Не все ответы...

Старик отставил в сторону стакан, который протирал, и задумался, где и когда он мог видеть этого молодого шида.

– Какой день был длинный... У меня глаза слипаются!
– Туг просто рухнул спиной на кровать, свесив ноги, и пожаловался, - сил нет даже сапоги снять.

Кровать, на которую он упал, подпирала дверь шкафа. Тайрэд оценивающе глянул на сонное лицо сына, и поднапрягшись, отодвинул кровать вместе с Тугом.

– Попросил, я бы встал...
– прокомментировал юноша, переворачиваясь на бок.

Тайрэд недоверчиво хмыкнул и выпустил мальчишек. Старший первым делом зыркнул в сторону двери - предусмотрительно запертой, потом на разлёгшегося на кровати Туга и чуть позеленел.

– Просьбы, пожелания?
– Тайрэд встряхнул их, чтобы привлечь внимание.

Аган, для разнообразия, побелел, а Щеб очень смутился.

– А... в туалет, можно?
– проговорил он.

– Отчего ж нет?
– мужчина подвёл его к двери, - направо по коридору.

Мальчик растерянно оглянулся на товарища. Аган встрепенулся.

– Мне тоже надо!

– А вот как он вернётся, так и пойдёшь, - ухмыльнулся Тайрэд.

Щеб ушёл, печальный и поникший. Аган спиной забился в угол возле шкафа, и настороженно поглядывал по сторонам. Воины вроде бы на первый взгляд совсем забыли о своём малолетнем пленнике. Они перебрасывались малопонятными шутками, готовясь ко сну. Но мальчик не сомневался, что стоит ему хоть подумать о бегстве, как они это тут же заметят.

– Как устроимся?
– Туг с любопытством заглянул в шкаф.
– Спать здесь неудобно...

Тайрэд посмотрел на мальчишек, обвёл взглядом комнату.

– Желающие могут спать на кровати, - проинформировал он.

– Спасибо, не надо, - немедленно отказался Аган.

Мужчина посмотрел на него как-то насмешливо, но не зло. Мальчика это не успокоило. Добрые взрослые в его понимании были самыми опасными. Они обманывали.

– Дети будут спать на кровати, - решил шид.
– а я преотлично высплюсь на полу.

Он не шутил, даже дома Тайрэд предпочитал спать на жёсткой и ровной поверхности, хотя у него и была своя кровать... Теперь уже Кирмы...

Ночью Аган несколько раз пытался потихоньку выскользнуть из комнаты, пока Тайрэд, которому надоело слушать постоянное шебуршение, не пригрозил связать его. После этого мальчики заснули, и спали настолько крепко, что их пришлось будить к завтраку.

После завтрака Тайрэд некоторое время размышлял, пристально разглядывая воришек. Мальчики опасливо держались от него подальше, что в условиях тесной комнатёнки оказалось нелёгким делом. Наконец, шид пришёл к решению.

– Ты, сбегай на рынок, узнай, не выставили ли уже коней из Кариты, - Аган посмотрел на товарища, забившегося в угол между кроватью и стеной, и мрачно кивнул. Туг открыл ему дверь и только покачал головой, с какой готовностью мальчишка рванулся на волю.

– Он вернётся?
– озвучил юноша свои сомнения.

– А какая разница?
– мужчина смотрел на малолетнего лоххо. Тот сел, где стоял, прижав колени к груди, и сердито хмурясь. В отличие от старшего товарища, уходя, он никогда не испытывал сомнений, что вернётся. Но всегда боялся, что лаки оставит его одного.

В этот раз его страхи не сбылись. Запыхавшийся Аган вбежал в комнату, бодро отрапортовав о прибытии каравана. После чего, по очереди посетив отхожее место, мальчики послушно отправились в уже хорошо обжитый шкаф.

Глядя на припёртую кроватью дверцу, Тайрэд усмехнулся, и неожиданно подумал, что примерно так же проверял его Сладкий Дождь. Отпускал и возвращал, пока он не начал возвращаться сам. Неожиданное сходство принесло с собой теплое чувство дома.

Ах, пряный аромат торгового рынка! Даже Тайрэд, ненавидевший всякого рода людские сборища, не мог не оценить прелести местного рынка, шумного и многообразного, но неизменно пёстрого и богатого. Туг, тот вообще был очарован с первого взгляда. Тайрэду уже пришлось вытаскивать непутёвого отпрыска из-под колёс гружённой шёлком телеги и за шиворот оттаскивать от палатки танцовщиц.

В очередной раз выдернув сына, засмотревшегося на стадо коров, белоснежных и круторогих, вяло пытающихся отыскать в вытоптанной глине хоть одну травинку, шид повернулся, и остолбенел. Какой идиот выставил табун породистых лошадей в ряду мясного и молочного скота?

Жеребята тянулись к рукам, тыкались в ладони бархатными носами. Тайрэд обречённо нахмурился. Туг выглядел... сияющим.

– Туг...
– осторожно окликнул сына Тайрэд, - Туг, ты не представляешь, как трудно вырастить жерёбёнка без матери. А их двое!

Юноша оглянулся недоумённо.

– Туг, они слишком маленькие, - попытался он вбить в сына хоть немного толка, - им ещё молоко нужно! Где мы возьмём кобылу?

– В деревне есть пара коров, - отозвался юноша.

– Имей совесть, людям и самим жрать нечего, - Тайрэд на пару минут призадумался, сочувствуя своим новоявленным подданным. Устраиваться на новом месте всегда нелегко. Конечно, Анхи с драконами помогут с обустройством деревни, так что жильём переселенцы вскоре будут обеспечены. И запуганы изрядно, как же без того? Но вот с едой ожидались проблемы. Ну, может проблемы это слишком сильно сказано, деревенские везли с собой все запасы зерна и сборов, сушёные фрукты и остатки мяса с забоя прошлого года. Но зерно предназначалось на посев и людям грозил голод. Тем более, что охотиться им Тайрэд запретил, да и рыбы в озере было не так много, чтобы прокормить полсотни человек. Куда ему ещё жеребята, когда не знаешь, что с людьми делать?!

– Пап, посмотри на них!
– окликнул его Туг.

Мужчина посмотрел. Продавец сказал, что мать жеребчика пала в пути, а кобылка осиротела сразу после рождения. Руки бы поотрывать тому придурку, что так небрежно обращается с ценной породой.

Справа заржали и Тайрэд обернулся к соседнему выгону. Пара подросших жеребцов выясняла отношения и никто не торопился их разнимать. Двухлетки... и похоже, совершенно необъезженные. Шид перевёл взгляд на загон, в котором его сын ласкал пару жеребят. Им ещё и сезона нет.

– Туг, ты в уходе за жеребятами разбираешься?
– напрямик спросил он.

– Конечно!
– не отрываясь от своего занятия, отозвался Туг.
– Я же вырос на конюшне!

– А объезжать их, видимо, мне придётся...
– Тайрэд вздохнул. Без лишних слов понятно, что парень возьмёт эту пару. Вот так, ехали за одной лошадью, а получили пару жеребят.

Кобылка, которой доставалось меньше ласки, чем её более активному товарищу, заметила ещё одного человека и потянулась к нему через забор.