Наследие Мастера

– Значит, - подтвердил я и выложил ей свою родословную, - И ещё, чтобы не возникало лишних вопросов, - Я знаю всё о Ключах Мастера, Разрушении и иже с ними. Я знаю, что Вивианна – хранительница ключа под названием амулет Единства, и этот ключ перешёл к ней после того, как её сестра якобы погибла. Так что, получится у нас разговор?

Она опустила вуаль на лицо и сказала:

– Пойдёмте. Лучше будет, если наш разговор никто не услышит.

Мы вышли из храма в уютный садик, разбитый на заднем дворе. Виктория проводила меня к увитой цветущей лианой беседке у декоративного прудика. Мы вошли в середину, сели за резной столик. Здесь она снова откинула вуаль.

– Всё, можно говорить. Беседка – зона уединения.

Я кивнул и вопросительно посмотрел на собеседницу.

– Итак?

– Амулет Единства, - сказала Виктория, - Он вернулся ко мне. Именно поэтому я решила, что Вивианна мертва.

– Но ведь когда она получила Амулет, то есть знания Хранительницы, вы были живы! Может и сейчас всё не настолько безнадёжно?

Виктория вздохнула, отвела глаза и долго молчала.

– Чтобы всё стало понятным, мне придётся вернуться на много лет назад, - заговорила она наконец, - Моя сестра… Мы с ней с самого детства были слишком разными. Видимо, дело в наследственности. Мы обе – дочери нашего отца, но... Моя мать была истинная леди света, но она умерла, когда родила меня. Что до Вивианны, то она связана с Тёмным Краем. Бабка её матери – Повелительница Огня Аламандра из Иррата. Отца предупреждали против этого брака, только ослеплённый страстью мужчина остаётся глух к доводам разума. Разница во взглядах и жизненных установках в конечном итоге стала слишком ощутимой, и они расстались. Но Вивианна уже родилась. Леди Салья покинула Оэльдив, когда сестра была совсем крохой, и больше никогда не возвращалась. Отец повелел забыть о её существовании, и Вивианна стала официально считаться дочерью моей матери.

– Хитрый фокус, - заметил я.

– Да, но Коррад был Императором Света, и его поддерживал Отшельник. В общем, сестра так и не узнала о своём происхождении.

– А откуда это известно вам?

– Я старше сестры на семь лет, - призналась Виктория, - Я всё помню, хотя мне и приказано было забыть. По мере того, как сестра взрослела, она всё больше становилась похожа на свою мать. Её не привлекал Свет, она скептически относилась к Истине и нашим святыням, увлекалась магией и оружием. Представляете, леди Света и оружие! – воскликнула она с ужасом, - А потом сестрица влипла в неприятности и оказалась там, где оказалась. Но вам об этой части её биографии должно быть известно больше, чем мне!

Действительно, кое-что мне было известно. Хотя намного меньше, чем хотелось бы. Я не спрашивал, а моя загадочная принцесса не рассказывала, что именно привело её в Теразену, в шоу Бергена. Но Вивианна не стала бы совершать отчаянных поступков, если только не довести её до крайности. И всё же…

– Вы несправедливы к сестре, - заметил я.

– Да, вы правы, - согласилась она, - Я... постараюсь избегать этого. Что ж. Буду говорить о себе. С юных лет я служила Свету. То, чем я занималась, было гораздо большим, чем ритуальное служение, я выполняла действительно важную работу!
– В голосе звучал вызов, словно она предлагала мне оспорить её слова. Но я молчал и кивал, не желая ввязываться в около теологические дискуссии.

– И я вполне созрела для того, чтобы принять сан и полностью посвятить себя служению, но тут воспротивился отец, - она горько усмехнулась, - Мой собственный отец, который до того во всём меня поддерживал! И из-за чего?! Из-за идиотского соглашения, уложенного им с Мабертом, когда я ещё в колыбели лежала!

– Но вы всё же приняли сан.

– Да. После того, как посоветовалась с Отшельником. Он заглянул в будущее и увидел, что мой брак с наследником Ирратов приведёт к неминуемой катастрофе. И что мне оставалось делать?!

– Действительно.

– Итак, я приняла сан. Отец, конечно, возмущался, но в конечном итоге, смирился. А через несколько лет объявился посланник Маберта, потребовавший меня в Иррат.

– И вы инсценировали самоубийство.

Она отшатнулась.

– Нет! О, Мастер, нет!!! Я бы никогда…

И я ей поверил. Такую смесь удивления и ужаса сыграть практически невозможно. А Виктория Квард-Масте, на мой взгляд, напрочь лишена актёрских способностей.

– Хорошо, что же произошло на самом деле?

– Я сбежала, - она развела руками, - Из долга перед Светом и перед семьёй, я выбрала Свет. Мне помог дядя Кордган, хотя я и не ожидала от него такого участия.

– Насколько я знал вашего дядю, он никогда и ничего не делал, если не имел собственной выгоды, - заметил я.

– Вы говорите о нём в прошедшем времени, - с вопросительной ноткой заметила Виктория, - а это значит…

– Ваш дядя мёртв. Три года назад он пал жертвой собственных интриг.

– Что с ним случилось? – спросила она почти безразличным тоном, но я видел, как нервно сжаты переплетённые пальцы.

– Он принял смерть от клинка, - сообщил я, не вдаваясь в подробности, - Думаю, при тех обстоятельствах это было наименьшим из зол.

– Вы говорите о нём, как о преступнике!
– воскликнула Виктория, - Но этого не может быть! Кордган – потомок Оэла!

– А все потомки Оэла – святые! – хмыкнул я, - Давайте не будем! Вы сами прекрасно знаете, что это не так! Хватит ахать и охать, говорите дальше. Если не помните, на чём остановились, я подскажу. При помощи Кордгана вы сбежали из Оэльдива. Продолжайте!

Она тяжело вздохнула и бросила на меня взгляд, полный ненависти.

– Вы мне противны!

– Я не и должен вам нравиться! Слушаю, говорите!

– Хорошо, - резко кивнула Виктория, - Да, я сбежала. Но оставалась одна ниточка, прочно связывавшая меня с домом. Долг Хранительницы Ключа. Я готова была продолжать исполнять эти обязанности, но благодаря моей связи с ключами, отец мог легко меня выследить. И тогда я решилась…- она замолчала, опустила глаза и еле слышно проговорила, - Я разорвала эту связь. Я отказалась от долга Хранительницы, я передала Знания своей сестре. Дядя… поддержал меня.

– Не сомневаюсь.

– Он сказал, Вивианне это пойдёт только на пользу. Она почувствует ответственность, успокоится и вернётся домой. Я осталась в этом мире, основала здесь обитель и, как могла, служила Свету. Но я так и не обрела покой и просветление, не смогла забыть о том, что сделала. А когда ко мне вернулись Знания Хранительницы, я заподозрила, что в гибели сестры может быть часть и моей вины…

– Надо же, как вас озарило! – бросил я, - Откуда вдруг такие чудеса дедукции?

Виктория не обиделась, и ответила совершенно серьёзно.

– Изменилось место. Ключ переносили. Хранительница могла сделать это только в случае крайней опасности. Я подумала… я не могла предположить… Амулет Единства не извлекали из тайника много веков! – Виктория вскинула голову и схватила меня за руки, - Это был мой долг! Я должна была нести этот груз сама!

Я поразился отчаянью, звучавшему в её голосе, и вместо того, чтобы высказаться по полной программе, неожиданно для себя попытался её успокоить.

– Все совершают ошибки, Вик. Не стоит так переживать. Но давайте подумаем о другом.