Невесомость

– А что было потом?
– осторожно спросила я.

– Так продолжалось довольно долго, а когда через два года он закончил университет, то мы стали редко видеться. Он связался с не очень хорошими людьми, расстался со своей девушкой, сменил номер, и я практически ничего о нём не знала, а встречая наших прежних общих друзей, только и слышала, что Миша уехал в Москву делать карьеру. Тогда я стала забывать о нём, - произнесла она, немного погрустнев. Я же не стала её перебивать, хотя чувствовала, что зря затеяла этот разговор.
– А однажды он позвонил и признался, что любит меня. Как я в те секунды была счастлива, Анжел, - искренне улыбнулась Лиза Алексеевна, делая глоток чая.

– И с тех пор вы вместе?
– улыбнулась я в ответ.

– Ну, не совсем. Мы так и не договорили по телефону, как он бросил трубку. Номер был засекречен, поэтому сделать обратный звонок у меня не было возможности, и тогда я решила сходить к его родителям. От них я узнала, что Миша лежит в московской наркологической клинике, лечится от наркотической зависимости. И не думая ни о чём, я в тот же день собралась и поехала к нему в больницу.

– Лиза Алексеевна, неужели это всё правда?
– произнесла я тихим голосом, осознавая, как глупо прозвучал мой вопрос. В голове никак не укладывалось воедино услышанные слова с успешным, интеллигентным и довольно представительным Мишей.

– Я понимаю, как сложно в это поверить, но это так, - кивнула моя учительница, слегка улыбнувшись. - Через год Мишу выписали, и с тех пор мы стали жить вместе. Он с головой ушёл в карьеру, наладил общение со старыми друзьями, и...вот так мы пришли к тому, что имеем на данный момент.

– Не верится, - протянула я, всё ещё пытаясь осмыслить сказанное.
– Я думала, что у вас всё было идеально, без таких серьёзных проблем.

– Анжел, мне и самой сейчас не верится, что мы через всё это прошли. А в жизни, наверное, без проблем никак. Они делают нас сильнее, - проговорила моя учительница, допивая свой чай.

Мы ещё довольно долго говорили на какие-то отвлеченные темы, и если бы не мои курсы по живописи, то, наверное, наша беседа ещё долго бы не заканчивалась. Тепло попрощавшись со своей учительницей, я направилась в студию заканчивать постановку с самоваром и сушками на фоне теплых пастельных оттенков драпировок.

Всё двухчасовое занятие я думала о Денисе, о разговоре с Лизой Алексеевной и пыталась понять, как мне быть дальше. "Может быть, стоит поговорить с Кариной?" - спрашивала я себя, но тут же отмахивала эту мысль. Не хотелось никого впутывать в эту историю, да и выяснять за спиной Дениса его прошлое, было тоже не самой лучшей идеей. Я надеялась, что время само всё расставит по своим местам, а пока, думала я, пусть всё будет так, как будет.

Вернувшись с курсов, я застала дома кромешную тишину и потемки, которые были для нас непривычны. Разувшись и пройдя в нашу с Кариной комнату, я обнаружила её уснувшей в своей постели с книжкой в руках. Это была "Вино из одуванчиков" Рэя Брэдбери - любимое произведение моей сестры, которое она не раз уже перечитывала. Я невольно улыбнулась, глядя на сладко спящую Карину, прижавшую книжку к груди, и осторожно, стараясь её не разбудить, взяла из шкафа своё голубое полотенце, чистые шорты с футболкой и пошла в ванную. Когда вышла, то застала свет на кухне.

– С легким паром!
– воскликнула Карина бодрым голосом.

– Спасибо, Карин, - просияла я, увидев её теплую улыбку и рыжие волосы, собранные в слабую косу.
– Я всё-таки разбудила тебя?

– Да нет, я даже не слышала, как ты вернулась. Мне Вика сейчас просто позвонила насчёт алгебры, - ответила она, попивая свой кофе.
– Я тебе кофейку тоже сделала, попьешь со мной?

– Конечно!
– бросила я, присаживаясь рядом.
– Как прошла ваша репетиция?

– Да можно сказать, никак, - звонко рассмеялась моя сестра.
– Почти всю репетицию проржали, пробесились и ни одного движения не выучили. Даже песню не смогли выбрать.

– А Вика всё-таки с Кириллом?

– Да, она на протяжений всей репетиции так неописуемо светилась от счастья. Как бы я хотела, чтобы у них всё сложилось.

– Я уверена, что так и будет, - наслаждаясь ароматом кофе, искренне заметила я.
– Просто всему своё время.

– Они были бы идеальной парой, да ведь?

– И гармоничной, - согласилась я, глубоко желая, чтобы наши с Кариной предположения оправдались.

– Анжел, а как отреагировала Лиза Алексеевна на твой подарок? Ей понравилось?

– Кажется, что да, - не в силах сдержаться от улыбки, ответила я.
– Самое главное, что эти светильники очень подошли по стилю их спальни.

– Ну я ведь говорила, что она будет в восторге, а ты мне не верила. Подарок, к которому приложена твоя рука, не может быть плохим.

– Не скажи, Карин, - прыснул я от смеха, припомнив, как однажды несколько лет назад вязала маме на Новый год свитер, а уже почти при завершении своей работы потянула не за тот конец, и случайно половина моего рукоделия распустилась.
– Мне далеко немногое удаётся сделать своими руками.

– Снова ты себя недооцениваешь, - протянула Карина, оставив кофе и нежно приобняв меня сбоку, положив голову на плечо.

– Мне не верится, что всё подходит к концу, - произнесла я расслабленно, спустя небольшую паузу.
– Через месяц последний звонок, через два уже выпускной...и вся эта школьная жизнь останется в прошлом.

– Ты ни разу не пожалела, что перешла в наш класс?
– с интересом спросила Карина, продолжая обнимать меня.

– Ты ещё спрашиваешь? Перейти в ваш класс - это лучшее, что со мной только могло произойти.

– Не представляешь, как мне приятно это слышать, - радостно проговорила она.
– Хочу чтобы наш выпускной запомнился нам на всю-всю жизнь. Хочу, чтобы он прошёл так ярко, как ни у кого никогда ещё не было.

– Было бы здорово, если бы вы с ребятами сыграли несколько песен на выпускном, - заметила я с улыбкой.

– Ой, особенно будут рады родители, я чувствую, - рассмеялась Карина, оторвавшись от меня.
– Скрим-партии Игоря придутся им по душе.

– Да ну тебя!
– поддержала я смех.
– Я ведь серьёзно.

– Анжел, я знаю, - мягко произнесла она, вернувшись к своему кофе.
– Мне очень нравится эта идея, и если никто не будет против, то, конечно же, мы выступим.

В эту секунду из прихожей раздались родительские голоса, а через минуту мама с дядей Пашей уже прошли на кухню с огромными, полностью забитыми продуктами двумя пакетами.

– Привет, мамуль, - чмокнула я её в щечку, выйдя из-за стола.
– И здрасте, дядя Паш!

– Привет, привет, - поздоровался он, приобняв меня.
– Кофейко попиваете?