом лесу произвожу одна я. Собственное рваное дыхание так и гремело в ушах вместе с током крови. Видимо, находясь в расстроенных чувствах, я все же перепутала направление, так как вместо широкого оживленного шоссе выбежала на разбитую грунтовку, уходящую между плотных рядов деревьев куда-то вдаль.

По ней ко мне приближалась машина. Задыхаясь, я взмахнула руками, привлекая внимание, и тут же опустила их. Голубой кадиллак казался подозрительно знакомым…

Так и есть, память услужливо подсказала, где он уже попадался мне на глаза. Когда Джеймс забрал меня из больницы и вез к себе, эта машина преследовала нас среди городских улиц. Супруг еще презрительно счел, что там едут репортеры. Да, сомнений не оставалось, я узнала и хромированные детали корпуса, и зеркальную тонировку стекол, за которыми никак не удавалось разглядеть, кто находился внутри.

Я замерла на обочине в нерешительности, обхватив себя руками, чтобы прикрыть грудь. Кто бы ни вел этот загадочный кадиллак, мое появление на проселочной дороге определенно не осталось незамеченным, потому что машина притормозила в нескольких метрах от меня. Я чувствовала, как дрожат колени. Друзья находились там или враги? Если бы кто-то вышел навстречу, было бы легче понять. Но автомобиль продолжал стоять, уютно ворча мотором и выплевывая дымок из выхлопной трубы, а выходить из салона никто не торопился. Ждут ли они, что я сама подойду и открою дверь?

Внезапно меня пронзила другая мысль. Таких совпадений просто не бывает. Не случается так, что одна и та же машина каким-то образом появляется и возле госпиталя в тот день и час, когда меня выписывали из него, и посреди леса в семидесяти километрах от Карлстауна именно в тот момент, когда мне вздумалось поплутать в лесу. Куда вела эта проселочная дорога? Она не выглядела оживленной. Признаться, я не подозревала о ней раньше, слышала только, что где-то в этом районе находится несколько фермерских угодий.

Наконец, кадиллак «моргнул» мне фарами, но, вне себя от подозрений, я не сдвинулась с места. Теперь не могла с уверенностью сказать, что хуже: если Джеймс настигнет из-за спины или если доверчиво сяду в салон к непонятным мне людям. Словно угадав мысли, дверь кадиллака распахнулась с пассажирской стороны. Но почему никто не выходил? Если они хотят мне помочь, почему не покажутся сразу?! Я бросила взгляд на номера, но те оказались перемазаны грязью и не читаемы. Вроде бы случайно, но скорее всего – нет.

Вспомнились и комментарии некоего «Ромео» на личной странице Фэй, и фотография с гадкими угрозами, написанными без запятых и точек. Может, это особо маниакальный фанат, не выдержавший сияния яркой личности Фэй? А может, тайный поклонник, искренне желающий помочь и стесняющийся делать это открыто? А может, хладнокровный убийца, умело нагнетающий обстановку и запугивающий, чтобы потом легче поймать в сети? А может, я все это выдумала сама, я ошибаюсь, вижу чудовище в каждой тени на стене, и на самом деле меня сбивают с толку игры собственного разума?

Где-то в лесу за спиной снова хрустнула ветка, но я даже не шелохнулась. Стояла на краю грунтовой дороги, в ее рассохшейся без дождей, избитой автомобильными протекторами колее, и не знала, что мне делать дальше. Назад? Или вперед? Назад? Или..?

Словно потеряв терпение, невидимый владелец кадиллака захлопнул дверь, но, взглянув в другой конец дороги, я поняла, в чем дело. Оттуда навстречу двигался фермерский грузовик с открытым бортом. Не имея достаточно места для разворота, кадиллак дал задний ход и медленно, как возвращающийся в нору аллигатор, пополз обратно. Мне оставалось только проводить его взглядом: нет сомнений, что незапланированное появление других людей напугало моего загадочного преследователя. Он не желал, чтобы нас видели вместе. Значит, опасался, что в случае моей пропажи к нему поведет след.

Оставаясь на краю дороги, я дожидалась грузовика, явно направляющегося к трассе. В кабине сидели два парня, никаких тонированных стекол там и в помине не было, они смотрели на меня и улыбались до ушей, передавая друг другу скрученный белый окурок. Я с опозданием поняла, что и они мне не помогут, когда из открытых окон в нос ударил сладковатый запах «травки». Грузовик притормозил, один из парней ловко спрыгнул из кабины и схватил меня за руку прежде, чем я успела нырнуть обратно в лес.

– Посмотри, какая птичка нас ждет, Фрэнк! – весело позвал он приятеля, оставшегося за рулем.

Я попробовала выдернуть руку, но безуспешно: его потная ладонь вопреки здравому смыслу не желала соскальзывать с меня. Более того, обкуренно прищуриваясь, он умудрился сунуть палец за край моего лифа и тронуть сосок. Я с возмущением отпихнула его и тут же вскрикнула, когда он схватил меня за волосы.

– Эй, я видел эту сучку на билборде у дороги, – лениво, будто разговаривая сам с собой, заметил Фрэнк, не собираясь ни в чем мешать приятелю. – Краси-и-ивая…

– Черт, у меня на нее встал, – то ли похвастался, то ли пожаловался первый и свободной рукой потер себя между ног.

Мое полуголое тело дразнило их, съехавших под действием курева с тормозов, как красная тряпка – быка, взгляды так и ощупывали каждый сантиметр открытой плоти, языки скользили по губам, растянутым в похотливых улыбках. Я уже прикидывала, как бы так повернуться, чтобы заехать коленом противнику, когда за его спиной мелькнула другая фигура. По-прежнему спокойно и хладнокровно Джеймс вышел из-за деревьев, в его руках виднелся увесистый сук, больше похожий на дубинку. Прежде чем кто-то из нас успел вымолвить хоть слово, он опустил свое оружие прямо на запястье парня, схватившего меня. Раздался противный хруст, затем дикий крик пострадавшего, сломанная рука повисла плетью. Ничего не объясняя, не давая опомниться, Джеймс размахнулся и нанес второй удар ему в висок. Брызнула кровь, парень не потерял сознание, но зашатался как пьяный, едва держась на ногах.