Опасный элемент
Шрифт:
– Жизнь Этуаль только начала налаживаться.
В глазах Уинри застыли слезы. Эдвард осторожно положил руку женщине на плечо.
– Их… Наша дочь – талантливая девочка. Она сильнее меня. Она мудрее тебя. Уверен, она поступит правильно. Мы хорошо ее воспитали.
– Ты прав, – женщина накрыла руку Эда своей. – Где бы Этуаль ни была, мы обязательно ее защитим!
Бонус-глава. Детство Этуаль
Последнее, что помнила Этуаль – как Уинри закрыла дверь в ее комнату. Сознание, затуманенное морфием, непроизвольно проваливалось в сон. Каждый раз от препарата в голове мелькали картинки из прошлого, вызывая
***
Уже несколько минут девочка сидела неподвижно. Ну как можно посадить ребенка на стул и приказать ему не двигаться?! Особенно, когда непослушные пряди щекочут со всех сторон.
Золотистые волосы бесшумно падали на пол. Каждую отрезанную прядь Этуаль провожала тихим вздохом. Надзирательница очень не любила шум. Как она вообще работает в интернате, где кругом дети? Для девочки это оставалось загадкой.
Из приюта Этуаль привезли в это место совсем недавно. Вот и верь после этого взрослым! Многие из них твердили: «Ты – избранная», еще с такой хитрой улыбкой. А на деле отправили ребенка в какую-то странную школу, где только строем умеют ходить. И рот лишний раз боишься открыть. Сразу попадет. А то и похуже – останешься без ужина. Смотрители здесь были очень строгие. Даже чересчур.
– Готово, – скомандовала хриплым басом надзирательница, – следующий.
От этого голоса всем становилось не по себе. Быстро соскочив со стула, не желая испытывать терпение женщины, Этуаль отряхнула одежду. Место, на котором она сидела пару секунд назад, уже было занято следующей «жертвой». Одно девочку радовало – не только ее так обкорнали.
Направившись в казарму, Этуаль невольно провела рукой по своим, теперь уже коротким, волосам. Проходя мимо окна и увидев свое отражение, девочка невольно застыла от ужаса. Золотые красивые локоны превратили в такое… А ведь она так их любила! Из глаз Этуаль невольно капали слезы.
Девочка так бы и стояла, не закричи на нее мимо проходящий мужчина в форме. Этуаль уже видела его однажды. Он был одним из тех, что забирал детей из приюта в этот военный лагерь.
– Рядовой!
Сжавшись, девочка удивленно посмотрела на него, не понимая происходящего. Не успев опомниться, Этуаль лишь почувствовала, как левую щеку зажгло огнем. Жгучая обида поселилась в сердце. Он. Ее. Ударил.
– Что стоишь, раскрыв рот?! Когда к тебе обращаются, нужно отвечать: «Да, сэр» или «Так точно!». Ты поняла меня?
– Да…
– Не слышу!
– Да, сэр!
– Отлично.
– Сколько тебе?
– С-семь.
– Теперь ты курсант военной академии. Запомни! По возрасту здесь никто не дает поблажек. И чем раньше ты это поймешь – тем лучше для тебя. А теперь марш в казарму! С завтрашнего дня начинаются тренировки.
– Так точно, – судорожно вспомнив еще один ответ, который мужчина сказал выучить, Этуаль как можно быстрее добралась до своей кровати. Спрятавшись под одеяло от любопытных глаз, она вновь не смогла удержать слез.
Так, бесшумно рыдая, в тот день Этуаль поняла, что ее глупая вера в человечество и добрых людей потеряла еще несколько баллов. И счет был явно не в ее пользу.
***
Проснувшись вся в поту, Этуаль потянулась за стаканом с водой, который предусмотрительно оставила Уинри. Сделав пару глотков, она обратно откинулась на подушки, снова погружаясь в воспоминания…
***
Паника.
Шум. Головокружение. Животный ужас сковывает тело.– Ну же, глупые ноги, двигайтесь!
Хрупкие кулачки в отчаянии бьют по бедрам. Глаза застилают слезы от бессилия. Лишь холод винтовки под боком еще удерживает в сознании. Руки сами тянутся к потертому украшению на шее, а губы безмолвно шевелятся, вспоминая все молитвы.
Курсантов отправляли на поле боя, невзирая на возраст. И когда в отряд поступает очередная группа новичков, их первый урок – запомнить – в траншее атеистов нет.
Будучи снайпером, Этуаль разила врагов без промаха. Если пехотинец стреляет почти наугад, полагаясь на везение, то со снайпером все иначе. Когда он спускает курок, кто-то точно умирает. Девочку перебрасывали с одной границы на другую. И каждый раз она чудом оставалась живой. Пока не получила последнее важное задание…
***
Первая ночь после стыковки нервов с протезом была самой тяжелой. Зато потом нога уже не болела так сильно, понемногу приходя в норму. Скинув влажную одежду, Этуаль пошла в душ. От морфия даже после сна кружилась голова. Уткнувшись лбом в стену и стоя под холодными струями воды, она вспоминала, как получила эту проклятую ногу…
Битва на Сомме на территории Французской республики вошла в историю, как одна из самых ожесточенных. Чтобы остановить имперские смертоносные машины, саперы копали огромные тоннели под расположением вражеского лагеря. Солдат не щадила и природа – недостаток света, воздуха, еды сказывался на их самочувствии, а обвалы и наводнения лишали жизни. Даже тяжело раненным солдатам не оказывали медицинскую помощь, их просто отстреливали. Этуаль тоже получала команду убивать своих.
И она убивала.
Вплоть до случая, который все изменил.
Что побудило Этуаль спасти того юношу, она и сама не знала. Она хотела его убить, но он оказался то ли слишком добрым, то ли просто наивным. Вместо того чтобы скорее самому убраться из адской машины, в которой они оба оказались, он начал раздавать указания о ее починке для их общего спасения, невзирая на рану в плече. Вражеский солдат пытался вытащить их обоих в тот день. Это было впервые, когда кто-то хотел ее спасти. И впервые поддавшись порыву, она вытолкнула парня из железной ловушки, проваливаясь сама в пропасть.
Перед смертью ей дали шанс быть не просто палачом, что отнимает жизни без разбора. Но позволили ощутить, каково спасать чужую жизнь. Это было новое ей, непередаваемое чувство. И умирать уже совсем не хотелось.
***
– Эд, скорее сюда! – крикнула молодая женщина. – Кажется, тут кто-то есть!
– Уинри, подожди, не ходи одна далеко, – раздался мужской голос в ответ.
– Помоги мне лучше разобрать завал, – возразила женщина. – Смотри, сколько здесь крови. Там точно кто-то есть, я уверена!
Позвав на помощь еще нескольких солдат, они начали разбирать обломки паровой конструкции, что упала с огромной скалы.
– Уинри, смотри! Ты была права, тут ребенок.
Женщина подбежала к мужу.
– Господи, на нем форма наших войск, – Уинри в ужасе прикрыла рот ладонью. – Даже дети… что может быть хуже?
– Это девочка.
Эдвард осторожно проверил жизненные показатели. Пульс был, но слишком частый и слабый. Требовалось срочно найти место кровотечения. Этуаль все это время неподвижно смотрела на небо. Сознание девочки, чтобы абстрагироваться от боли, вывело ее из реальности.