Не делай этого

Со свойственной ей энергией Мэри сразу же приступила к делу и неожиданно напоролась на упорное сопротивление супруга, мало того, возбудила его подозрения.

– Я, - смущенно покраснела она, - видела, как вчера таким же образом целовались Вудворт и Меган Грэкхем! Похоже, им это нравилось...

– Мисс Грэкхем целовалась с Вудвортом?
– гневно нахмурил брови викарий.
– Какая распущенная девица! Но, дорогая, не понимаю... ты подглядывала за ними?

Мэри сразу же стало стыдно - настолько, что запылали даже уши.

– Я гуляла по берегу... вовсе не хотела... вышло случайно...

Харрис внимательно слушал этот бессвязный бред. Его жена была достаточно ловкой особой, склонной к авантюрам и лицемерию... но лгунья из неё никудышная. А сейчас она явно лгала. Он только не мог понять: зачем клеветать на неповинную девушку? Нет, этого Мэри себе никогда бы не позволила. Что вообще происходит с его женой?

– Подглядывать за молодыми сумасбродами,- нарочито растерянно развел он руками,- а потом приставать к пожилому мужу с какими-то дикими идеями? Мэри, мне уже давно не двадцать лет, и я устал от твоих затей! И вообще, поцелуи оставим на среду, а сейчас вместо этих эскапад я хочу получить кусок хорошего жаркого. Что у нас на обед?

Разочарование оказалось настолько сильным, что в кои-то веки Мэри не смогла сдержаться и сохранить ровное расположение духа. Тоска охватила её сердце, и она понуро вышла из комнаты. Нет, Джон - отнюдь не герой-любовник, и никогда им не станет. Но кого винить? Ведь она сама выбрала его в мужья именно потому, что хотела иметь верного и преданного мужа!

Наверное, верность - палка о двух концах? Преданные мужья потому и преданы, что никому кроме своих жен больше не нужны?

Так рассуждала опечаленная Мэри, приказав служанке накрыть стол к обеду, а между тем, если бы она смогла прочитать мысли своего супруга, то сильно удивилась.

Вот уже почти шесть лет, как они жили рядом друг с другом: сидели за одним столом, укладывались в общую постель, много разговаривали о делах прихода, долгими вечерами читали книги, вели совместное хозяйство, но Мэри практически ничего не знала о своём супруге. Впрочем, этим грешат многие женщины, наивно думая, что если знают о кулинарных предпочтениях мужей, то тщательно изучили их натуру.

Викарий сидел в кабинете, автоматически сжимая в руках томик Сенеки, и размышлял над сложившейся ситуацией. Выводы он сделал неутешительные: кто-то сильно смутил его жену, лишил покоя и столь милой его сердцу сдержанности. Но кто?

Как ни странно, но Вудворта он практически сразу же отмел. Тот гостил в доме Кларенсов уж больше месяца, и при всей бьющей в глаза красоте никогда не производил на Мэри сколько-нибудь сильного впечатления. Миссис Харрис относилась к гостю Кларенсов скорее как к досадной помехе, постоянно жалуясь мужу на увлеченность Лиззи этим красавчиком.

А вот Мэтлок! Едва он появился в их краях, как Мэри заметалась вокруг него, как кошка вокруг горшка со сливками, забив себе голову проектом брака между графом и своей слабоумной сестрицей. Она не давала сэру Сиднею покоя, изо всех сил сводя его с Элизабет. Но может, юная Кларенс была всего лишь ширмой, и жена сама увлеклась их новым ленд-лордом?

О Мэтлоке ходили слухи как об известном сердцееде. Что ему было увлечь сельскую простушку? Примитивная и легкая задачка. Но неужели Мэри забылась настолько, что приняла его ухаживания? У викария похолодело сердце. За годы своего служения пастве он повидал столько предательства, лжи и распутства - в общем, всей той изнанки жизни, которая предстает перед глазами любого священника. Ведь от викария, как и от доктора тайн не бывает!

Ну что же, мистер Харрис решил выяснить всё - до конца!

У каждого из нас есть скелеты в шкафу, были они и у достопочтенного священника. В двух потайных ящиках бюро в его кабинете хранились вещи, которые он тщательно скрывал ото всех. В первом - докторский саквояж, со всем необходимым снаряжением, вплоть до корпии и ланцета. Распрощавшись с профессией, Харрис не смог отказаться от навыков ремесла и всегда держал его наготове.

А во втором тайном отделении в инкрустированном золотом ящике лежали два прекрасных пистолета, испанское мачете, острый как игла стилет и, конечно, же, сабля - всё, с чем он не расставался в годы странствий.

И пока из столовой раздавались мирные звуки расставляемой на столе посуды и шли переговоры жены с кухаркой, викарий любовно просмотрел весь свой арсенал. Он взвесил в руках пистолет, но после недолгого раздумья отложил его, примерив к запястью стилет.

Мистер Харрис никогда и никого не посвящал в свои дела, во всем полагаясь только на себя.

КЛАРЕНС-ХОЛЛ.

Мэри, когда дело не касалось её самой, как правило, рассчитывала всё верно. Все-таки она неплохо знала окружающий её с детства мирок.

Когда расстроенная миссис Харрис прибыла в Кларенс-холл, там уже царила настоящая толчея. Огромную залу с выцветшими обоями и облезшей обивкой кресел сегодня посетило небывалое для рядового чаепития количество гостей.

Во-первых, прибыл Мэтлок. Ему обещали свидание с невестой, и он не собирался его пропускать. Во-вторых, демонстрируя озабоченность состоянием здоровья Лиззи, примчались все участники вчерашнего пикника. А как же, такой удобный случай быть представленными графу! Прибыл сэр Арчибальд и ещё какие-то гости. В общем, столпотворение!

Мельком оглядев возбужденно гудящую толпу гостей, и с замершим сердцем отметив Вудворта, уныло стоящего в сторонке рядом с Джорджем, Мэри едва кивнула головой присутствующим и исчезла в спальне сестры.

Встревоженная Лиззи как раз заканчивала туалет.

– Меган там?
– со страхом подняла она растерянные глаза на сестру.

– Там, дорогая, - придирчиво оглядела её Мэри и поправила прическу, - все там! Ты не забыла наш вчерашний разговор? Мэтлок, дорогая, только Мэтлок!

Лиззи с тоской взглянула на сестру. Беседа с графом на виду у всей компании её явно не прельщала: девушка опасалась новых насмешек со стороны злоязычных соседок.

– Я боюсь...
– и она поперхнулась, недоуменно заметив,- ой, Мэри! Тебе так идет эта новая прическа, и вообще, ты сегодня такая красивая!

Мэри вскользь взглянула в зеркало. Действительно, не смотря на бессонную ночь, выглядела она неплохо, вот только с Джоном ей это не помогло. Вместо того, чтобы восхититься и запылать страстью, он ударил её по щеке и потребовал обед. Ничего кроме еды, ему не нужно! Она хотела иметь не интересующегося женщинами мужа, но ведь не настолько же!

И они с сестрой появились в гостиной, когда там уже начали разливать чай.