O(r/d)dinary

А внутри всё неприятно скребется и царапается. Совесть, наверное.

Она так устала бояться, что выплеснула всё своё негодование на Мака. Таких неблагодарных как она ещё поискать.

– Бин. Я действительно ухожу.

Бин пожала плечами. Но глаз не подняла.

***

Ян сидел на балке под потолком. Изящная рука подбрасывала в воздух яблоко и бесшумно его ловила.

Джерри его бы и не заметила, если бы это яблоко не уронили ей ровнехонько на голову.

Она подняла негодующий взгляд вверх. И столкнулась с ледяными глазами.

– Таким образом в своё время открыли закон силы притяжения. Подумал, может, и у тебя мозгов прибавится, – Ян ни капли не раскаивался. И следом за яблоком в Джерри полетел уже другой предмет, который ей пришлось ловить, чтобы ее ненароком не зашибли.

Им оказался телефон.

– Мак передал. В нём – наши номера. Обещался оплачивать тебе интернет каждый месяц. А ещё, кому бы ты не звонила, тебя не отследят. Ведь тебе наверняка есть с кем связаться.

Ален больше не смотрел на Джерри. Но и без холодного взгляда в каждом его слове чувствовалась корочка льда.

"Тебе давали шанс, Джерри Фэй. А ты так легко от него отказалась. Пусть это и только твой выбор".

***

Джерри стояла у входа в здание с кроваво-красной надписью "Oddinary".

На экране телефона уже был вбит выученный наизусть номер. А палец всё никак не желал нажать на кнопку вызова.

Джерри сдалась.

Гудки шли долго. Почти бесконечно. А когда трубку сняли, сердце пропустило удар.

– Это Джерри. Ещё помнишь мой голос? Говорить безопасно, не переживай.

– Господи, – в одном только слове слышалось, насколько огромная гора упала с плеч брата. – Ты жива. Какое счастье.

Джерри улыбнулась.

– Думаю, это единственная моя заслуга, – призналась она. – В остальном, как понимаешь, всё паршиво.

– Где бы ты ни была, не возвращайся домой. Никогда, – жёстко продиктовала трубка. – Живи как угодно, где угодно. Но на свободе. Потому что ничто её не заменит.

– Говоришь так, будто знаешь это лучше меня, – легонько рассмеялась Фэй. Но когда услышала молчание в трубке, ее осенило. – Неужели ты?...

– На пути к тому, чтобы стать рок-звездой, – подтвердил ее догадки брат. – Ты была права, Джерри.

Джерри почувствовала, как по щеке скатилась слеза.

– Твоя способность – дар, а не проклятье. Она может принести счастье и спасать жизни. И если найдутся люди, которые тоже это поймут, береги их. И себя. Я люблю тебя. Спасибо тебе за все.

Трубка замолчала. Короткие гудки заполнили слух.

Дрожащие пальцы открыли контакты.

– Прости меня, пожалуйста. Прости. Я не хотела.

Каждое предложение сопровождалось шмыганием носа. Джерри пыталась остановить рыдания, но они вырвались из нее, накопленные за долгие месяцы страха и одиночества.

Всё ещё находящийся на связи Джесс вышел к ней. Покачал головой.

И крепко обнял.

***

За ней обязательно придут. Странный клуб знал это с тех пор, как Джерри осталась. Внимательно следил за тем, чтобы она была в безопасности.

Фэй выполняла несложные задания, наотрез отказываясь идти в оперативники. Ей хватило впечатлений от скитаний и той единственной вылазки. И никто ей не перечил.

Время шло. Спустя несколько месяцев к их команде присоединились Рин и Черри.

Эти двое прижились в Клубе с гораздо меньшим ворохом проблем, чем Джерри. Точнее, их не было вообще. Они просто пришли и стали жить. И уже Фэй рассказывала им, что в этом странном месте откуда растёт. Весьма иронично.

За Джерри придут. Не могло сложиться так, что ее не попытаются вернуть домой.

И за Джерри действительно пришли.

Пришел никто иной, как Алекс Ли.

Акт LXXVII. Монеты и гром

Правило клуба O(r/d)dinary №84: За белой полосой всегда идёт чёрная. Но и за чёрной – белая

Всё началось с раскатов грома. И выроненных монет, которые стремительно покатились во все стороны. А Том просто стоял и глядел на них, даже не пытаясь поднять.

Пока каждая не замерла. Пока в уголках глаз не собралась влага и он не поднял их к небу.

***

Ночные звонки – всегда тревожные. У Алекса ночь всегда наступала под утро. Те немногие, кому он давал свой номер, знали об этом и не стали бы беспокоить в такое время без веских причин.

Потому, стоило увидеть имя вызывающего контакта, он пулей вылетел за дверь. Как был, в майке и тонких штанах. На мороз. В жуткий снегопад.

– Какого черта вы там делаете?! Разве я не говорил вам не влезать в аномальное?! Спрячьтесь так, чтобы вас не нашли и продержитесь до моего прихода!

Только не смейте умирать. Не смейте...

***

Три фигурки перемахнули через низкое ржавое ограждение и устремились к старой деревянной постройке. Когда ферма действовала, она служила хлевом. Теперь же об этом напоминала лишь жухлая солома по углам да старая рухлядь.

Шаткую дверь захлопнули и подперли тяжёлыми бочками с замёрзшей дождевой водой.

Снег прорывался сквозь щели в стенах. Своим светом выхватывал исказившиеся в ужасе лица сбившихся в кучку парней.

Оно приближалось. Оно навалилось на хрупкую трухлявую дверь всем весом. Проломило ее своей тушей. И уставились на них голодными глазами.

Видел его лишь один. Но чувствовали ужас от происходящей чертовщины все трое.

И тот, кто видел эту тварь, был полностью уверен – сегодня их ждёт смерть. Только если Том не прибудет вовремя. Но именно они заварили эту кашу – им и расхлебывать. Пусть это и будет последняя каша в их жизни.