Одиннадцать дней

В доме Эркман мы также обнаружили несколько предметов детской одежды и пару поляроидных снимков младенца, которого держат на руках Эркман и Рейчел Ларсен. Вскрытие как Эркман, так и Келлер показывает, что Эркман имела ребенка несколько лет назад, а Келлер никогда детей не имела.

Есть еще чертова прорва всего другого, но эти факты -- основные." Она глубоко вздохнула и закончила.

"Спасибо, Эстер", сказал Ламар. "Давайте теперь послушаем Джадда о пожаре."

Джадд был очень краток. По необходимости, ибо говорить было нечего.

"Что ж, это определенно поджог. Горючее, по всей видимости - бензин, было разлито по всему дому. Разливалось оно при переходе из одной комнаты в другую. Вероятно, огонь занялся сразу за боковой дверью, словно была вброшена смоченная тряпка. Можно ожидать ожога поджигателя, потому что пары бензина распространились по всему дому и при зажигании произошел небольшой взрыв. Это, правда, зависит от того, насколько близко он находился и хватило ли у него разума укрыться за дверным косяком. Из двери вырвалась прорва горячего газа на высокой скорости." Он заглянул в свои записи.

"Мы проверили все местные медицинские учреждения -- с ожогами никого. Если он был достаточно глуп, чтобы полюбопытствовать и высунуть голову за угол, то он сейчас, вероятно, лыс.

Никаких отпечатков, связанных с преступником, но повсюду чертова прорва таковых от пожарных. Найден двухгаллоновый бачок из-под бензина внутри дома, примерно в том месте, где находилась кухня. Возможно, есть и еще один, но я еще не могу добраться до подвала. Мы здесь не пылили на бачок, мы пошлем его в лабораторию ОУР и пусть это делают они."

Он поднял глаза, неопределенно пожал плечами и сел.

"Спасибо, Джадд", сказал Ламар. "Есть вопросы?"

Почти каждый в комнате поднял руку.

"Окей", сказал Ламар, "давайте закажем какой-нибудь ужин и поедим прямо здесь. Вам, ночным ребятам, возможно, надо немного отдохнуть, но если хотите вы можете остаться. Карл, детектив Саперстейн хочет поговорить с тобой и с Халом. Тео, агент Горсе хочет поговорить с тобой. И прокуроры хотят поговорить со всеми нами сразу.

Нам придется крепко пошевеливаться, парни..."

18

Суббота, 27 апреля

17:53

Мы все сбросились по паре баксов и послали Эдди Хейнца и Квинта Шепли за пиццей. Собрание должно было последовать за ужином. А пока мы разбились на группы.

Арт, Хал и я пошли в заднюю комнату с детективом Билли Саперстейном.

Мы трое из Айовы были все примерно на шесть-восемь дюймов выше Саперстейна, который был ростом около пяти футов пять дюймов. Когда мы закрыли дверь офиса, он поднял на нас глаза и спросил, чем тут они нас кормят в Айове?

Мы ему представились и он сразу ввел мяч в игру.

"Для вас, джентльмены, наступает суровое время."

Мы согласились.

Он закурил сигарету. Мне он нравился все больше и больше, так как был одним из немногих оставшихся людей, который, кажется, курил так же много, как и я.

"Ваш прокурор штата прав насчет прессы. Они станут выкручивать вам яйца, потому что материал сенсационный. Вроешься в дело, вроде этого, и при небольшой удаче можно воздвигнуть журналистскую карьеру. Поэтому они начнут рыть землю, совать нос куда не следует и говорить со всяческой публикой. И начнут выводить вас из себя."

"Некоторые уже", проворчал Хал.

Саперстейн покачал головой: "Ты еще ничего не видел, парень."

"Эй", спросил я, "вы не думаете, что работа была сделана сатанистом?"

"Нет, я так не думаю. Дело связано и сильно с сатанизмом по мотиву, но я не люблю никакому делу приклеивать ярлык "сатанистского". Так не годится. Не существует никакой реальной, подлинной сатанистской религии -- она не устоялась. Все они смешивают огрызки своих желаний в ведре с обрывками сатанистских верований, из тех, что им случайно понравились, а потом трясут ведро. Что оттуда выходит, подгоняется под данного индивидуума или под небольшую группу. У нас необычное дело. Как я говорил Халу по дороге сюда, я ожидал найти, что мы имеем тут ритуальное убийство -- или резню, мне кажется последнее слово подходит лучше."

"Дурь меня слегка удивила. В округе я работаю по дури", сказал Арт.

"Возможно, преступник прервал оргию. После ЛСД гораздо легче застать жертв врасплох."

"Мне сильно хотелось бы знать", сказал я, "какая чертовщина произошла с МакГвайром?"

"Вы меня спрашиваете? Надо бы найти его руку или место, где ее оттяпали."

"Мы пытаемся."

"Знаю. Это я и имел в виду, говоря о доброй полицейской работе. Вам надо выполнять домашние задания и работать над этим делом, как над рутинным убийством."

"Вам легко говорить", сказал я. "У нас нет рутинных убийств -- у нас одно происходит примерно раз в три-четыре года."

Саперстейн засмеялся и покачал головой: "Наверное, приятная штука?"

"Нам нравится", пробурчал Арт, "но это лишает нас практики."

"Что ж", сказал Саперстейн, "из того, что сказал Хал, мне кажется, что здесь вы ее заимеете. Кто-то завалил солидную часть группы. Группа состояла из индивидуумов с общей целью. Мотив убийства неизвестен, но мне кажется, мы можем предположить, что это месть. Если я здесь ошибаюсь, то это может быть внутригрупповой мотив и тогда его можно назвать политическим.

Итак, кто-то хотел их смерти. И либо сделал это сам, либо нашел кого-то другого, чтобы он сделал это за него. И тот, кто это сделал, оставался в состоянии психоза довольно длительное время. Это означает, что, если, конечно, у вас нет психа, болтающегося поблизости, о котором все вы знаете, что он в состоянии такое сотворить, а в небольшом районе, вроде вашего, вы, вероятно, должны его знать, это означает, что существуют две возможности. Первая, что киллер -- это импорт из района достаточно далекого, чтобы вы не знали, кто он, вторая -- что убийца находился в искусственно возбужденном состоянии психоза. Я думаю, что здесь у нас второй случай."

"Звучит убедительно", сказал Арт. "Под искусственным вы имеете в виду дурь?"

"Возможно. Но искусственность может также включать и чрезвычайно сильный эмоциональный стресс. Может быть, усиленный химически. Далее", продолжал Саперстейн, "ваш преступник, очевидно, знаком с сатанизмом. Не с необходимостью вовлеченный в практику, но он что-то о нем знает. Он мог воспользоваться сатанистскими предметами, чтобы замести свои следы, либо он мог говорить жертвам: смотрите, вы жили мечом и умрете от меча."