Наставник
Шрифт:
Как ты понимаешь, Макар Матвеев относится к последней категории студентов-юристов, а вот Маша Лисицына с гордостью может отнести себя ко второй, с одной небольшой поправкой, она пронесла веру в лучшее через все четыре
– Товарищ майор! Я всё-таки вынуждена вернуться к сегодняшней ситуации! – Маша Лисицына начала разговор после долгой молчаливой паузы по дороге в следственный отдел, – Почему вы так отмахиваетесь от информации, которую дал нам Матвеев? А если это правда? Что если Ломаченко действительно убили, а на Матвеева покушались?
Майор Медведев сосредоточенно вёл машину и поначалу вообще не хотел обращать внимания на наивные, как ему казалось, претензии своей пассажирки, но высокомерность её вещания вывела его из себя:
– Кто из нас следователь, дорогуша? – он не переводил на неё взгляда, но голос был чрезвычайно жёстким.
– Вы!.. – Маша почувствовала, что в следующий момент на ней будут отрабатываться специальные приёмы допроса подозреваемого или свидетеля.
– Ага! Значит я! Слушай сюда, тупая курица, ты в расследовании преступлений не понимаешь ничего. Поняла? Была бы
ты пацаном – давно бы прописал тебе по мордашке! Если я сказал тебе, что этот тупой малолетний торчок врёт – значит он врёт! Ты поняла меня? – только сейчас он повернул голову и пристально уставился ей прямо в глаза своим мёртвым пустым взором.– А если это правда… – повторила стажёрка, пытаясь не попасть под влияние наставника, но голос предательски стих.
– Ну, и что тогда? – с усмешкой выплеснул из себя майор, – Тогда мы получим висяк, а кому это надо? Торчки оказались там, где им самое место: один – на том свете, второй – в больничке, может поумнеет! Расплачиваться за них своим временем и репутацией я не намерен.
– Но вы должны… – пропищала Маша, уже вся съёжившаяся на переднем кресле.
Это произвело мощнейший эффект на майора. Он стиснул зубы в оскале и резко, перестроившись сразу через две полосы остановился у тротуара, чем внёс сумятицу на дороге:
– На сегодня ваша стажировка окончена! Возвращайтесь, когда извилина заработает!
Маша выскочила из авто, из глаз её полились слёзы. Она пыталась промокнуть их салфеткой, чтобы тушь не потекла, но тщетно. Наплевав на всё, Лисицына побрела до дома.
Конец ознакомительного фрагмента.