O(r/d)dinary

– Бегом-бегом-бегом! – он растолкал оцепеневших товарищей по разным углам, а сам двинулся прямо на монстра.

Глаза парня вспыхнули золотым светом. И пространство вокруг него охватил огонь.

Пламя прогрызло в отсыревшей древесине путь к отступлению для других двоих.

Одаренный погиб первым. Тварь с наслаждением вгрызлась в его кости. Пронзительный крик прорезал пустошь.

Но и беглецам не удалось уйти далеко.

Когда когти Тома рассекли тварь пополам, в живых остался лишь один.

Под ногами блестел окропленный горячей кровью снег.

***

Случись беда и существует только два варианта развития событий. Либо близкие люди сплочаются в команду и справляются с ней общими усилиями. Либо же они расползаются кто куда, ссылаясь на большое количество собственных невзгод, оставляя разбираться с проблемой кого угодно, кроме себя.

И Том никак не ожидал, что, когда озвучит неутешительные новости о кончине их общих друзей и необходимости средств на дорогостоящую медицинскую помощь третьему, получит в ответ глухую тишину. От людей, которым всю свою короткую жизнь отдавал последние куски хлеба. Которые были для него всем.

Душу Тома объял холод. И фотографию, что так старался сберечь, он оставил там, где в последний раз повесил – в своём временном убежище. Куда никогда не планировал возвращаться.

Погибшие мальчики выпустились из приюта последними. Самые младшие – горячо любимые Томом. Он всегда воспринимал их как собственных детей. И, как любые дети, они хотели быть похожими на старших, своих наставников. Но пытаться быть похожим на Тома значило вырыть себе собственными руками могилу. Что они и сделали, отправившись на поиски чудовища, положившего уже немало народу. И своим уходом оставили в душе Тома такую рану, что от боли было тяжело вдохнуть.

Третий парень, который выжил, был капельку старше. И никогда не давал Тому о себе заботиться. Нарывался на то, чтобы из детишек Кота переквалифицироваться в соперники. Но не обладал для этого необычными силами, потому удостаивался разве что смешков: от товарищей – безнадежных, от Тома – одобрительных.

За это упрямство Кот и любил Коду больше остальных. Хотя, конечно, редко это показывал.

А сейчас очень об этом жалел.

Кот сам похоронил своих друзей. И все свои сбережения вложил в лечение Коды. Но деньги, которые у него были, оказались каплей в море.

Ему, парню из приюта, не имеющему стажа официальной работы, никто не одобрит кредит. И Кот мог бы продолжать добывать деньги на теневой стороне мира. Но стал бояться того, что однажды не рассчитает силы и погибнет от руки убийцы. А умирать ему до момента, когда Кода встанет на ноги, никак нельзя.

Потому пришлось скрыться. Из Ли Тома превратиться в Ли Алекса. Найти нормальную работу. И безжалостно убивать всех из теневого мира, кто сможет напасть на его след и вывести на него более сильного врага.

Много работал. Путал дни недели и месяцы, спал в подсобках и ловил тремор в руках от переутомления.

Не узнавал себя в зеркале. И больше не улыбался.

Алекс правда старался. Но чем больше сил отдавал, тем неутешительней становились прогнозы врачей. Коде требовалась срочная операция. А скопить на неё Алекс просто физически не успевал.

Выпавшие из дрогнувших рук монеты стали последней каплей. И он, такой сильный, заплакал от безнадёжности.

Конечно, Алекс быстро взял себя в руки. Вдохнул поглубже. И принялся собирать раскатившуюся мелочь.

И какой-то незнакомец вдруг принялся ему помогать.

С неба сорвались первые крупные капли. Но человек не ушёл, пока не была поднята последняя монета. И даже после этого. Он раскрыл над ним зонт.

– Благодарю, – сухо проговорил Алекс. Но отказался от зонта жестом. И поспешил туда, куда и планировал, пока чертовы монеты не пошатнули здоровье последней полудохлой нервной клетки – на работу.

– Том. Постой.

Два слова, заставившие невидимые уши угрожающе прижаться к голове и принять боевую стойку.

– У вас тридцать секунд, чтобы объяснить, что вам от меня нужно. Удовлетворюсь ответом – уйдёте с полным набором конечностей.

Мужчина примирительно поднял руки.

– Слышал, тебе очень нужны деньги. Я готов предложить достойную работу.

– Моё прозвище известно только близким друзьям и врагам. Никак не работодателям. Да и на друга вы не похожи. Убирайтесь, пока целы.

Мужчина на его опасные слова лишь улыбнулся. И Кот уже знал, что за этой улыбкой не кроется ничего хорошего.

Он кивнул на камеру видеонаблюдения, висящую у входа в магазин.

– Кода лежит в палате сто четырнадцать. Один из отвечающего за него медперсонала – мой человек. Сейчас за нами наблюдают в реальном времени. Стоит мне приказать, а так же если со мной или с камерой что-то случится, он тут же его убьет. Ты не успеешь прийти на помощь вовремя. Сейчас у тебя выбор не велик. Либо ты помогаешь нам и получаешь огромное вознаграждение на лечение этого сопляка, либо он умрет.

Алекс ему не верил. Но не был настолько идиотом, чтобы ставить жизнь Коды на кон.

– Вижу, ты согласен на наши условия, – доброжелательная улыбка не покидала лица убийцы.

– Ваши условия – чистый шантаж, – рыкнул на него Алекс.

Однако спрятал невидимые когти обратно в подушечки лап.

***

Дом, в который его привезли для полного озвучивания условий сделки, Алекс бы отнёс к среднему классу – обставленный не бедно, но и не богато. Сразу возник вопрос, откуда у "среднего класса" столько средств, чтобы обещать "богатое вознаграждение"? Да и встретивший его за столом кабинета человек имел совсем другой запах – не как у дома.

Вряд ли его пытались обмануть. Скорее хотели оставить истинную личность замыслившего неладное в тайне.

– Мы тебе не враги, Ли Том. Просто если бы поставили другие условия, ты бы не согласился нам помочь. Кроме тебя никто не справится.

Том отказался от предложенного стула, а на протянутую для рукопожатия ладонь посмотрел так, будто собирался её откусить.

– Ближе к делу, – процедил он.

– Ты знаком с главой Странного клуба, Джесси Итеном? – спросили у него.

– Не знаком, – и получили мгновенный ответ.