Науа-Ацтек

Всё это Ос описал Хуицилихуитлу IV, подробно освещая каждый пункт и объясняя тонкости с допустимыми трактовками.

— Это… — правитель города покивал с пониманием. — Это многое меняет. Не зря жрецы говорили про тебя как про знамение. И, получается, эти тысячи тысяч принесенных в жертву — зря? Просто так?

— К сожалению, да. — с печалью покачал головой Ос. — Бессмысленные жертвы, потому что Вечное Солнце не нуждается в «поддержании жизни кровью». Можно жить никого не убивая. Не уничтожая полезные ресурсы, которые могли бы быть пущены на благое дело.

Ос как мог изворачивал свои формулировки к тому, что рабов желательно не убивать. Про освобождение пока речи не шло, да и понимал Ос, что резкое освобождение приведет к коллапсу сложившейся экономики. Даже в рамках города тысячи освобожденных рабов приведут его к хаосу просто фактом своего существования.

— Требую от тебя написать всё это на пергаментах и предъявить мне. — приказал правитель города. — Мы будем обсуждать это со жрецами. И тут есть определенная тонкость… Они люди религиозные, но… Если так сложится ситуация, что старая вера будет отринута в пользу новой… Найдётся ли им место в ней? Я не могу просто лишить их всего, ты ведь понимаешь? Это приведёт к хаосу.

— Понимаю… — Ос задумался.

В принципе, можно создать некую структуру, куда будет входить старое жречество. Но нужно сжать их в тиски, чтобы они действительно проповедовали новую религию, а затем, постепенно, избавиться от них. Осу не нужны в подчинении психопаты, которые каждый день убивали по двадцать-тридцать человек.

— Место будет. — кивнул он через некоторое время. — Но они должны будут отринуть старую веру. Прекратить жертвоприношения, перестать жить старой жизнью. В черном теле их держать я не собираюсь, но и былых благ за предсказания и прочие услуги уже не будет.

— На сём заканчиваем разговоры и переходим к действиям. — закончил разговор правитель. — Я отправлю к тебе пятерых писарей, чтобы твои слова были записаны в кратчайшие сроки. А теперь, иди.

Ос поклонился правителю и направился наружу.

В ставшем таким родным районе царил строительный хаос. Воняло известью, которую гасили недалеко от стен, на открытой площадке у реки.

Известь здесь знают и уважают, используя для побелки стен храмов и домов знати. И с последствиями контакта воды с негашенной известью здесь тоже знакомы, так как гашеная известь у ацтеков изредка применяется в качестве компонента для строительного раствора при серьезных стройках.

Ос сильно удивлялся первое время, что в Мезоамерике самостоятельно доходили до того, до чего когда-то дошли в Европе и Азии.

При гашении извести произошло несколько инцидентов, которые стоили жизни троим сотрудникам, после чего Ос распорядился сшить из толстой кожи защитное снаряжение для «гасителей».

Стену только начали строить, зато первый этаж главного здания уже почти закончен.

Жить там ещё нельзя, да и огрехи нужно устранять, но тенденция жизнеутверждающая.

В своём старом доме Ос взял переносной стол и поставил его на улице.

— Сула, принеси мне пергамент и чернила со стилусом. — попросил он свою… женщину.

Статус Сулы сейчас непонятен даже Осу. Вроде как они вместе, но в текущем обществе такие отношения между рабыней и хозяином порицаются, хотя никто и не смеет заявлять подобного Осу в лицо. Да и всё равно былые устои очень и очень скоро потеряют свою ценность. Испанцы отнимут у аборигенов веру, традиционный быт, независимость и будущее.

Ос не считал испанцев злонамеренными чудовищами, но само их существование, даже косвенно, уже влечёт десятки тысяч смертей. Рост смертности будет увеличиваться, до тех пор, пока эпидемиям станет некого убивать. Ос отчетливо помнил цифры: восемьдесят процентов доколумбовского населения Америки было уничтожено инфекциями, самая главная из которых — брюшной тиф. Удивительно, но для европейцев эта болезнь не прямо-таки опасна, так как дело давнее, часто встречаемое в Европе, их иммунитет как-то справляется с заразой и смертность не столь частое явление, вроде бы. Надо иметь в виду, что иммунитет аборигенов обеих Америк никогда не сталкивался с этими микробами, поэтому они бьют по аборигенам в десять раз больнее, чем по европейцам.

Ещё Ос был озадачен поведением испанцев в Теночтитлане. В известной ему истории, Кортес не валялся с гриппом в замке Монтесумы II, а сам Монтесума II в первую же неделю сел за решетку, посаженный туда Кортесом за излишнюю агрессию подданных. Сейчас же, по слухам, собранным носильщиками, Монтесума II, с трудом переживший грипп, что-то понял и теперь рассекает по городу, раздавая еду, ухаживая за больными и вообще ведя себя как завзятый телевизонный популист из Партии нового альянса [27] , говоря громкие слова и напоказ делая добрые дела, тогда как реального эффекта от этого — ноль.

27

Партия нового альянса — мексиканская политическая партия, считающая себя оппозиционной, но по факту — чистый аутсайдер, потерявший регистрацию в 2018. Направление — либеральное. Ратуют за экономический и соцлиберализм, права коренных народов и прочие политические слова. Примечательны тем, что одна из лидеров, конкретно Эльба Эстер Гордилло, в 2013 уводила баблишко союза работников образования в оффшоры и вообще оказалась связана чуть ли не с наркокартелем, из-за чего рейтинг партии сильно просел. Ну и коррупция в Мексике норм, так как её в конце концов оправдали.

Нет, Ос ацтекского императора понимал. Армия практически перестала существовать, народной поддержки почти нет, в собственном дворце заправляют испанцы, что и делать — непонятно. Вот и восстанавливает хоть что-то. Так-то, в двадцать первом веке в Европе в таких ситуациях правители обычно бегут куда-нибудь в более тёплые страны, но это Мексика, здесь и так климат тропический, бежать некуда. Да и не ждёт никто Монтесуму II, соседи откровенно ненавидят ацтеков, а более далёкие земли по мнению ацтеков населены дикарями. Он в безвыходном положении. К тому же, Ос знал, что Кортес с ним точно не церемонился, чётко дав прочувствовать и осознать официальную позицию Короны к дикарям вроде него.

Прибыли писари. Освальд распорядился вынести им столы и стулья.

— Пишите внимательно… — Ос взялся за пергамент, на котором давно уже написал все заповеди новой веры и основные тезисы для будущего святого писания. — Нет никаких богов, только Вечное Солнце…

До самого заката писари выводили тексты. У Оса всё это время было ощущение, что он начинял бомбу взрывчаткой.

//Четыре недели спустя. Метцтитлан//

— Проходи в это здание, парень. — указал явно болеющему чем-то парню в набедренной повязке Ос, одетый в новый костюм биологической защиты, изготовленный из кожи и плотного хлопка.

Для защиты дыхательных путей Ос придумал систему, которую, кажется, способен придумать только идиот или гений, тут уж только историки будущего оценят. По десятиметровому кожаному шлангу, расположенному за стеной, воздух поступает в маску, оборудованную выходными клапанами. Таким образом исключается попадание даже самых высокозаразных вирусов и бактерий в дыхательные пути. Пол фильтрационного помещения регулярно моется чистой водой, а поверхности протираются самой забористой самогонкой, какую только смог получить Ос. Чистота продукта его не волновала, поэтому получилось пойло, способное отправить в нокаут печень даже самого опытного и крепкого алкаша с самой депрессивной помойки окраин Мехико. Но для медицинских целей эту бодягу применять можно, так как сивушные масла и прочие химические присадки, изобилующие в данном пойле, убивают бактерии и вирусы не хуже чистого спирта. Ввиду того, что часть важных процессов самогоноварения Осом умышленно пропускалась, продукта получалось очень много, из-за чего можно было себе позволить тратить его на всё что угодно.

Пусть он помучился с изготовлением цельномедного аппарата, но все затраты сил и материалов того стоили. Так как качество продукта Освальда не волновало, он обучил двадцать новых сотрудников основным аспектам работы с самогонным аппаратом, отстав от них только тогда, когда они самостоятельно смогли произвести достойный лучших ядов известнейших отравителей спирт пять раз. И то, буквально два дня назад их стало двадцать семь, так как один из них надышался токсичных газов и слёг, из-за чего за аппаратом никто не следил, а двое стали жертвами взрыва, получив серьезнейшие ожоги, из-за чего очень нескоро смогут выполнять хоть какую-то работу. К счастью для Оса, это был не единственный произведенный аппарат, поэтому остальные семеро продолжили работу на оставшихся девяти, а Ос начал лично отливать новый десятый и набрал троих добровольцев в команду самогонщиков взамен выбывших. Руки на литьё набились, поэтому Ос сейчас мог отливать фигуры даже высокой сложности, что хоть и получается не всегда, но получается.