Невыдуманные истории

Четыре часа назад наш обычный панельный подъезд со стороны юга, запада и востока имел

лишь еле уловимые очертания. Наличие стен и окон угадывали только коренные жители, и то

— по памяти. Окружающую дом среду последние двадцать лет затмевал американский клен.

Хамоватое, надо признать, растение. В ветреные дни он угрожающе скрипел и хлестал

жильцов ветками по окнам. Родители, с первого по девятый этаж, велели детям к

подоконникам не приближаться.

«Разобьет — не разобьет» — любимый ребус жителей. В аутентичном варианте звучит

непечатно. Главное, замереть с веником-совком на безопасном расстоянии, и можно гадать

часами. Такие себе адреналиновые вечера нашего подъезда.

Признаться, лично я представителя буржуйской флоры (уж не знаю, за что клен

«американский») уважала. Он служил шторой, занавеской и жалюзи. Причем одновременно.

«Супер-Анти-Любопытин». В условиях «колодца» (четыре дома лицом к лицу) — вещь

незаменимая. Можно было смело переодеваться, не запираясь в ванной, и вообще, заниматься

черт-те чем. Например, летать на метле по периметру комнаты, ну или печатать деньги.

Однако соседи конспиративных качеств дерева не ценили. Обвиняли его в распущенности

веток, мрачности помещений и, как результат, в чрезмерном пожирании дорогостоящего

электричества. Каждый год к обвинителям добавлялся один этаж.

Тетя Лена живет на третьем. Ее с кленом связывает многолетняя история, заключенная в

эпистолярный жанр. Она писала в инстанции и собирала подписи. Звонила и подолгу слушала

произведения раннего Моцарта, где в качестве конферансье выступал приятный женский

голос: «Абонент ответит вам через сорок... пять... минут». Ожидала пару дней, пока чиновник

вышел на перерыв, потом еще недельку, пока шло совещание, потом праздники с декабря по

май… Шли годы. Менялись лица, фамилии и оскалы власти. Тетя Лена с кленом ждали.

Неожиданное появление артефакта изменило жизнь первого подъезда мгновенно и до

неузнаваемости. От звонка «старейшины» до приезда мужчин с пилами прошло не более двух

часов. Мне показалось, клен впервые за много лет сменил хамскую позу на застенчивую и

сложил лапы так, что даже листья не касались окон. Мужчины с пилами этой смиренности не

заметили. Все зажужжало, завертелось, посыпалось. Тетя Лена стояла у окна и не верила.

На глазах изумленной женщины заклятый враг ее превращался во множество пней, пеньков

и пенечков разного диаметра.

Двор оживился. Забеспокоились сигнализации авто, соревнуясь в противности визга.

Выбежали дети, чтоб успеть занять места поближе к точкам падения веток. Из окон

перекрестно заорали бабы:

— Нина! Шо цэ вони пылять? Лять-лять-лять-лять (во дворах-колодцах удивительно

красноречивое эхо).

— А кто их прыслав? Ав-ав-ав-ав...

— Кернес! Эс-эс-эс-эс...

— Кернес?? Эс-эс-эс-эс...

— Кернес!!! Эс-эс-эс-эс...

— А хто цэ будэ вбыраты? Ты-ты-ты-ты...

— Та його ж компания! Ни я-ни я-ни я...

Вышли «старейшины» других подъездов, стали умолять мужчин с пилами записать их

клены (каштаны, липы, тополя) в очередь на ликвидацию. По рукам пошел измятый листок с

магическими цифрами.

Эс-эс-эс-эс — раскатывалось эхо во всех уголках двора. Через сорок минут в окна подъезда

№1 пришел Свет…В детстве я ненавидела Шарля Перро за эту его фишку с боем часов, когда

наконец заслуженно счастливая Золушка снова оказывалась в лохмотьях. Помните, еще такой

трогательный момент в мультипликационной экранизации, когда на всем скаку карета

превращается в тыкву, кони в крыс, и девушка аж спотыкается от неожиданности.

«Сволочь»! — всегда обзывала я сказочника, и папа давал мне подзатыльник.

Вот мне теперь интересно: ровно в полночь 31 октября — превратится ли артефакт в

реликвию?

«Реликвия — свято хранимая, почитаемая вещь, связанная с историческими событиями

прошлого». (Википедия)

MediaPort blogs, октябрь, 2010 г.

ПЛАНЕТА «ШКОЛА». ПОДАЙТЕ НА НУЖДЫ КОСМОСА

Перевела ребенка в другую школу. За два часа. Система почти не сопротивлялась, даже не спросила «почему». Не

успела. Я на нее обиделась сильно, хлопнула дверью так, что обсыпалась штукатурка по двести евро за грамм…

Пару дней рассказ был совсем непечатным. Самые острые эмоции пришлось выплеснуть на

друзей. Наташа покивала и сказала «хм», Таня отметилась словосочетанием «вообще уже».

Все остальные реакции можно объединить в одно предложение: «Ты что, с другой планеты?

ЩАС ВЕЗДЕ ТАК!»

В младшей школе на моей планете все было хорошо. Ну, или относительно хорошо. Теперь

дочери предстояло перейти на следующий уровень. Кабинетная система, разные учителя, новые предметы...

— Вот, — объясняла я ребенку еще в конце августа. — Начальные классы — это вообще, считай, была не школа — так, разминка. Сейчас у тебя появится шанс показать себя по-

новому. Проявить лучшие качества.

Ну и так далее. Люблю поумничать. Дочь хитрая, она в таких случаях говорит: «Да, конечно, конечно» и «Я все поняла, мамочка», а потом быстро спрашивает про адронный коллайдер и

надолго переводит тему.

Не важно. В общем, форму купили, на учебники сдали. Косички, дневник, шарики — и

вперед навстречу новым знаниям-открытиям.

Черт меня дернул на второй неделе дневник открыть. Там красным по грязно-серому

безапелляционно значилось: «Родительское собрание. Явка обязательна». Я так не люблю, нет

бы написали: «Приходите, пожалуйста, будет забавно». Никакого креатива.

Пошла. Полетела в смысле, через пару тысяч световых лет. Роковая была ошибка. Дело в том, что я по наивности своей инопланетной посчитала поводом для такого мероприятия (в начале

сентября) именно переход детей в другое школьное измерение. Ну, там, адаптация к новой