Объект Х
Шрифт:
Рассказанный анекдот: "Штирлиц быстро стрелял из двух пистолетов по очереди. Очередь быстро уменьшалась." поверг его в глубокое раздумье, в то время как вокруг стоящие сослуживцы покатывались со смеху. "Ничего не понимаю", - был вынужден признать Деревянко и он засмеялся вместе с остальными.
Анекдот советского времени про то, как туристов из СССР везут в автобусе по Нью-Йорку и гид показывает разные достопримечательности, был как-то ближе, но самый ключевой диалог гида и туриста-мужчины: "А сейчас мы проезжаем мимо самого известного в Нью-Йорке борделя..., - А почему?" вызвал в нем все то
Гораздо легче давались анекдоты на сексуальные темы, а один из них, про закон Архимеда: "Жидкость, помещенная в тело, через семь лет пойдет в школу", стал его козырной картой и многократно выручал, когда сказать было нечего.
"Да, их разведчикам легче", - с грустью признал Деревянко, стряхивая ностальгическое оцепенение: Айдонт что-то говорил ему.
– Эй, дарагой, Вано! Уснул, да?! Ты сказал, что тебе про меня сказал Владо, да?
– Владо, - кивнул головой Иван, - Так и сказал: водка есть у Айдонта.
– Этот Владо, такой худой, высокий, да?
Иван понял, что его проверяют.
– Нет, Владо небольшого роста и полненький такой. Усы еще. А вот Арсен - тот худой и почти высокий. "Был", - добавил про себя Деревянко.
Айдонт перекинулся несколькими фразами с джигитами, потом сказал Ивану, горестно качая головой:
– Вано, извини, водки сейчас нэт. Владо совсэм памят потерял. Я нэделю назад партию продал. А тэбе сколько нужно?
– Да немного, штук десять, не больше, - сказал Деревянко, вспоминая разговор на эту тему с Владо.
– Цх! Дэсят "штук"! Это нэмало. Три грузовика, считай, а то и четыре. О такой партии надо заранее договариваться! Тэбе куда везти?
При упоминании о грузовиках Иван понял, что опять попал в переплет разного толкования одинаковых слов и почувствовал себя совершенно беспомощным, поэтому ляпнул первое, что пришло на ум:
– Деревня Верхние Бугры. Горьковской области.
– Вот видишь! Везти далеко, надо заранее договориться с водилами. У тэбя транспорт есть?
– Есть, - тупо проговорил Иван, - Будет транспорт!
– Ну вот и дагаварились. Моя цена - двадцать долларов за ящик!
– Ну ты загнул!
– в Деревянко проснулся американец, - Двадцать долларов! А мои накладные расходы! Я так её не продам! Пятнадцать долларов и ни цента больше!
– Вах, вах, вах!
– запричитал Айдонт, - Зачэм обижаешь, да? Водка самая лучша, из горных источников! Только друзям! Восемнадцать долларов!
– Семнадцать, - твердо сказал Иван, - Больше ни одного пфеннинга. Я цену знаю.
Айдонт почесал у себя в бороде и махнул рукой:
– Ладно, дарагой, дагаварились! Харошему человеку нэ жалко!
Они ударили по рукам, после чего Деревянко как бы невзначай заметил:
– Но мне на пробу нужно литра три-четыре! Заплачу!
– Канэчно, дарагой, сдэлаэм!
– широко улыбнулся Айдонт - Увэзешь пробу с собой! А пока давай, пойдем покушаэм, гостем будэш!
– А шофер? Казбеком звать. Его тоже покормить надо. Потом мне надо кое-что взять в машине!
– Нэ волнуйся, все цело будэт - ты мой гость, шофера накормим! И оружие твое отдадим когда уэзжать будэш. Хорошего человэка всэгда видно!
– с этими словами Айдонт показал Ивану куда идти.
Навстречу доносились заманчивые запахи шашлыка.
– Куда-то
вглубь дома повели!– сказал Дубов, отрываясь от бинокля, - По-моему, переговоры завершились мирно.
Они вместе с Шараповым вели наблюдение за домом Айдонта со склона прилегающей горы. Рядом была разбита палатка и на сухом спирту подогревался чай. Тараскин открывал банки с консервами.
Двое местных чекистов встали лагерем чуть поодаль, метрах в ста, так, чтобы прикрывать гостей на непредвиденный случай.
– Да, жратва там, наверное, получше!
– мечтательно произнес Тараскин, раскладывая еду по мискам, - Эй, командир, садитесь жрать, пожалуйста!
Дубов со вздохом спустился к палатке. Что-то говорило ему, что впереди еще предстоят неожиданные повороты событий. Поглощая тушенку с макаронами, ему вдруг представилось, как его награждают орденом по окончании операции и он даже перестал жевать.
"От меня не уйдешь!" - с отчаянной решимостью вновь принялся жевать Саша.
ГЛАВА 18. Кавказ - дело тонкое.
Вечером сеанс связи совпал у Деревянко и Дубова, но, поскольку они работали на разной частоте, слышимость и проходимость были отличными.
Полковник Дриллер в Лэнгли получил следующую радиограмму: "Вышел на катализатор реакции. Осталось получить компонент под кодовым названием "махорка". Прошу подтвердить пересечение границы Турции".
После того, как Дриллер пять раз прочитал текст шифрограммы он позвонил секретарю и попросил принести крепкого кофе и тройной виски, после чего прочитал шифрограмму в шестой раз. Результат не отличался от пяти предыдущих. Со вздохом Дриллер вызвал к себе своего заместителя Билла, дал ему прочесть телеграмму и спросил, что он об этом думает.
– Билл, тебе не кажется, что у агента "Тампакс" ощущается неадекватное восприятие действительности? Скажите, им преподавали курс химии на тренинге?
– Только в общих чертах, шеф. Например, как смешать валидол и рыбий жир для получения сильнодействующего снотворного, или как использовать зубную пасту "Бленд-а-Мед" для срыва поставок населению куриных яиц.
– Хм, я не слышал о такой программе!
– Это секретная разработка спецотдела, шеф! Теперь половина населения России обрабатывает яйца "Бленд-а-медом", после чего их уже использовать нельзя!
– Блестяще! Но как вы объясните его маниакальное стремление ставить химические опыты с тех пор, как он занялся делом "Лаборатория"? И его дурацкие вопросы о каких-то "забойных двигателях"?
– Шеф, Россия - загадочная страна, - развел руками Билл, - Там то секретари обкомов становятся антикоммунистами и, заодно, президентами, то завлабы, то есть заведующие лабораторией, становятся премьер-министрами, то все население бежит сдавать деньги какому-то МММ.
У "Тампакса", видимо, проявилась дремлющая склонность к наукам и он решил сам убедится в правильности своих предположений. Я бы не стал ему сейчас запрещать это делать - все равно это бесполезно. Видите ли, в России всегда все доводили до конца, даже когда было ясно, что это приведет к очередному кризису или к еще более худшему варианту. Пусть уж доводит это дело и переходит границу с Турцией. По своим каналам мы направим туркам информацию.