Обманутая

смотрю на его кривую ухмылку.

– Лана, расслабься. Нет причин так нервничать, – он сжимает мою руку, прежде

чем ее отпустить. – Давай просто наслаждаться обществом друг друга и посмотрим, что

будет дальше.

Я прикусываю нижнюю губу. Чувствую, что должна ему объяснить то, почему я

такая развалина.

– Я не была на свидании после Кристофера, – объясняю я неожиданно охрипшим

голосом.

Осторожно поднимаю к губам стакан с водой. Официантка налила в него слишком

много жидкости и, учитывая тот факт, что моя рука дрожит, мне повезло, что я не пролила

ничего на себя. Кубики льда звенят о стекло, когда я ставлю его обратно на стол.

– Это первое свидание, на которое я пошла с кем-то другим, – признаюсь я.

Он не реагирует. Зак просто сидит там, а его светло-голубые глаза спокойно меня

изучают, прежде чем спросить:

– Ты никогда не была на свидании с кем-либо еще?

Я качаю головой и сжимаю губы.

Официантка приносит наши закуски, размещая их перед нами, прежде чем

исчезнуть так же быстро, как и появилась. Я ценю минутный перерыв в разговоре, но

знаю, что мне нужно объяснить, почему я не похожа на большинство женщин моего

возраста.

– Пока я росла, меня защищали от всего. Я перескочила несколько классов, из-за

чего мне было трудно найти друзей, – я разглаживаю салфетку на своих коленях.

Зак внимательно слушает, пока я кратко ему рассказываю о своем

нетрадиционном образовании. Хорошее, плохое, уродливое. Когда я заканчиваю, то беру

кусочек с тарелки и медленно жую, пока собираюсь с мыслями.

– Мне жаль. Детство может быть самым одиноким временем в жизни. Несмотря

на то, что ты окружен другими детьми, ты одинок, – он изучает меня мгновение. – Когда

ты встретила Кристофера?

– Мне было двадцать лет, и я получала степень, когда его встретила. Никто до

этого не проявлял ко мне интерес, – я поднимаю глаза от тарелки и обнаруживаю на себе

его внимательный взгляд.

– Он был твоим первым парнем? – он поднимает бровь.

Я киваю головой.

– Он был моим первым всем.

Глава 11

Зак

Бля. Как я должен конкурировать? Трудно забыть своих первых. Я ничего не

говорю, я просто сосредотачиваюсь на своей еде и тихо закипаю из-за того, что этот

парень был ее первым во всем. Должно быть что-то, что я могу сделать, и стать в этом

первым.

– Что было самой рискованной вещью, которую ты когда-либо делала? –

спрашиваю я.

Она улыбается.

– Приход сюда с тобой на свидание, – отвечает она.

– Ты ведь на самом деле не имеешь в виду именно это, не так ли? – спрашиваю я,

не уверенный в том, что она говорит серьезно.

Она кивает.

– Я не шутила, когда сказала, что выросла под присмотром. Я никогда не

рисковала.

– А как же переезд сюда? Это было рискованно, я в этом уверен, – утверждаю я.

– Это не было рискованно; просто было необходимо для моего душевного

спокойствия. Наше свидание мне кажется более рискованным.

– Ну, тогда я предполагаю, что мне стоит что-нибудь придумать, что бы это

свидание оправдало твои ожидания. Я не хочу тебя разочаровывать.

– Не думаю, что ты сможешь меня разочаровать. Ты уже так хорошо меня

читаешь, и я хорошо себя чувствую, – она улыбается. – Я не пойму, как тебе удается

оставаться одиноким. Уверена в том, что существует много женщин, которые хотели бы

быть твоей девушкой, – ее щеки заливает румянец, а глаза опускаются к тарелке.

– Я был занят работой и другими вещами. До сих пор у меня не было времени на

отношения.

Ее глаза устремляются к моим, они полны вопросов, на которые она хочет знать

ответы, но не хочет их задавать.

– Ты мне нравишься, Лана. С тобой весело, и я думаю, что ты прекрасна: внутри и

снаружи, – я делаю паузу, наши взгляды встречаются.

Я вижу неуверенность, которую она чувствует, и надежду. Мои слова загоняют ее

в тупик. Что из этого победит?

– Я бы хотел бы еще пригласить тебя на свидание и посмотреть, куда приведет это

притяжение, которое я ощущаю между нами, – я наклоняюсь вперед. – Разве что это

притяжение одностороннее, и ты не чувствуешь того же, что и я. Скажи, что мне это не

показалось.

Она смотрит на свой стакан с водой, ее палец скользить по конденсату,

образовавшемуся на внешней стороне.

– Лана, посмотри на меня, – ее глаза робко приподнимаются, чтобы встретить мой

взгляд. – Почему ты меня избегаешь? Я думал, что мы друзья.

Она делает глубокий вдох и медленно выдыхает.

– Мы друзья. Я бы солгала, если бы сказала, что не испытываю к тебе того же, –

она на мгновение прикрывает глаза рукой, затем кладет ее обратно на стол. – Я в этом не

очень хороша, – шепчет она. Ее глаза бегают по слабо освещенному пространству

ресторана, глядя на что угодно, но не на меня.

– В чем не хороша? – спрашиваю я.

– В этом, – она жестом указывает на меня, затем на себя. – Я не хороша в том, что

бы говорить о вещах, связанных с чувствами. Я плохо справляюсь с разговорами с

парнями.

Ее пальцы нервно играют с ложкой, лежащей на белой скатерти, рядом с

тарелкой. Я накрываю ее руку своей.

– Меня не волнует, как ты разговариваешь с другими парнями, Лана. Меня

интересует только то, как ты себя ведешь, когда находишься со мной, до этого момента у

нас не было никаких проблем. С тобой весело и легко, – мой большой палец

успокаивающе потирает тыльную сторону ее ладони. – Не думай слишком много обо всем

этом, не делай все это неловким. Для этого нет никаких причин. Мы уже очень хорошо