Не лишний

– Сема!
– Прервал разошедшегося Кройцмана Борис Абрамович.
– Мы уже все поняли про этот рай на земле. Теперь мы бы хотели услышать из тебя только одно. Как оно называется?

– Неужели, я до сих пор не сказал?
– Удивился Семен Маркович.
– Вы будете смеяться, он они не придумали ничего лучше, как назваться Форт-Доусоном.

– А в чем хохма?
– После непродолжительного молчания спросил у Кройцмана Максим.

– Н-да. Дело в том, что воспетый Джеком Лондоном, знаменитый по золотой лихорадке поселок Доусон относится к территории Канады и к Американской Аляске отношения не имеет.
– Объяснил Кройцман.

И?
– Попытался уточнить Иван.

– Да, ничего в общем-то.

– Пожал плечами Семен Маркович.

– Тьфу!
– В сердцах сплюнул Борис Абрамович.
– Сема, ты столько наговорил, но я задам тебе еще один вопрос. В этом, как ты говоришь, Форт-Доусоне есть орденские институции?

– Ни единой! Шотландцы и чилийцы за что-то очень не любят Орден. Русские и украинцы - Московский протекторат. А всем вместе, им наплевать на тараканы в голове у политиков из Форт-Ли.
– Дал развернутое пояснение Семен Маркович.

– Тогда еще один вопрос.
– Поспешил перебить старого знакомого Коган.
– А где ты собираешься зарегистрировать фирму?

– В Алабама-Сити, наверное.
– Пожал плечами Кройцман.

– Сема, а ты понимаешь, что в этом случае, те самые политики из Форт-Ли о тараканах в головах которых ты не хочешь думать, захотят поиметь и свой кусочек пирога?
– Всплеснул руками Борис Абрамович.

– Что ты предлагаешь, Боря?
– Спросил Семен Маркович.

– Порто-Франко.
– Словно отрубил Коган.
– Снимаешь комнатку в доходном доме, адрес я тебе подскажу, платишь долю малую хозяину за работу с почтой и не имеешь головной боли.

– А потом придут ребята-конфедераты и спросят, а что это мы тут делаем.
– Усмехнулся Максим.

– Сема с таким энтузиазмом расписывал нам прелести этого самого Доусона, что можно сделать, его таки там знают.
– Пожал плечами Коган.
– Так неужели местный мэр не сделает для друга Семы контракт на пару лет на взаимно необременительных условиях? Что скажешь, Сема?

– Если Брунько еще не переизбрали, то дешевле будет платить конфедератам.
– Замотал головой Кройцман.

– Да, это печально. Но, зная твой характер, Сема, смею надеяться, что разумный человек сможет найти общий язык с мэром, какой бы не была у него фамилия.
– Многозначительно улыбнулся Коган.

– Узнаю старого Борю Когана.
– Восхитился Семен Маркович.

– Так, это все замечательно!
– Вмешался Миха.
– А я где буду?

– Молодой человек!
– Немедленно откликнулся Борис Абрамович.
– Вот прямо сейчас я точно могу вам назвать четыре места, где вас не будет. Форт-Доусон, Порто-Франко, Москва и Демидовск. В первом месте нечего делать вам, а в остальных, делать то, что хотите вы, или бесполезно, или очень дорого.

Долго терпевшая беседу на незнакомом языке, Натали наклонилась к Максиму и спросила:

– Ты возьмешь меня с собой?

– Конечно!
– Удивленно посмотрел на девушку Максим.
– Как только Орден нас отпустит…

– Нет! Я хочу сразу поехать с тобой!
– Одновременно и с категоричными, и с просительными интонациями в голосе воскликнула Натали.

– Я не могу этого решить.
– Развел руками Максим.
– Как скажет Орден.

– Не все так просто, молодой человек!
– Сочувственно глядя на пригорюнившуюся девушку, воскликнул Семен Маркович.
– Или вы думаете, добрый дядя Сема вместе с дядей Огастом не позаботились о счастье молодых?

– Твою мать!
– С чувством воскликнул Максим.

– Вот-вот. Мать родная не позаботилась бы о вас лучше дяди Семы.
– Семен Маркович явно веселился.

– Семен Маркович!
– Нежным голосом начал Максим.
– Что вы еще учудили, а? Лучше признайтесь сразу!

– Спокойно, молодой человек! Семейному человеку не пристало так себя вести.
– Погрозил пальцем Кройцман.

Под общий ржач понимающих по-русски, Семен Маркович извлек из кармана сложенный в четверо лист не очень качественной бумаги и принялся медленно его разворачивать.

– Убью!
– Прошипел Максим, делая “зверское лицо”.

– Итак, что мы имеем? А имеем мы бумагу, и что немаловажно, бумагу с печатью.
– Семен Маркович собирался сделать многозначительную паузу, но посмотрел на Максима и поторопился продолжить.
– И говорится в этой бумаге, что община поселения как-его-там, не могу запомнить, а прочитать эти каракули таки не просто, не возражает, чтобы некий Максим Виноградов взял в жены сироту Натали. Да, еще тут сказано, что по их меркам, девушка вполне может иметь мужа.

– Объяснить не хотите?
– Обманчиво спокойно спросил Максим.

– Сема, позволь мне. Ты таки перегнул палку.
– Остановил Кройцмана Борис Абрамович.

Новая Земля, Кейптаун, кафе “La cantine”, день девятый, 22 год, 11 день 9 месяца, 23 часа.

– Молодой человек, вы плохо представляете себе реалии этого мира.
– Глядя Максиму в глаза, произнес Борис Абрамович.
– Я задам вам только один вопрос. Как вы представляете себе дальнейшую судьбу девочки и ее брата, если вы не согласитесь быть ее мужем? Хотя бы формально. Как говорится, для галочки.

– Ну, дядя Сема говорил, что можно усыновить.
– Чувствуя подвох, ответил Максим.

– Можно.
– Согласился Коган.
– Делает это, обычно, тот, кто спас ребенка. Вы хотите усыновить девочку и ее брата?

– Чего обязательно я? Вон, Семен Маркович может.
– Осторожно кивнул головой на Кройцмана Максим.

– Может.
– Снова согласился Борис Абрамович.
– Оставим в стороне моральный аспект. Ведь, согласно неписанным правилам, усыновить должен именно тот, кто спас. Передача такого права третьим лицам считается моветоном и не приветствуется нигде. Но, в вашем случае, у вас есть железный аргумент: вы не имеете документов. Фактически, вас нет в этом мире. Итак, Сема пришел в офис Ордена с таким заявлением.
– Борис Абрамович отхлебнул остывшего кофе и продолжил дальше.
– Я называю вопросы, которые ему зададут. Уверен ли он, что у детей не осталось родственников ни со стороны матери, ни со стороны отца? Была ли у родителей этих детей какая-нибудь собственность и переходит ли она по наследству детям? Где проживает сам Сема и каким образом он собирается содержать несчастных детей? Почему Сема считает необходимым увезти детей из привычного им окружения на другой конец света? Можно продолжать еще, но я перейду к Семиным ответам. Итак, он говорит, что по словам детей родственников у них нет. А давайте проверим, говорят Семе в ответ. Назовите фамилию отца и девичью фамилию матери. Ага, по базе у нас проходит пятеро таких и шестеро таких. Вам придется подождать, пока мы разошлем запросы по все адресам и не выясним, не являются ли они родственниками детей. Правда, продолжают объяснять Семе, двое из этих людей уже три года не приходили в наш банк, но нам ведь не к спеху, может они придут прямо завтра.

Борис Абрамович взял паузу, чтобы попросить горячего кофе. Взглянув на насупившегося Максима и недоверчиво смотрящих на него Кройцмана с Иваном, Коган продолжил.

– Какой там был у нас второй вопрос? О собственности? Вам продолжать подробно объяснять или вы сами догадаетесь, что скажут Семе?
– Криво ухмыльнулся Борис Абрамович.
– Вижу, догадываетесь. Поэтому перейду сразу к выводу. Знаете, уважаемый, скажут Семе, вы сами все прекрасно понимаете. Поэтому езжайте-ка вы восвояси, а дети поживут в специальном пансионе Ордена. А там, глядишь, и родственники отыщутся. Или дети станут совершеннолетними. Или усыновитель достойнее найдется.