O(r/d)dinary

Во время его длинной речи Джесс уже успел захлопнуть шкафчик и снять с украденного халата бейджик с чужим именем.

— Да, ты прав. Но подумай вот о чем — если нас с тобой поймают работники больницы, могут появиться последующие проблемы. И лучше уж пойманным окажусь я — у меня хотя бы есть связи с полицией. А как ты на моём месте будешь выкручиваться, я без понятия. Разве что через окно выпрыгнешь и убежишь. Кроме того, наше общее задержание помешает завершить задание. А так хотя бы ты можешь постараться что-то придумать.

Ян закусил губу — ещё чуть-чуть и начнёт кровоточить.

«Да откуда ты такой умный отыскался, кто тебе сейчас вообще командовать позволял?» — красноречиво поведал он Джесси взглядом, на что тот показал ему знак «класс» большим пальцем и побрёл к выходу.

За ним протянулось чернильное пятно тени. Пелена невидимости вокруг него растаяла, открывая взглядам всех, кто желал посмотреть, его уверенно шагающую хорошо сложенную фигуру.

Признавать правоту Джесси Ян отказывался. Он тот, кто заварил эту кашу, ему бы её до конца и расхлебывать. Но Итен подмял все проблемы под себя, заранее ограждая его от возможных неприятностей. Эти его проявления заботы раздражжали.

Оставалось только надеяться, что хотя бы закончить это дело они смогут нормально. Чтобы ему не пришлось потом винить себя за все совершенные в этот день ошибки, одной из которых была игра с жизнью временного товарища.

***

Ступал Джесс конечно твёрдо, но сердце гулко барабанило о грудную клетку со скоростью три удара в шаг.

В конце концов он не вытерпел и шлепнул себя по груди.

— Так, тш-ш-ш, а ну тихо. Поздно паниковать.

Легче конечно от этого не стало, зато хотя бы капельку сняло напряжение.

Теперь клеить талисманы он вынужден в одиночку. Одна из главных задач — не попасться.

Отматывая очередной кусочек чудо-скотча он не мог не думать о том, а послушался ли его Ален. Они с ним совсем не знакомы, черт его знает, что у него в голове.

На десятой проверенной палате вернулся с нижнего этажа кто-то из врачей, поэтому Джесси пришлось отступить в тень и подождать удобного момента.

Дело растягивались, время шло. Больные в большинстве своём не спали и поглядывали на него непонимающими затуманенными взглядами. Но всё лучше, чем их пугать.

Когда Джесс видел, что монстра нет в неположенном месте — душу отпускало. Стоило подойти к следующей двери — и страх вновь натягивался тугой струной.

«Трунь»

Прям как в их маленьком кругу старых друзей. Только здесь играть приходилось не на гитаре, а на нервах.

Спустя долгое-долгое, бесконечное время вот и палата триста восемьдесят девять.

Джесс дёрнул за ручку. И обомлел.

Несмотря на поздний час, помещение заливал яркий дневной свет.

Пожилой мужчина, лежавший на кушетке, читал толстый том с уже пожелтевшими от времени страницами. К его руке тянулась трубка капельницы. И эту же руку, словно сотни иголок, пронзали тонкие жгуты чёрной субстанции, которая занимала собой половину доступного взгляду пространства.

От увиденного Джесс широко распахнул глаза и даже сделал неосторожный шаг назад. До этого лишь слегка приоткрытая дверь громко заскрипела и открылась окончательно.

Мужчина повернул к нему голову. Медленно сжиравшее его существо открыло огромный глаз и любопытно уставились на Джесси.

И что дальше?

Итен не без труда переступил через порог и закрыл за собой дверь.

— В больнице что-то случилось? — спросил мужчина, откладывая книгу.

— Нет, не беспокойтесь, — натянул на лицо улыбку парень. — Как ваше самочувствие?

— Без особенных изменений. Эти ваши штуки, — он указал на капельницу. — Не помогают. И вряд ли помогут.

Джесс невольно посмотрел на монстра. Тот не отводил от него своего опасного взгляда, следя за каждым его движением.

Итен подошёл к кушетке ближе, делая вид, что что-то проверяет на уставленном лекарствами столике.

— Помогут. Можете не сомневаться,— он вложил в слова побольше уверенности, при этом лихорадочно пытаясь придумать, что же ему делать.

Бледное лицо мужчины озарилось вымученной безнадёжной улыбкой.

— Вашей уверенности есть два предположения. Вы либо очень талантливый доктор, либо экзорцист, который тоже видит прицепившуюся ко мне дрянь.

И так находящийся под впечатлением Джесс нервно закашлялся. И, видимо, для мужчины это стало лучшим подтверждением второго варианта.

Немного успокоившись, Джесси присел на краюшек кушетки и всмотрелся мужчине в лицо. Он не был одарённым, но монстра видел. Наверное, это потому что находился на последних стадиях его воздействия.

Итен судорожно выдохнул.

— Я кое-что собираюсь сделать. Вы могли бы не задавать никаких вопросов и ничему не удивляться? От этих условий зависит ваша жизнь.

Мужчина кивнул. Джесс достал несколько талисманов и вложил ему в руки.

Монстр издал утробный рык. Джесси зло зыркнул ему в глаз и бросил в него одним листком.

В подтверждение слов Алена, заклинание ему не навредило. Он только глаз прищурил и стал медленно отцепляться от своей жертвы, одновременно с этим молнейносно метнув щупальца Джесси в голову.

Тот едва успел уклониться и ринулся к двери. Достав следующий талисман, он показал его монстру. Это разозлило его ещё сильнее, и из-под чёрных щупалец показались четыре когтистые лапы. Оскалив зубы, нечисть пригнулась, словно лев перед нападением на антилопу.

И Джесс понял, что пора бежать.

Он понёсся так быстро, что сомневался, а не отрасли ли у него за спиной крылья. Было ли это так уж невозможно после всего, что с ним случилось в последнее время?

Обернулся. Нет – у него есть только две руки и две ноги. Он такой же человек, как и остальные, всего лишь самую капельку необычнее. Страннее. И только из-за этого сейчас убегает от зубастого ужаса.

Безумие.

Звук разбитого стекла. Сначала одиночный в конце коридора, а потом осколки посыпались водопадом по всему этажу. Что-то долбилось в окна снаружи, пыталось ворваться и присоединиться к шествию.

Джесс успел порадоваться, что добрался до лестницы, и его почти совсем не задело острыми "каплями", как из мрака стены на него выпрыгнул теневой пес.

Метил зубами сразу в шею, но встретился с (внезапно) мгновенной реакцией и был атакован тем самым талисманом, который служил для морбуса красной простыней.