Огнеборец
Шрифт:
Я повернул к ней голову. Заглянул в её глаза.
— Почему ты не сказала раньше? — спросил я.
— Не знала, можно ли тебе доверять…
Несколько секунд в тишине мы смотрели друг на друга.
— А тебе? — спросил я.
Она замолчала. Не знала, что ответить. Казалось, она на миг была растеряна. На лице её была тревога. Она поджала губы и отвела взгляд.
— А теперь расскажи мне про свой дар, — коротко и твердо сказал я.
***
Шел мелкий моросящий дождь. Мы сидели на крыльце наблюдательного поста, прямо перед выжженным участком земли, оставшимся
— Кожедуб знает, — сказала Лена. — Он сразу понял, что я могу ходить через Бездну. Он понял и почему я должна это скрывать.
Вот почему Ленский чувствовал от нее запах Бездны. Интересно он тоже догадался?
— Почему же? — спросил я.
— Люди боятся таких, как я. Даже сильнее, чем огневиков… — тяжело вздохнула она, — Что-то на уровне одержимого. Не все могут принять меня… Такой.
Я пристально посмотрел на неё. Лена же изучала, как дождевые капли медленно сползают с одной травинки на другу.
— Что ж, пожалуй, у нас много общего…
— Пожалуй, — грустно улыбнулась она.
Её ладонь медленно скользнула к моей, и её тонкие пальцы робко коснулись моих. Я взял её ладонь в свою.
— Ты теперь не одна. И можешь не закрываться.
Она вздрогнула от моего прикосновения и медленно повернувшись ко мне, подняла на меня свой взгляд. В синей глубине её глаз снова можно было увидеть отблеск хрупкой надежды.
Она смутилась и медленно освободила свою ладонь, на мгновение задержав кончики пальцев в моей руке. Поджала колени к груди и спрятала в них лицо.
— Я знаю… Просто… Мне тяжело к этому привыкнуть. Я… Ты… Дай мне время…
Я кивнул. Я почувствовал, как между нами вдруг вновь выросла стена. Словно Лена выставила её, чтобы не обжечься. Тонкая, но непреодолимая. По крайней мере пока.
— Хорошо.
Её глаза выглянули из-под ширмы волос.
— Спасибо, — прошептала она.
***
Вдали послышался рев моторов — группа быстрого реагирования мчалась от учебного центра. На броне ведущей саламандры, в полном обмундировании, с пожарным топором на перевес стоял сам полковник Валидубов — командир нашего учебного центра.
Его Саламандра с ревом дикого дракона пронеслась мимо, и он коротко отсалютовал нам оружием. Его белоснежная улыбка сверкала в темноте. Равно как и его темные очки — которые он не снимал даже ночью.
— Вот же чокнутый дед, — покачала головой Лена. — И как он только коньки не отбросил?
Она вновь стала дерзкой и едкой. Но теперь я знал, что за этой маской она прячет совсем другую себя — ту которую не спешит демонстрировать всем подряд.
— Мне кажется у него всё впереди…
Из следующего броневика на меня смотрела физиономия Баранова. Завидев нас он расплылся в самодовольной улыбке.
— Мы на очаг, неудачники! — прокричал мне Баранов.
Мы, усмехнувшись, переглянулись и спокойно показали ему два средних пальца, и забавно было наблюдать, как Баранов тут же покраснел и чуть не треснул, как переспелый арбуз.
Вот уж кому надо ещё поработать над самоконтролем.
Неожиданно последняя саламандра в колонне остановилась прямо перед нашим наблюдательным
постом. Из открытого люка высунулась светлая голова Ленского, а затем показался он сам.Не забыв привести в порядок свою прическу, он тут же замахал рукой, завидев нас на крыльце наблюдательного пункта.
Спустя мгновение бронированная дверь кабины отворилась, и оттуда на нас взглянуло строгое лицо Кожедуба, которое отчего-то сейчас напоминало старого мудрого лиса.
— Чего рассеялись? — ухмыльнулся он, обращаясь к нам с Соколовой, — Вздумали пропустить всё веселье и отсидеться тут потихоньку?
Он бросил взгляд на выжженную землю перед нами и ядро игнита валяющееся у моих ног.
— Хотя я вижу вы уже разогрелись, — он удовлетворенно хмыкнул, — Ну ничего — настало время для настоящей работы.
Мы с Соколовой ухмыльнувшись посмотрели друг на друга. В её глазах сверкнуло озорное пламя и я был уверен, что в моих она увидела то же самое.
— Мы в деле, — одновременно ответили мы.
— Ну тогда запрыгивайте, — Кожедуб усмехнулся и махнул рукой в сторону кормы Саламандры. — У нас как раз завалялась пара боевых комплектов.
Дважды нас упрашивать не пришлось. Судя по количеству проехавших мимо нас Саламандр, не все учебные отряды удостоились этой чести.
Так что мы взяли ноги в руки и запрыгнули в раскрытую настежь аппарель саламандры. Там нас уже встретили наши соратники полностью экипированные для борьбы с очагом пламени бездны. Рубиновые линзы шлемов с респираторами смотрели на нас, словно пылающие глаза боевых драконов. Ну или их всадников, если угодно.
Ленский спустился из оружейной башни и расплылся в широкой улыбке. Тут же поправил волосы, своим ледяным заклинанием идеально их уложив.
— Ну мы уж тебя заждались, — кивнул он мне.
— А уж я то как заждался.
Полозов протянул мне комплект снаряжения, а Архипов протянул такой же Лене.
— Добро пожаловать, на ваш первый настоящий многоконтурный Очаг! — развернулся к нам Кожедуб, — Пристегнитесь! Поездочка будет жаркой!
Глава 23
Колонна Саламандр, сверкая фарами, стремительно неслась по дикой степи, напав на след добычи. Когда двигаться по дороге уже стало невозможно, ведущая машина резко свернула в поле, ведя за собой, словно стаю волков, остальные броневики.
Колонна стремительно приближалась к своей цели. К стене огня, обозначающей внешний контур пламенного очага Бездны.
Внутри десантного отсека трясло так, будто я находился в ярмарочной машине по распределению счастливых шариков для розыгрыша. И ещё надо было умудриться переодется!
— Боже, Пожарский, только не врежься в меня своей голой задницей! — вжался в угол Ленский, глядя на мои попытки влезть в униформу.
Но я наконец-таки натянул на себя снаряжение. Всё таки сказались тренировки Кожедуба, который знал как разнообразить и совмещать отжимания со всем остальным.
Плотная красная куртка с чёрными броневыми вставками и штаны из такой же плотной ткани сидели хорошо.
Я затянул все ремни и почувствовал себя максимально готовым к встрече с очагом. Будь у меня этот костюм при встрече с Игнитом в поезде, возможно не пришлось бы исполнять акробатические номера.