Натуральный обмен

– Ладно, объясню, - сдался Гердер.
– Ты должен был читать, что мой отец руководил когда-то спецподразделением при дворе короля Лергиуса, - да, это я читал, своеобразная Тайная канцелярия, в состав которой входили только сверхподготовленные люди и которая была распущена министрами вскоре после того, как король слег.
– Когда всех распустили и сняли с казенного обеспечения, одни ушли своей дорогой, другие, самые верные, остались вместе с моим отцом, продолжая по-прежнему работать на него. Вот ему ничего и не оставалось, как оформить их как свою личную охрану. А потом, как я узнал уже позже, когда под отца начали активно "копать", он распустил и их, думал, что если откроется, что на него работает такое количество людей со специфической подготовкой, ему не избежать обвинения в измене...

– Рей поморщился, как от зубной боли.
– Впрочем, ему и так не удалось... А они что... Остались без работы, большинство подались в наемники.

– Это не ответ на вопрос: откуда ты их откопал?
– напомнил я.

Рейнел сделал неопределенный жест рукой в воздухе.

– То там, то здесь. А чем я, по-твоему, занимался вчера целый день? Одних найти, других уговорить.

Тут я совершенно растерялся.

– Ты их еще и уговаривал?!

– Нет, пришел, и они упали к моим ногам... Конечно, уговаривал. У них же своя работа. Семьи, между прочим, кормить надо, а уж потом рассуждать о чести. Мне пришлось предложить свою цену.

– И опять из своих личных средств, - мрачно вставил я.

– А что, нужно было выставить счет министрам?

В ответ я только тихо выругался. Я чувствовал себя тепличным растением, о котором бережно заботятся, поливают, греют, но в то же время держат под колпаком. Рей делал для меня много, очень много, и я был безгранично ему благодарен, особенно за то, что, в отличие от мага и монаха, он делал это открыто, не пытаясь мной незаметно манипулировать. Но в такие минуты я чувствовал себя слабым и бесхарактерным человеком, за которого все решают другие.

Рейнел заметил перемену в моем настроении.

– Ты чего?
– спросил он.
– Обиделся?

И снова этот заботливый попечительный тон! Я заскрипел зубами.

– Если ты и дальше будешь изображать мою маму, я тебя стукну, - предупредил я.

Рей только вскинул брови, но переспрашивать ничего не стал, и я не сомневался, он прекрасно понял, что я имел в виду.

Настанет день, пообещал я себе, и я докажу, что тоже способен принимать решения и решать свои проблемы.

Тогда я еще не знал, что принимать эти самые судьбоносные решения мне придется уже очень скоро...

***

К ночи мы уже выбрались за пределы Столичного Округа. И это можно было понять не только по тому, что мы проехали через охраняемые ворота. Дороги столицы были ровными и чистыми, что создавало впечатление, что их не просто ежедневно подметали, но и мыли. Чистые дороги без единого ухаба, богато выглядящие дома большей частью в несколько этажей - все чинно и благородно.

Признаюсь, никогда не покидая Столичного Округа, я наивно считал, что так живет вся Карадена и не имеет ничего общего с городским устройством средневековья моего мира. Но, стоило выехать за ворота, я понял, как жестоко ошибался. Я и раньше знал, что министров не интересовала Карадена за пределами Округа, теперь я в этом убедился наглядно.

Дорога, отходившая от столичных ворот, была сплошь в выбоинах, камни покрыты слоем пыли и грязи, а уже через несколько сотен метров каменная кладка и вовсе кончилась, а началась обычная проселочная глиняная дорога, избитая копытами и колесами.

По обе стороны от дороги шли поля, сейчас пустые, так как на дворе стояла поздняя осень. В отдалении виднелись маленькие одноэтажные домики, некоторые покосившиеся, а некоторые совершенно ветхие.

– Что это за деревня?
– шепотом спросил я Рея.

Я, конечно, тщательно изучал по книгам и всевозможным документам устройство и географию Карадены, но там значилось лишь, что "на границе Столичного Округа расположены сельскохозяйственные угодья, обрабатываемые крестьянами". Эти-то крестьяне и обеспечивали продовольствием столицу. Но мне никогда и в голову не приходило, что за крестьяне работают на этих полях и в каких условиях они живут. Я скорее думал, что они тоже являются жителями Столичного Округа, а на земли выезжают как на работу. Оказалось же, что они и жили здесь с полным отсутствием нормальных условий для жизни, а столица просто паразитировала на их труде.

Мне вдруг стало мучительно стыдно, что я потратил полгода и кучу казенных средств на ремонт во дворце.

Гердер хмыкнул, как мне показалось, довольным тем, что меня поразило состояние человеческого жилья.

– Это не деревня, - ответил он.
– Это поселение Столичное. Люди здесь работают на столицу, снабжая ее продуктами. Юридически поселение к ней и относится, потому ее жители не платят налоги, а просто в определенные сроки отдают свой урожай, а также мясо после убоя скота, молоко, яйца и так далее.

– Ты хотел сказать, долю урожая?
– уточнил я, хотя уже предчувствовал, что ответ мне не понравится.

– Долю они оставляют себе, если повезет.

– А если год неурожайный?
– ужаснулся я.

Лицо Рея сделалось совсем мрачным.

– Вне зависимости от года, норма сдачи урожая одна.

– Но ведь это практически рабство!
– в голове не укладывалось, что всего-то за воротами сытого Столичного Округа, люди умирали от голода и бедности, а я даже понятия об этом не имел.

– Нет в Карадене рабства, - саркастически отозвался Гердер.
– Мы же не какие-то там варвары, как Союз Правобережья. У нас только свободные граждане.

– Вот, значит, как, - безжизненно протянул я.

Рейнел вздохнул.

– Это была одна из причин, почему я все-таки согласился на эту поездку, - признался он.
– Ты должен увидеть положение дел своими глазами, чтобы понять, за что мы все-таки боремся и чего в конечном итоге хотим добиться. Мне ведь плевать на министров, пусть бы они сидели на своих местах, если бы это не вредило Карадене.

– А провинции?
– догадался я.
– Там дела обстоят еще хуже?

Гердер кивнул.

– Я ведь уже говорил тебе, что интересы министров не выходят за пределы этого округа.

Вот этого я совершенно не понимал. Да, министры алчны и эгоистичны, но они ведь не дураки.

– Но ведь это изначально тупиковый путь, - высказался я.
– Сколько пройдет времени, пока другие королевства не приберут ничейные провинции себе? В итоге все, что останется от Карадены, это и будет Столичный Округ. И сколько тогда он сможет прокормить себя без постоянных налогов, поступающих от провинций в казну?