Натуральный обмен

Черт, и как ему удается так очаровывать слабый пол?

Эйнира протянула мне руку. Улыбка фальшивая, взгляд опущен. Я принял ее ладонь в свою и мягко обнял ее тонкую фигурку именно так, как и учил меня Гердер. Эйнира показалась мне фарфоровой статуэткой, которая непременно разобьется, если я коснусь ее грубо. Моя вторая рука легла на ее талию (она вздрогнула или мне показалось?), и мы закружились в танце.

Все-таки Рейнел рожден для того, чтобы преподавать, не важно что: танцы или фехтование. Несмотря на мою вчерашнюю панику, двигаться у меня получалось легко, я ожидал напряжения и неловкости от самого танца, но это чувство определенно имело отношение исключительно к моей партнерше.

– С днем рождения, - тихо поздравила она, по-прежнему не смотря на меня.

Лучше бы молчала, потому что очередное поздравление, сказанное холодно-равнодушным голосом, только еще больше подпортило настроение.

– Не надо говорить то, что тебе не хочется, когда нас никто не слышит, - сказал я.

Вот теперь мне точно не показалось, она вздрогнула и чуть было не сбилась с ритма, но вовремя взяла себя в руки.

Эйнира посмотрела мне прямо в глаза впервые со времени нашего знакомства. И в них читалось непонимание.

– Почему?
– прошептала она.
– Разве я не должна всегда "уважать и почитать своего супруга", - я готов был поклясться, что последние слова прямая цитата.

Я прикусил губу, чтобы не сорваться.

– Ничего ты мне не должна, - сквозь зубы ответил я.

Теперь между ее бровей залегла морщинка.

– Почему?
– снова спросила принцесса.
– Что изменилось за эти полгода?

Очень многое изменилось за эти полгода. Например, твой настоящий муж умер, а его место занял самозванец, который из-за глупого желания понравиться девушке рискует быть четвертованным...

– Многое, - коротко ответил я, полностью возвращая самоконтроль.

На этот раз Эйнира ничего не ответила.

Мелодия кончилась, заиграла следующая. По правилам этикета после первого танца все должны были поменяться партнерами. Каким-то образом со мной рядом оказалась дочь министра связи Корвица, худющая и угловатая, как и ее отец. Не скажу, что она была мне особо неприятна, но восхищения точно не вызывала.

Девушка что-то щебетала по поводу замечательного праздника и прекрасной музыки, я что-то вежливо поддакивал, против воли следя глазами за Эйнирой. Ей достался в пару министр внутренних дел Холдер. В моем "списке самых опасных министров" он занимал почетное второе место, после Сакернавена. Он что-то говорил на ушко принцессе, она вымученно улыбалась и никакого интереса к разговору не проявляла.

На следующей мелодии я взял тайм-аут, допустимый приличиями и умчался к столу, чтобы выпить. Жаль, что нельзя напиться и уснуть лицом в салате. Слуга с готовностью наполнил мне бокал. Я отпил. Шампанское, довольно приятное, пить можно.

Возле меня материализовался Рейнел.

– И что ты мне притворялся хромой коровой?
– поддел он меня.
– Не знал бы что ты никогда не видел местных танцев, ни за что бы не поверил.

Я только пожал плечами, все еще следя за Эйнирой.

Гердер проследил за моим взглядом и хмыкнул:

– Зацепила, да?

Я отпил еще шампанского, прежде чем ответить.

– Глупости все это, - сказал я.
– Мне головой надо думать, а не расслабляться.

– Твоя правда, - Рей отсалютировал мне бокалом.
– Тогда ты будешь не против, если я украду ее на следующий танец?

Я? Против? Что, он ее в дальние страны увезет, что ли? Чего, интересно, Гердер от меня ждал? Приступа ревности? Ничего подобного я не чувствовал и подавно. Во-первых, на Эйниру я не имел никаких особых прав, а во-вторых, Рейнелу я доверял целиком и полностью.

Мне показалось, что он даже расстроился, что я не воспротивился его затее, но когда музыка сменилась, он все же направился приглашать ее на танец. Я видел, как она улыбнулась ему, как старому другу.

Мое же соседство обещало желать лучшего. Возле меня вырос Холдер.

– Почему не танцуете, ваше высочество?
– как всегда, улыбка, граничащая с насмешкой.

– Отдыхаю, - так же холодно улыбнулся я.
– К тому же шампанское великолепное.

Холдер хмыкнул, а потом устремил взгляд в зал на танцующие пары.

– Конечно, не мое дело, но мне кажется, что не совсем уместно было приглашать на бал вашего учителя по фехтованию, - как бы невзначай, сказал он.

Этих слов я ожидал, правда, не знал, кто из министров будет первым. Что ж, Холдер, так Холдер.

– Гердер - дворянин, потомок очень знатной семьи, - напомнил я, - то есть гораздо более благородного происхождения, чем большая часть присутствующих здесь гостей.

– Но его отец...

Я встретился с ним глазами и выдержал этот надменный вызывающий взгляд.

– Его отец мертв и похоронен, - отрезал я.
– Не стоит об этом.

– Что ж, ваше дело, - с наигранной покорностью согласился министр.
– Но вот доверять ему молодую жену я бы точно не стал.

Я сжал зубы от подступившего бешенства. Значит, не сумев указать на отца Рея, он решил сыграть на ревности, а заодно и эгоизме Эридана?

Я тоже посмотрел в зал. Пожалуй, Эйнира и Рейнел были самой красивой парой среди танцующих. И за одно то, что принцесса перестала хмуриться, а искренне смеялась каким-то его шуткам, я готов был расцеловать Гердера.

– Ваша жена давно уже немолода, - ответил я, - так что вам не о чем беспокоиться.

Глаза Холдера превратились в щелки. О да, министр в полной мере оценил оскорбление.

– Что ж, отдыхайте, принц, в конце концов, это ваш праздник, - и он отошел к другому столу, бросив мне на прощение еще один насмешливый взгляд. Взгляд-обещание, что это оскорбление он мне не забудет.

Я передернул плечами. Крысятник, а не дворец.

Но паломничество продолжилось, и вот ко мне уже подошел наместник Багряной Карадены, той самой, в которой по последним донесениям шпионов назревали беспорядки. Рейнел уже даже подумывал наведаться туда и оценить обстановку своими глазами.

– Господин Лигурд, - припомнил я его имя.
– Вам нравится бал?

Наместник производил приятное впечатление. Лет сорока пяти. Худощавый. Вид деловой. Лицо серьезное, на носу маленькие круглые очки.

– Все просто великолепно, - ответил он. Хотя, можно подумать, наместник осмелился бы сказать принцу что-нибудь другое.

Я больше ничего не говорил, и он замялся. А вот это нехорошо, значит, подошел не просто полюбезничать.

– У вас ко мне дело?
– прямо спросил я.