O(r/d)dinary

Ян всматривается в серьёзное выражение ее лица. Тыкает Ликс пальцем в складку между бровями, мгновенно растворяя в этом лёгком жесте всё напряжение разговора.

– Конечно, если тебя это так беспокоит. Только при условии, что не будешь при этом подвергать себя опасности.

– Единственная опасность, которая мне грозит рядом с тобой – та, что таит красный цвет в твоих волосах, – фыркает Ликс.

И Ян, и Ликс оба знают, что это правда. Ещё умудриться нужно, чтобы Ален позволил кому-то тронуть ее хоть пальцем.

"Кроме Незнакомца" – внутренне вздыхают так же оба. Но отбрасывают невеселые мысли подальше.

Маленькая ладошка в веснушках ложится на большую. Делится с ней теплом, переплетая пальцы.

***

Нить, из которой вяжется свитер, кажется бесконечной. Время, с которым она тянется от мотка к пальцам и спицам – невероятно длинным и коротким одновременно.

В узор свитера вплетается каждый проведённый с Ликс день.

***

Ликс стоит у зеркала в магазине. На ней красный костюм. Волосы прячутся под чёрным беретом с аккуратной золотой цепочкой по козырьку.

– Очень красиво, – улыбается Ян, стоя рядом. – Но почему именно красный?

Ликс окидывает Яна оценивающим взглядом. У нее есть очень веские причины остановиться именно на этом цвете. И не только потому что красный – цвет опасности. Но и потому что он был будто вплетен в саму сущность Яна.

– У меня с ним вся новая жизнь связана, – призналась, смущённо улыбаясь, Ликс. – Мне кажется, он приносит удачу.

– Думаю, в этом мы сошлись, – Ален зацепил пальцами кончики волос, вспоминая период жизни, в который они стали именно такого цвета.

Сошлись в этом и ещё во многом другом.

Не сразу, но Ян понял, что они с Ликс похожи больше, чем казалось поначалу. У обоих непростая судьба. Привычка не договаривать о своих проблемах. Таскать с собой что-то, что в свободную секунду можно покрутить в руках, отвлекаясь от бесконечных мыслей. Оба они умеют слушать собеседника столько, сколько тому потребуется, чтобы выговориться.

И, находя эти маленькие детальки в личности Ликс, Ян влюблялся только сильнее.

***

Нить всё тянулась и тянулась. Подвязывался следующий моток.

***

В святой святых Странного клуба – кухне – произошёл настоящий переворот. Под чётким командованием Ликс, её снабдили всем необходимым для готовки. Счастливая, она проводила в ней с тех пор так много времени, что частенько с удивлением встречала тень Яна в дверях, бросала взгляд на часы и смущённо терла затылок, глядя на стол, заваленный приготовленными вкусностями.

Ну, по крайней мере, как ранее заметил Том, у них обеспечена пожизненная подписка на десерты.

Ликс. Ликс.

Ян души в ней не чаял. Касался ее мягких волос. Выучил расположение каждой веснушки на лице. Таял от каждой переливчивой нотки смеха. Тонул в зелёных глазах. Таких красивых. Родных.

Ликс меняла его душу – делала её податливой, нежной. Своим теплом она растопила его сердце. Которое стало делиться им в ответ.

***

Странное затишье воцарилось в Странном клубе. И все боялись, как бы не перед бурей.

Наверняка оно так и было, потому его участники не расслаблялись – несмотря на внешнее спокойствие каждый чувствовал себя сидящим на пороховой бочке и был готов в любой момент поднять паруса их движущегося в недра водоворота корабля.

Они продолжали искать возможных свидетелей и сообщников гнусных дел Незнакомца. Но стоило напасть на нужный след, его цепочка приводила к свежему трупу, из которого ещё даже не успела вытечь вся кровь.

И вряд ли Незнакомец делал это от страха. Скорее, начал зачистку, убивая всех, кто хоть когда-то был задействован в его планах.

Доска в кабинете Джесси украсилась сплошными красными крестами. Он снимал личные дела, подшивал в папки и относил в архив.

Пускай хотя бы в Странном Клубе хранятся имена павших от руки Незнакомца жертв.

Они действительно делали всё возможное, чтобы узнать, зачем ему понадобилась Ликс и ее воспоминания. Толку это не давало. Злодей был сильнее и хитрее, постоянно находился на шаг впереди.

Клубу это не нравилось. Клуб это злило.

Мысленно каждый участник вцепился в Ликс мёртвой хваткой, поклявшись, в случае чего, защищать ее до последнего вздоха.

Это же Ликс. Не только Ян в нее влюбился – любовь к ней тихой поступью закралась в сердца ребят. И уже не важно было, почему ее судьбу не разглядеть. Она – одна из них, часть стаи. Клубка разноцветных нитей, перепутавшихся так, что не распутать.

***

Последняя петелька. И готово.

Законченный свитер в слабом свете ночника выглядит вполне неплохо. Ян вязал его только когда Ликс спала, чтобы не испортить сюрприз раньше времени.

Понравится ли ей? Что она скажет, когда увидит? Может, и вовсе лучше сказать, что он его купил?

Нет. Больше никаких недомолвок. Пусть это и смущающе, больше он Ликс врать не будет.

Ликс заворочалась во сне, заставив Яна поскорее спрятать подарок. И хотя бы на несколько часов прилечь с ней рядышком.

Но уснуть ему так и не удалось.

Ян всё смотрел на Ликс и смотрел. До тех пор, пока солнце не начало тянуть в небо свои ленивые лучи. Пока заново не пересчитал все веснушки и каждую ресничку.

Он любит Ликс. Он за нее беспокоится. И он будет рядом, что бы не готовила им судьба.

Акт LXXXIII. Это всё ещё ты?

Правило клуба O(r/d)dinary №74:

Летать дано лишь тем, у кого для этого достаточно веры

Летис со вздохом двинулся навстречу неизвестному. Человек в капюшоне позвал его для, как он сообщил в смс-ке, важного дела. Но Летис знал о творящихся в городе смертоубийствах. Как знал и то, что, скорее всего, наступает и его очередь. Вряд ли он, конечно, отправится сегодня на небеса, к Мике – туда ему дорога заказана. Разве что спустится по лестнице в ад, вариться в котле со всеми прочими грешниками. Так ему и надо. Он, Летис – трус, каких ещё поискать. Но все свои ошибки признавал, как и то, что прощения им нет.