НеКлон

Мы ехали больше получаса. Я выглядывала через щель обшивки прицепа и видела только асфальт, и пустырь: ни одного дома, ни одного человека, ни одной машины, только трава, возвышенности, впадины, странные знаки на металлических столбах… Значит Баркер не врал и не преувеличивал, когда говорил, что Миррор располагается вдали от цивилизации… Располагался.

Погода продолжала ухудшаться, снаружи всё больше темнело, из-за скорости в прицепе сильно похолодало. Прижавшись спиной к стене, я спрятала руки в длинных рукавах кофты, а затем засунула их под мышки. Примерно спустя пять минут после этого, мы вдруг начали по чуть-чуть останавливаться и вскоре совсем остановились. Я сразу же услышала человеческие голоса и приникла глазами к щели в матерчатом каркасе прицепа: мимо машины проходила молодая девушка с ребёнком, который, судя по его возрасту, не мог быть её собственным.

– Матильда, подожди же, у меня развязался шнурок!

– Из-за тебя мы опоздаем на автобус! Если бы ты раньше проснулся, а не играл до полуночи в приставку…

От слова “автобус” меня запоздало закоротило. Машина снова тронулась с места, девушка с мальчиком исчезли из вида, я мгновенно вскочила на ноги и, поспешно переступая через ящики, направилась в хвост прицепа. Отстегнув край материи, я уже представляла, как буду выпрыгивать на ходу, и надеялась, что мне повезет не переломать себе костей, как вдруг машина снова начала тормозить. Дождавшись полной остановки, я поспешно спрыгнула на асфальт и машинально пробежала двадцать метров вперед. Резко остановившись, я обернулась и увидела, как водитель уже стоит у прицепа и с недоуменным видом осматривает приоткрытую материю. Заметив, что он начинает поворачиваться, я резко отвернулась и сразу же увидела, как девушка с мальчиком переходят дорогу по направлению к большому зелёному зданию, на крыше которого большими красными буквами было начертано заветное слово “АВТОСТАНЦИЯ”.

Сразу после этого мой взгляд выхватил ещё больше деталей. Вокруг меня развернулось нечто невообразимое: много одноэтажных домиков, огоньки, знаки, гирлянды, слова, цифры – все краски покрыты серостью, рожденной пришедшими с севера тучами. Рассматривать всё это диво было некогда: мальчик с девушкой скрылись в здании, а я слышала, как девушка отчётливо сказала раздраженным тоном о том, что они опаздывают на автобус… Автобус. На него можно опоздать? Нужно успеть!

Девушки с мальчиком нигде не было. Но зато были автобусы: целых два! Стояли припаркованными к зданию. Такие большие, что даже не верилось…

Засунув руки в карманы кофты, я начала разглядывать эти интересные машины – как они, такие большие, не опрокидываются? А вдруг сейчас возьмут и уедут? Мне нужно уехать с ними, чтобы оказаться как можно дальше от Миррор или, вернее, от того, что от него осталось.

Я снова начала осматриваться по сторонам в поисках девушки с мальчиком, и вдруг мой взгляд зацепился за молодого мужчину. Он вёл на поводке настоящую собаку! Его образ как будто с фотографии глянцевого журнала сошёл, только мужчина был не красавцем, а самым обыкновенным и в придачу заметно невыспавшимся оригиналом.

Мужчина подошел к странному окну, выпускающему из стены тусклый голубоватый свет. Я стала наблюдать.

Он что-то положил в выемку под окном. В ответ ему выдали какую-то бумажку. Приняв её, он направился в сторону автобуса, и в этот момент меня словно громом поразило: над окошком мерцали белым светом буквы, сложенные в слово “касса”. В голове зазвучало эхо воспоминаний:

“– А где оригиналы берут эти билеты?

– Я же сказал, покупают за деньги. В специальных кассах”.

Это ведь касса?! По крайней мере, именно это слово настораживающе-неуверенно мерцает над этим окном. Значит, это так… Нужно пробовать, иначе не узнаю.

Глава 18

Под звук накрапывающего дождя я достала из рюкзака все деньги Баркера, что у меня были, искренне надеясь на то, что их хватит на билет, но ещё больше надеясь на то, что передо мной именно та самая касса, которая мне нужна – с билетами на эти большие машины, называемые автобусами.

Натянув кепку на лоб и сдвинув брови, я наигранно уверенным шагом подошла к тускло освещенному окошку и сразу же опешила от странной картины: по ту сторону окна сидела женщина, несомненно оригинал, а её коротко подстриженные волосы… Они были такими ярко-красными, что в солнечную погоду от такого цвета могло бы резать глаза! Таких волос в Миррор ни у кого не было: ни у клонов, ни у оригиналов. Это зрелище настолько поразило меня, что я даже не поняла того, что разглядывая прическу незнакомки, замерла с приоткрывшимся от удивления ртом. Мне повезло, что распространительница билетов на автобусы оказалась сонной, в противном случае она бы обратила внимание на мой растерянный взгляд.

– Куда желаете уехать? – тяжело вздохнув через подавленный зевок, совсем незаинтересованным тоном задала неожиданный вопрос женщина, явно обращаясь ко мне.

От ещё большей растерянности я забегала взглядом по окну и вдруг выхватила на его правой стороне приклеенную карту.

– А куда можно? – наконец отозвалась неожиданным ответом-вопросом я.

– Как куда? Да хоть в Норвегию или в Финляндию.

Я читала книги по географии и хорошо знала названия, и расположение практически всех стран мира.

– Нет, в Норвегию и в Финляндию мне не нужно, – вспомнив слова наставника Баркера, касающиеся паспорта, я непроизвольно нахмурилась.

– А куда тебе нужно-то? – Я окончательно растерялась. Не дожидаясь от меня внятного ответа, женщина решила продолжать говорить: – Из ближайшего есть билеты на автобусы до Йокмокк и Лулео.

Мой взгляд впился в большую красную точку на карте. Кажется, я только что узнала, куда именно мне хочется – в эту точку.

– А в Стокгольм можно?

– Конечно можно. Но единственный автобус до Стокгольма будет только через четыре часа, плюс одиннадцать с половиной часов придётся провести в пути.

– Отлично, давайте Стокгольм.

– Уверена? Быстрее будет добраться до столицы на скоростном поезде – всего за четыре часа. Старт с железнодорожного вокзала как раз через два часа. Ты местная? Знаешь, где находится местная железнодорожная станция?

Мой пульс начал учащаться:

– Нет-нет…

– Не местная?

– Нет, не то. Мне не нужен поезд. Мне нужен автобус.

– Любой каприз за твои деньги, милая.

– Да, у меня есть деньги, вот, – я показала деньги собеседнице.

– Сейчас оформлю билет, – она сказала заветное слово “билет!” – Положи деньги, – с этими словами она выдвинула вперед странную выемку под окном. Стараясь сохранять невозмутимое выражение лица, хотя в эти секунды внутри меня всё дребезжало, словно расстроенный оркестр, я положила в выемку бумажку с самым большим номиналом – сотку. Женщина сразу же задвинула выемку обратно к себе. – Слишком большая купюра, поменьше не найдётся?

Кажется я онемела от переживания и стараний сохранять невозмутимость лица, отчего, не произнеся ни слова, я лишь показала собеседнице бумажку с цифрой пятьдесят.