Натуральный обмен

– Ишь, как научился, - раздосадовано пробормотал он.

– А я быстро учусь, - огрызнулся я.
– А если еще раз себе позволите рукоприкладство в мою сторону, я прикажу закрыть церковь.

Глаза Леонера вспыхнули:

– Не посмеешь.

Я холодно усмехнулся:

– Еще скажите, что министры станут вас защищать.

– Так, все, прекратите!
– не выдержал Мельвидор.
– Мы на одной стороне, не забывайте об этом.

– Что-то не похоже, - буркнул я, демонстративно отряхивая измятый воротник.

– На одной, - настаивал маг.
– Давайте все сядем и спокойно поговорим.

Леонер отодвинул ногой стул и плюхнулся на него, всем своим видом источая возмущение. Рей пожал плечами и взял второй стул, повернул спинкой вперед и уселся на него верхом, удобно сложив руки на спинке. Мельвидор опустился на край кровати.

Я проследил взглядом за всеобщим перемещением, но остался стоять. Деревья, как-никак, умирают стоя, а то, что нападки на меня сейчас продолжатся, пусть и в более вежливой форме, я не сомневался.

– Для начала, - начал маг, видя, что я не собираюсь ничего говорить в свое оправдание, - мне бы хотелось узнать, почему ты пренебрег обещанием хранить нашу тайну?

Не было необходимости уточнять, о какой тайне идет речь. Я покосился на Гердера, но тот пока что вмешиваться не собирался.

– Может быть, это не я, а вы сейчас раскрыли эту вашу тайну, - в последнее слово я вложил столько отвращения, сколько мог.
– Леонер не стал бы душить настоящего принца.

– Настоящий принц бы таких дров не наломал, - буркнул оскобленный монах и снова замолчал под гневным взглядом Мельвидора.

– К настоящему принцу Рейнел бы и на пушечный выстрел не подошел, - отрезал маг, - разве чтобы убить. Поэтому не считай нас дураками.

– Если вы переживаете, что я кому-то расскажу, то можете быть спокойны, - вставил Рей, - вы же видели, я принес клятву и намереваюсь следовать ей до конца.

– До вашего общего конца!
– снова не выдержал Леонер.
– Одного четвертуют как самозванца, второго повесят как сообщника.

– Ну, это мы еще посмотрим, - совершенно спокойно отреагировал Гердер.
– Пока что все прошло гладко.

– Все прошло на грани, - высказался Мельвидор, в отличие от своего друга, прекрасно владеющий собой.
– Однажды министры сложат один плюс один, и поймут, что принц не просто странно себя ведет, а это вообще другой человек. Да еще эта клятва...
– он пристально посмотрел на меня.
– Меня интересует, почему ты это сделал?

Я невесело усмехнулся. Интересно, иногда маг казался мне таким проницательным, понимающим, умеющим читать между строк, а иногда он не видел дальше своего носа.

– Да потому что мне нужен друг, Мел, - ответил я.
– Это же так просто.

Волшебник все еще не понимал.

– Мы твои друзья.

– Нет, - я покачал головой.
– Вы друзья и защитники Эридана.

В глазах мага что-то промелькнуло, что в другой ситуации я расценил бы как стыд, но, наверное, я ошибся. Чего ему было стыдиться?

– Но эта клятва, - сказал он после непродолжительного молчания, - здесь это не просто слова, это обязательства...

– Я знаю, - серьезно кивнул я.
– Я умею читать, - мне пришлось перекопать кучу литературы в королевской библиотеке, пока я нашел нечто подходящее и способное защитить Гердера от нападок министров.

– Хорошо, - признал маг, - ты прочитал, - он перевел взгляд на Рейнела, - ну а ты? Ладно он, он не знает этого мира, а ты? Ты ведь понимаешь, как вы рисковали? Стоило министрам воспротивиться и не признать вашу клятву и...

Рей пожал плечами.

– Мы были готовы на риск.

Мельвидор только вздохнул, признавая поражение в этом споре.

– И когда вы успели так спеться?
– протянул он.

Мы с Реем переглянулись, одновременно расплывшись в победных улыбках.

Леонер проследил за нами и нахохлился еще больше.

– Дурное дело не хитрое, - прокомментировал он, а потом выплюнул, как самое злостное ругательство: - Дети.

10 глава

К моему великому ужасу и разочарованию Рейнел очень серьезно отнесся к своему новому назначению, рассматривая его вовсе не как прикрытие, а как реальную должность при дворе. Уже на следующий день после знаменательного принесения клятвы верности в Зале Советов, он разбудил меня на рассвете, заставил одеться и спуститься на улицу.

И напрасно я заверял его, что пару раз махнуть мечом для того, чтобы пустить пыль в глаза, будет достаточно. Гердер решительно заявил, что все, что он делает, он привык делать хорошо, и раз уж его назначили моим тренером, мне никуда не деться и придется тренироваться на полном серьезе.

Мне пришлось смириться, во-первых, потому что в глубине души и сам был с ним согласен, а во-вторых, мне все равно нечем было заняться, я и так провел весь последний месяц то в личных покоях принца, то в библиотеке. Спорт бы мне определенно не помешал.

Первые дни мы с Реем просто бегали и делали различные упражнения для укрепления мышц. Было тяжело, всерьез я никогда физическими упражнениями не занимался, не считая того, что мама заставляла меня в детстве ходить на танцы. Да-да, все детство я занимался именно танцами, а не айкидо или каратэ, как большинство мальчишек. Правда, лет в двенадцать я заявил маме, что танцы - это женский удел, и бросил ходить на занятия окончательно и бесповоротно, несмотря на ее уговоры.

Сейчас же, когда через пару недель Рей вручил мне меч (пока что деревянный тренировочный), и мы стали потихоньку отрабатывать удары, я вдруг обнаружил, что занятия танцами - полезная штука. Так как я занимался ими с раннего детства, тело многое запомнило, хотя я и бросил это гиблое дело больше пяти лет назад.

Уворачиваться у меня получалось на самом деле хорошо. Вот правильно держать меч или нанести удар - просто ужасно, а увернуться, выгнуться под оружием противника, пропустить удар над собой или вовремя отпрыгнуть - раз плюнуть.

Рейнел только удивленно хмыкал, наблюдая за моими выкрутасами и постоянно говорил, что по мне цирк плачет.

Министры нас не трогали, успокоившись, что никакого заговора мы не замышляем, а на самом деле занимаемся тренировками. Именно этого эффекта мы и хотели добиться, так что все шло по плану.