Наследие
Шрифт:
Не забывая о защите, я ринулась к нему, надеясь, что потеря командира деморализует бойцов и даст фору Смиренным. На пути к воздушному магу меня опередила окруженная синим свечением стрела. Я замедлила ход, понимая, что мужчина уже мертвец, но стрела, словно щепка, отскочила от воздушного щита. Невероятно! Даже мне не удавалось отразить стрелы Люфира, тогда как воздух был первой стихией, покорившейся мне.
Пока лучник закладывал новую стрелу, я уже была рядом, чтобы отвлечь внимание мага. На этот раз ему не удастся уйти от своей судьбы.
Взгляд командира вражеского отряда был
Краем глаза я видела, как захлестнувшее стрелу красное свечение сорвалось вместе с ней с тетивы, направляясь к цели. Именно такими стрелами Люфир пробивал камни и любые щиты. Она не была приправлена лазурью, а, значит, ее траекторию можно отклонить, но сила удара в любом случае будет ужасающей.
Чувствуя, как тело растворяется в воздухе, я метнулась к лидеру вражеского отряда, обретая видимый облик уже перед самой женщиной, из-за коротко стриженых волос которой, издалека ее и правда легко было принять за субтильного мужчину. Земляная стена, несколько метров в поперечнике, выросла передо мной, принимая на себя мощь выпущенной стрелы, но даже ее не хватило, чтобы остановить сокрушающий все на своем пути наконечник. Удар пришелся в руку чуть ниже плеча, а так как женщина была одного со мной роста, значит, Люфир целился в грудь. Боль прожгла руку и ударила в шею, переходя в голову. Позже я поняла, что женщина, воспользовавшись моим ранением, не преминула ударить со спины.
Орудуя одной рукой и слушая ветер, так как перед глазами все еще стояла сверкающая пелена, я заключила ее в земляной кокон, так же, как и воздушного мага в Этварке, и добавила к нему воды, превращая землю в промерзший насквозь камень.
Радость, что мое предположение оказалось верным, и противник прекратил бой, стоило захватить их командира, омрачилась осознанием того, что сражение закончилось по причине отсутствия противодействия со стороны магов Ордена. Я видела только обездвиженные тела Смиренных или же части тел.
Все взоры устремились ко мне, но маги, а их осталось около десяти, не смели нападать, видя, что главарь шайки в моей власти. Проскользнув незамеченным за воздвигнутым мной земляным валом, Люфир появился рядом, растрепанный и тяжело дышащий.
— Они, что ты…, — его слова оборвались. Похоже, он заметил мою руку, в очередной раз пробитую его стрелой.
— Назад, — не слушая его, я обратилась к магам, поднесся окутанную пламенем кисть к лицу женщины. Небольшая струя воздуха ударила по огню, гася его, но он тут же загорелся вновь. Переглянувшись, маги отступили, стараясь держаться поближе друг к другу. Какие молодцы…
Пока все внимание было приковано к моей руке, угрожающей командиру, я собрала достаточное количество энергии за их спинами, и воздух лопнул ослепительным облаком жара, с хохотом пожирая жизни магов, захлебнувшихся в грохочущем пламени.
— Дрянь! Они были готовы сдаться! — по затылку ударил обозленный голос женщины.
— О, их капитуляция была крайне
«своевременна», — с сарказмом ответила я. — Кое-кто напал на меня со спины, когда я его защитила. Так что не тебе упрекать меня в подлости.— Зачем ты подставилась? — я взглянула на Люфира, похоже, так ничего и не заметившего. Собственно, он и не смотрел на взятую в плен женщину.
— Позже, — я окинула понурым взглядом опьяненную кровью просеку, где тройка марглов металась в крепких клетках, жаждая вкусить такой близкой и в тоже время недосягаемой плоти погибших. — Хоть кто-то еще выжил в этой бойне?
— Те, кто были со мной. Я запретил им высовываться, — недовольный моим ответом сухо сказал Люфир.
— Пусть разровняют землю и проверят тела, вдруг еще кому-то удалось уцелеть.
Склонившийся над поверженным бойцом Ордена Кристар только добавил моему сердцу печали. Пока Люфир давал распоряжения магам, я извлекла из руки стрелу и залечила рану. Избавившись от боли, развела на окраине леса костер, к которому переместила пленницу. Она осыпала меня проклятиями и оскорблениями, пока я заменяла ее кокон каменными муфтами на руках и ногах. Возведя вокруг земляную насыпь, укрывшую от ветра, я ждала у костра возвращения Люфира, игнорируя ядовитые замечания женщины. Ей должно было быть около пятидесяти, но выглядела она моложе лет на десять.
— Нашлись еще двое, — сказал подошедший лучник. — У них серьезные ранения, но, если повезет, они выживут. Теперь ты скажешь, в чем дело и почему ты…, — Люфир впервые глянул на женщину и слова застыли на его языке.
— Заметил, наконец. Вот и мне подумалось: уж лучше приму удар твоей стрелы на себя, а дальше ты сам разбирайся.
— Чего уставился? — прошипела женщина, отвечая на пристальное внимание Люфира ненавистью во взгляде. Теперь, когда они сидели совсем рядом, их схожесть была неоспорима. Я видела, как много черт лучник взял от своей матери.
Пока один маг стаскивал тела павших союзников и противников на две кучи, второй выполнял поручение по возвращению просеке ее прежнего вида.
— Пойду, помогу, — я встала, отряхивая штаны. Сейчас Люфира и сидящую напротив него женщину лучше было оставить одних.
Она не узнала его ни сначала, ни потом, в иступленной злобе видя только отвратительного ей всей своей сутью Смиренного. Люфир хотел бы списать слепоту матери на то, что она помнила его пятилетним мальчиком, и никак не могла узнать в двадцатичетырехлетнем парне своего сына; оправдать болезненной худобой, исказившей его черты. Но не смог. Слишком откровенным и прямолинейным был презрительный взгляд серых глаз.
— Язык проглотил? — зло сказала женщина.
Лучник ничего не ответил. Расстегнув верхние пуговицы плаща, он залез в нагрудный карман, где пальцы наткнулись на хрустящую бумагу, хранящую на себе портреты важных для него людей. Углубившись до самого дна, Люфир нащупал края фигурки двух сизокрылов, соединившихся воедино в своем, не знающем конца полете.
Брови женщины вздрогнули, когда юноша протянул к ней ладонь, на которой лежали аккуратно вырезанные деревянные птицы.
— Откуда они у тебя? — упавшим голосом спросила женщина.